попробовала повернуть вправо-влево, потянула вверх. Что-то зашипело, из крана пошла вода, почти сразу сливаясь в отверстие на дне ванны. Вода оказалась вполне тёплой, почти горячей, и трогая струю, Эвет наслаждалась. Она может ещё получать удовольствие от горячей ванны.
Первостепенно для меня - найти компромисс в проблеме с домом. Я понимаю, что вам будет непросто его оставить, но возможно, мы сможем решить проблему вместе? Предлагаю обсудить этот вопрос при личной встрече, в полночь, в хижине.
Надеюсь, столь позднее время не заставит вас усомниться в официальном характере встречи.
С уважением,
Эвет Сангу»
Хлоя нашла меня в кабинете за работой. Езда в город и обратно стала казаться мне утомительной, и офис временно переехал в поместье. Хлоя тараторила и заламывала руки, рассказывала про женщину в белом. Но мне не надо было повторять дважды, я знал, что это за женщина, и больше всего хотел сейчас же броситься наверх, к ней.
Оставив Кло, недоуменно хлопающую глазами, я сорвался с места в направлении своей/её комнаты. Меня отделяли от неё секунды, мгновения, ступеньки, и от этого сердце работало как генератор тепла, иссушая горло. Я отчего-то считал, что это нормально, будто каждый раз, встречая девушку, я вёл себя вот так глупо и был вот так же взволнован, до бешеной какой-то тряски в конечностях. Самообман любовной горячки.
Я никого не нашёл в спальне, уже опустил разочарованно руки, пнул со всей силы кресло, когда услышал шум воды. Кто-то набирал ванну, она набирала, это точно.
Я очень осторожно, еле касаясь пола ногами, как дурак, подошёл к белой с золотом двери.
Но там её не оказалось, а вода и вправду наполняла ванну, уже почти набранную. От пены пахло облепиховым гелем для душа и кокосовым мылом для рук. Видимо, пену для ванны Эвет не оценила. Она, правда, нашла соль, о которой я понятия не имел, остальное выглядело нетронутым.
- О-оф! - услышал я и всеми силами постарался сохранить серьезное, спокойное лицо.
Если честно, всё, что произошло после, с трудом укладывается у меня в голове. Я испытывал сильнейший стыд за свою нерешительность и неловкость, сильнейшее желание сделать что-то запрещённое и вызвать сильнейший интерес в ней. Эвет позволяла касаться себя, будто я был слугой, а не мужчиной, будто она ничего в это не вкладывала особенного, просто расслаблялась так, как не могла себе позволить долгие годы. Я был инструментом в её тонких пальчиках, и это так задевало, будто мне изменяла любовь всей моей жизни. Я почти понимал отца.
Мне дали попробовать опиум, подсадили на него, а потом запретили. Я теперь был как Сури, которую заманили и бросили. Она хотела смерти Эвет? Я понимал её.
Когда она остановилась в дверях, глядя на меня через плечо, я не мог поднять на неё глаза, пялился в записку и не видел ни строчки. Мне казалось, что меня обманули.
В полночь.
К ней.
А теперь оказалось, что мне очень сложно быть равнодушным, спокойным влюблённым.
В хижине горел свет.
А ещё там были люди.
Глупее ощутить я себя мог, только придя на свидание с вином и одной пошлой розой.
У порога сидела Майла, чертила веткой на пыли какие-то символы.
- Кит! Привет, дружище, - Майла помахала палкой, и в воздухе осталось облачко пыли.
- Привет, кто там?
- Там Диана, Эвет и их Вторые.
- Вторые?
- Ну, что-то вроде дочерей, это как сетевая пирамида, понимаешь? Ну я бы рассказала, но тебя ждут, - Майла подмигнула мне и продолжила что-то чертить. - Никак у меня не выходит, я бессмысленная русалка.
- А что ты?..
- Иди, тебя ждут.
Я кивнул и вошёл в хижину, ожидая долгой и трудной беседы, пусть даже сам я и не считал, что для этого есть хоть малейший повод. Диана и Эвет тихо переговаривались, сидя рядом за круглым столом. Рядом с Эвет сидела юная рыжая девушка с аккуратными кудрями, а рядом с Дианой две девушки друг на друга мало похожие, но явно не просто подруги. Все присутствующие подняли на меня головы и кивнули.
- Мы презентуем вам эту бутылку вина, мистер Аллен, - начала рыжая, что сидела рядом с Эвет. - Она лежит на дне с тысяча девятьсот сорок девятого года, когда в озеро упал экипаж с проститутками. Красное, сухое.
- Спасибо. Это очень ценный и приятный подарок, - на одной волне ответил я, скептически глядя на бутылку, от которой давно отклеилась этикетка. - Никогда не пил вина… со дна.
Все молчали, и я решил улыбнуться рыжей, чтобы хоть немного разрядить обстановку. И тут же заговорила Эвет. Она даже встала, выпрямилась и скрестила на груди руки. Если бы не было так очевидно, что она просто жаждет единоличного внимания, я бы ошибочно предположил, что она ревнует.
- Это Карен О`Хара, моя Вторая. А это, - она указала на девушек, сидящих со стороны Дианы. - Кортни и Флоренс Мэй. Они Вторые Дианы.
Кортни и Флоренс кивнули и слабо улыбнулись, интереса ко мне у них было явно меньше, чем у той же Карен, но как и говорила Диана, они жаждут только освобождения.
- Присаживайтесь, мистер Аллен, - пропищала Карен и тут же схлопотала от Эвет тяжёлый взгляд.
- Разговор может быть долгим, - Диана слабо улыбнулась, будто извиняясь за что-то, и вздохнула. - Что ж, впервые мы задумались о том, что наш дом может нам больше не принадлежать. Я сто тринадцать лет обитаю в озере, а уж если считать, сколько лет это место мне принадлежит… Столько не живут. Будем честны, этот дом нам просто необходим. Как мы уже и говорили, продажа поместья незнакомцам приведёт к массовым смертям. Некрещёные держат себя в руках и берутся только за случайных жертв, но всё изменится, стоит последнему «наследнику» покинуть дом.
Диана на слове «наследник» разве что глаза не закатила. Она явно относилась ко мне не слишком дружелюбно.
- Если же вы избавитесь от дома…
- Вы можете мне объяснить всё от начала и до конца. Я не стану помогать тем, кого не знаю.
- Не думаю, что кто-то из нас до конца понимает, что происходит. Разве что Эвет… Остальные…
- Стоп. Может, по-порядку? - я не сильно ударил по столу, но от старых досок поднялась пыль.
- С чего начать? С того, как я жила на плантации, а Эвет в Будапеште? -
