– Обязательно слушайся доктора и держи меня в курсе, как у тебя идут дела. Обещаешь?
– Я все-таки надеюсь добраться к тебе в Тетуан. В любом случае буду тебе звонить, – заверила Сьюзен Шадия, прежде чем положить трубку.
Сью решила лечь спать пораньше. Она все еще не привыкла к здешней жаре и влажности и под конец дня чувствовала себя очень усталой. Нагла, как обычно, зажгла какое-то благовоние, чтобы разогнать насекомых, и они не донимали девушку своим жужжанием и укусами.
Жалюзи были закрыты, в комнате царила прохлада, но ей не спалось. Она снова и снова вспоминала, как перед ней мелькнул быстро шагающий высокий человек в бурнусе.
Не будь идиоткой! – одернула она себя. Черные волосы, оливковый загар, стройная высокая фигура – да под это описание подойдут тысячи арабов.
Но тут вспомнила о поцелуе, и в ней вспыхнуло желание, с каждым мгновением разгоравшееся все сильнее и сильнее. Нет, ни за что! Она не хочет вновь испытать отчаяние и боль расставания. Нужно перестать думать о нем.
Где-то через час в комнате стало душно. Сьюзен спустила ноги на пол и, не включая света, прошла к балконной двери. Чуть приоткрыв ее, она проскользнула на балкон и тут же закрыла за собой дверь, чтобы не напустить в комнату москитов.
Перед ней лежал волшебный, залитый серебристым светом луны сад. Темные силуэты кипарисов четко вырисовывались на фоне звездного неба. Раскинувшийся вдалеке Тетуан с его минаретами и куполами казался иллюстрацией к восточной сказке.
Сьюзен облокотилась на перила балкона и мечтательно смотрела вдаль. Батистовая ночная сорочка обвивалась вокруг ее стройных ног, нежный пряный воздух холодил разгоряченную кожу. Ей стало легче, возбуждение улеглось, и она решила вернуться в комнату и снова попытаться заснуть, но тут вдруг краем глаза заметила какое-то движение среди пальм, росших вдоль подъездной аллеи к вилле. Какой-то зверь?
Она присмотрелась, ожидая увидеть одну из собак, которых Ашраф на ночь выпускал в сад, чтобы обезопасить виллу от воров. Имея дело с Ашрафом или с кем-нибудь из обитателей виллы, эти собаки были кротки как овечки, но при встрече с чужаком становились не менее свирепы, чем волки, и могли запросто растерзать незваного гостя.
Ашраф предупредил Сьюзен, чтобы она не выходила в сад, когда там бегают собаки.
Опять мелькнула какая-то темная тень, и Сью едва удержалась, чтобы не закричать, разглядев, что это не животное, а мужчина в черной маске с прорезями для глаз.
Грабитель! Она бросилась было к себе в комнату, чтобы поднять тревогу… Но, услышав низкий голос, произнесший полушепотом ее имя, застыла на месте. Незнакомец стянул с себя маску. Ричард Харрис!
Мужчина вышел на лужайку, чтобы она могла его как следует разглядеть. Девушка знала, что и он видит ее так же отчетливо, как она его. Рот Ричарда скривился в странной усмешке. На нем были черные свитер и джинсы, на руках перчатки. На плече лежала веревка. Сьюзен готова была ущипнуть себя, чтобы удостовериться, что не спит.
Неожиданно из-за угла дома выбежала рычащая собака. Ричард при виде ее бросился к балкону. Затем, на мгновение остановившись, достал что-то из кармана. Послышалось шуршание оберточной бумаги, и Сью как в полусне увидела, что он швырнул собаке большой кусок мяса. Черный с коричневым подпалом пес остановился как вкопанный, понюхал мясо и с жадностью набросился на него.
Сьюзен, не в силах пошевелиться, наблюдала за происходящим.
Рич снял с плеча веревку, к которой был привязан какой-то металлический предмет, похожий на небольшой якорь. Девушка резко подалась назад, увидев, как один его зубец зацепился за ограждение балкона. Рич натянул веревку и начал взбираться по ней. Охваченная ужасом Сьюзен, перегнувшись через перила, наблюдала за каждым его движением.
– Вы упадете! Веревка не выдержит вас!
Только она успела проговорить эти слова, как мужчина перелез через перила. Сью отпрянула, ловя ртом воздух.
Собака, успевшая проглотить мясо, злобно залаяла и принялась рыть лапами землю. Ричард быстро свернул веревку и открыл стеклянную дверь, ведущую в спальню.
– Какого черта… – начала было она, но он прикрыл рот Сьюзен ладонью, прижал к себе и втолкнул в комнату.
Снаружи по-прежнему доносился лай собаки, затем раздался топот ног и чей-то взволнованный голос. Сьюзен поняла, что это Ашраф.
Рич оттащил ее подальше от двери, швырнул на кровать и, одним прыжком вернувшись к окну, опустил жалюзи. Чуть позже послышался голос Наглы – ее, должно быть, разбудил шум снаружи. Они с братом встревоженно заговорили по-арабски.
Сьюзен очень хотелось знать, о чем идет речь, но ее знания арабского было явно недостаточно.
Она смотрела на Ричарда, который сел на кровать рядом с ней и не отводил от нее взгляда. Его глаза сверкали при свете луны, проникающем в комнату сквозь прорези жалюзи. У девушки по спине побежали мурашки, ее охватил ужас – если он набросится на нее, то вряд ли она сможет контролировать себя. Он поймет, что она в его власти, и перестанет уважать ее.
Пальцы Рича приподняли ее подбородок. Он склонился над ней. Ей хотелось закричать, позвать на помощь. Но она не могла этого сделать, словно загипнотизированная его неотразимым взглядом.
Его губы коснулись губ Сью, и огонь опалил ее. От непреодолимого желания у нее закружилась голова, все вокруг поплыло.
Сьюзен так и не могла вспомнить, как оказалась лежащей на кровати, ощущая на себе тяжесть тела Рича. Одной рукой он гладил ее обнаженное бедро.
Она застонала и, широко раскрыв глаза, увидела, что он сбросил с себя свитер и расстегивает молнию на джинсах. И вот уже его обнаженное тело приникло к ней. Ее сердце яростно колотилось – от страсти и ужаса одновременно. И в этот самый момент она услышала в коридоре шаги, приближающиеся к двери ее комнаты.
Ричард замер, приподняв голову.
– Кто это? – прошептал он.
– Нагла, экономка, – еле слышно произнесла в ответ Сьюзен, не в силах взглянуть на него. Она вся дрожала, ощущая его наготу. Ее губы пересохли от желания и стыда – она безумно хотела его и отчаянно надеялась, что он об этом не догадывается.
– Черт, – пробормотал он. – Притворись, что спишь, что не имеешь ни малейшего понятия о том, что творится вокруг. Скажи, что ты ничего не слышала. Только не впускай ее сюда. – Он пошевелился, и его горячее бедро скользнуло вдоль ее ноги. – Ты это сделаешь?
У Сью перехватило дыхание, лицо вспыхнуло. Ее репутация погибнет, если Нагла обнаружит в ее комнате голого мужчину. Конечно, она могла бы позвать на помощь, объяснить, что он ворвался к ней и напал на нее против ее воли, но в этом случае Ашраф будет настаивать на том, чтобы вызвать полицию. И как она сможет убедить их, что она тут ни при чем? Полиции не составит никакого труда выяснить, что они в Лондоне живут по соседству.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
