все держатся. Орлов забрасывает пулемёт за спину, Греков готовит к бою свою снайперскую винтовку.
— Мы победили первую волну, но расслабляться некогда — разведка засекла ещё одну группу моджахедов, приближающуюся с северо-востока.
Я иду впереди, передавая сигналы — тихо, отточенными движениями. В руках — автомат, взгляд сфокусирован. Едва заметный кивок — и все расходятся веером, занимая позиции.
Каждый знает своё место, укрывается за камнями, зная, что в следующие минуты от нас потребуется максимальная собранность.
Ребята молча, почти интуитивно настраиваются на бой, глаза сужены, в каждом — стальная решимость.
Я замечаю движение — тени скользят по склонам.
— Внимание, они идут! — подаю короткую команду бойцам.
Мы готовы, каждый из нас — словно пружина, которая сейчас разожмётся с бешеной силой. Ребята знают, что у нас есть всего несколько секунд, чтобы принять решение и ударить первыми, иначе исход боя будет непредсказуем…
* * *
Моя другая АИ
Я попал в СССР. Я журналист, работаю внештатным корреспондентом в «Правде». В охоте за сенсацией перешел дорогу спекулянтам и уголовникам. На меня открыли охоту https://author.today/reader/385057/3551377
Глава 7
Я подаю знак, и бойцы открывают огонь по первой линии наступающих. Автоматные очереди срываются с нашего укрытия, и враг дергается назад, застигнутый врасплох
Я вырываюсь вперёд
— Прикрой! — кричу Свиридову.
— Прикрываю!
Работаю быстро и хладнокровно — навожу прицел, короткий выстрел, ещё один. Свиридов прикрывает меня с фланга, удерживая под контролем периметр.
Уверенными движениями накрываем правый фланг, отсекая врага и не давая им возможности сдвинуться с места. Пули срываются с автоматов, ни одна не проходит мимо.
По центру — Греков с Орловым. Они действуют как единое целое, чередуя огонь и прикрытие, заставляя врага сжиматься в узком проходе. Ещё несколько секунд — и паника накрывает врага. Несколько бойцов пытаются отступить, но в ущелье негде укрыться, и мы понимаем, что это наш шанс добить их до конца.
Подаю сигнал, и, собравшись, переходим в атаку — не просто стреляем, а медленно и методично зачищаем каждый метр, оттесняя врага дальше вглубь ущелья.
Направляю ствол и свою порцию свинца получает очередной моджахед, попадающий в прицел.
Один из духов решается рвануть в атаку, выкрикивая боевой клич, но я хладнокровно сбиваю его на бегу. Враг отчаянно пытается удержать позиции, но мы тесним их, не оставляя шанса на выживание.
— Цели поражены! — слышу слева, справа, со всех сторон.
Завершающие выстрелы — и наступает тишина. Вокруг валяются опустошённые гильзы, воздух густ от пороха.
— Мы сделали это, — шепчу запёкшимися губами.
Бойцы, не говоря ни слова, собираются рядом, обмениваясь взглядами.
Свиридов подходит ко мне, коротко кивает.
— Всё, Беркут, закончили.
Мы возвращаемся с задания. Лица у бойцов выжженные солнцем, уставшие.
У ворот базы нас встречают сержанты, взгляды не радостные. Мы выполнили задание. Но не всё так однозначно.
— Беркут, ты слышал по рации переговаривались бойцы.
— О чём, Сергей?
— Раненных наших парней-семеро. Пятеро погибли, в том числе твой товарищ…
Напрягает, что Свиридов не договаривает.
Сзади едет транспорт. Слышен шум.
Отступаем в сторону, чтобы пропустить грохочущий грузовик с ранеными. Семеро — в госпиталь.
Пятерых не довезли.
— Кто? — спрашиваю я.
— Саша Кочетов, — тихо отвечает Свиридов.
Крепко сжимаю зубы. Война забирает лучших!
Сашка- душа любой компании. Отличный офицер. Храбрый. Решительный. Неунывающий ни при каких обстоятельствах. И на личном фронте спешил жить, словно чувствовал, что мало ему отмерено на земле.
В горле горечь, не могу избавиться от этого комка. На войне многих теряем, но смириться с этим невозможно.
Только накануне смеялись с ним, спорили, кто лучше умеет стрелять из карабина. Теперь он остался там, в ущелье, где поливали нас огнём, как на мясной бойне…
Строимся на плацу. Появляется полковник Петров. Смотрим на него, но он долго молчит. Его подтянутая фигура с прямой спиной рядом с начальником штаба Бессмертным выделяется своей напряженностью. Он сжимает кулаки.
Значит, не все так гладко прошло в бою. И не только личные потери состава, но есть и другие удручающие новости.
— Враг, — говорит Петров, окидывая нас тяжёлым взглядом, — сматывается, как трусливая крыса. Джаафар — хитрая сволочь, его люди оставались до конца. Но он бросил их, зная, что мы пойдём до конца.
Джаафар сбежал. Что за…?
Чувствую, личную ответственность за его побег.
Теперь уже неважно в каких мы находились обстоятельствах в бою. Без поддержки с воздуха, нехватки боеприпасов, и банда за бандой моджахедов вставала на нашем пути.
Теперь после гибели Александра Кочетова и побега главаря банды — Джаафара все приобретает другой смысл.
Я слушаю командира, и во мне все больше зреет чувство, что я должен отомстить за друга. Иначе не успокоюсь. Не смогу примириться сам с собой.
Должен лично рассчитаться с Джаафаром.
Помню, как он оскалился, глядя на нас с холма.
Я хотел пристрелить его тогда. Но меня отвлекли двое духов. Только теперь понимаю, что не случайно вышли на меня.
Джаафар слишком опытный и ушлый, всё рассчитал, знал, как прикрыться, отвлечь от себя, когда и как уйти. А вот своих боевиков ему не было жалко — кинул их, как пустые использованные гильзы.
А они фанатики верно ему служили до своего конца.
— Пошли в казарму — зовёт Свиридов. — Может обмозгуем что.
В казарме уже все собрались. Бойцы молчат, кто-то курит, кто-то теребит струны гитары с грустной, разрывающей душу, мелодией. Кочетов и все, кто погиб на этой войне, уже не вернутся домой. Любого из нас может ждать такая участь.
И то, что Джаафар снова ускользнул, всё это сжигает каждого изнутри.
Неожиданно в казарму заходит командир части. Тоже, похоже, не всё сказал. Его меткий взгляд цепляется за каждого.
— Задачи первостепенные такие, — резко роняет он. — Главное — пресечь каналы поставок. Караваны, идут из Пакистана. Они доставляют моджахедам всё — оружие, боеприпасы, продовольствие, для того, чтобы они могли непрерывно вести с нами войну.
Обводит пристальным взглядом всех, находящихся в помещении.
— Маджахеды охотятся на нас. Мы должны это переломить в свою пользу… Джааафара, конечно, найдем.
— Если найдете, — говорю, прямо глядя на полковника. — Дайте мне. Я с ним рассчитаюсь за всех наших парней.
Петров отвечает не сразу.
— Твоё дело, Беркутов. Когда его найдем, пойдёшь. Но сейчас — отдыхайте после боя. Скоро снова пойдете на задание. Ждем только информацию от
