можно и потратиться. Захожу в кафе «Омулевая бочка». Он, говорят, запрещён по всему Байкалу… Добраться через полстраны до Байкала, наплевав на все трудности, нервное напряжение и прихоти погоды… И не попробовать омуля!
Вечером иду домой. Где моё дерево? Тут бегаю, там бегаю… И как я дальше буду путешествовать с географическим кретинизмом? Боже, помоги мне найти мой до.... Случайно кидаю взгляд направо. Спасибо, Боже. Здравствуй, дерево.
Ужин на берегу в компании заходящего солнца. Мне тут нравится больше, чем на Утрише. Тут питьевая вода рядом. Но тусовок у костра нет… А я и хотела на Ольхоне уединения. Хорошо… Как же хорошо!
3 часть. Мыс Хобой
Сегодня я еду на Хобой с Катей и Никитой, которые довезли меня до Хужира. До него доехать автостопом практически невозможно: туда ездят «буханки» с туристами за немалые для меня деньги, а в частных машинах обычно места все заняты. Тем более путь до Хобоя лежит через заповедную зону – необходимо оформить документ, а это делается в посёлке. Удачно же я застопила ребят от парома.
По пути от своего лагеря до деревни нашла сто рублей. Сам Ольхон способствует тому, чтобы я попала на Хобой, ведь вход в заповедник платный – триста рублей с человека.
Дорога невероятно кривая и неудобная. Где-то едем по песку. Кто-то идёт пешком (экстремалы!), кто-то едет на велосипеде. По пути собираем все мысы, гуляем везде. Ещё в Крыму хотела устроить тур по мысам, но тогда – в одиночку и со всеми вещами – это было практически невозможно. Ольхон, кстати, напоминает Крым. Особенно тот день, когда я проходила по тропе Голицына: погода такая же; то же ощущение лета, лёгкости и счастья.
По пути встретился пляж с чёрным песком. Затопленный пирс. Деревня, в которой уже гораздо меньше народу, чем в Хужире, но домики сдаются. Вот тут действительно можно отдохнуть. Тоже небольшие магазины и кафешки. Ездить за продуктами, тратиться на бензин – неужели тут это выгодно?
К вечеру доехали до Хобоя. Думала изначально ограничиться Хужиром, даже не рассматривала варианты, как добраться до конца Ольхона, а тут такая, повторюсь, удача. Такая тишина, лишь слышится вдали кристальное звучание глюкофона. Байкал был виден полностью. Да что тут говорить… Лучше раз увидеть, чем сто раз услышать.
***
Обратно в Хужир приехали уже в темноте. Иду по пляжу, ищу ориентиры. Вот нагромождение камней, вот дерево с корнями… И? Я опять заблудилась? Кто утащил черный камень, мой последний ориентир? Он чуть выше. Заворачиваю в лес. Не та полянка… Не то дерево!
Я дома! За водой не пойду, чтобы не заблудиться снова, готовить ничего не буду. Проще поужинать хлебом.
4 часть. Затишье перед бурей. Буря
Байкал с утра бесится: пытаюсь набрать воды – меня смывает волной. Делаю зарядку в лесу, а вокруг никого – слышен лишь только шум волн, в воздухе чувствуется целебность. От ритма автостопа и от скачек по городам мои мышцы давно отвыкли от спортивной нагрузки. Сейчас же я чувствую растяжку каждой из мышц от и до. Налаживаю контакт со своим телом заново.
Не хочу выходить из палатки: и так всё хорошо. Но телефон разряжается. Дошла до Хужира, поставила телефон на зарядку в кафе, а сама пока сидела на той самой скале-кресле и читала. Тишина… Красота. Солнечная дорога на воде блестит и завораживает.
Вечером пешком по пляжу домой – чувствую себя полноправным туристом. Теперь легко нахожу палатку: привыкла. Сварила идеальный рис, ела бы его вечно…
А потом до ночи не могла оторваться от написания блога. Текст шёл из меня потоком. Я счастлива выдавать слова, фразы и строки; счастлива переводить впечатления в рассказ; возгонять, как алхимик, превращая одно в другое; работать с энергией; ощущать, как процесс происходит внутри… Не это ли чувствуют писатели?..
***
За ужином на пляже провожала солнце. Как в Севастополе – до последних лучей. Устройство зрения дарит иллюзию того, что солнце по бокам сверкает и что облака рядом с ним тоже сверкают. Солнечные молнии, огненная гроза!
Оборачиваюсь и понимаю, что скоро будет гроза обычная… Наползают тяжёлые тучи. Через некоторое время вдалеке тихо-тихо слышатся раскаты грома. Быстро – в палатку. Сейчас будет шоу.
Как же долго собиралась гроза; как же долго готовилось зрелище… Я столько молний за один раз никогда не видела. Спряталась в палатке, выглядываю в «окно»: справа сверкает, тут же слева небо прорезает раскалённый кривой коготь, через мгновение небо сзади обдаёт светом… Звуки грома идут после молний очень долго. И они страшны. Дождя нет, ветра нет… Те, кто сейчас в палатке… Ребята, я с вами. Всё будет хорошо, мы это переживём. Весь Байкал замер в страхе, не иначе. А я? А я в предвкушении.
Нарастает. Наблюдаю и думаю: а вдруг будет буря? Это всё-таки Байкал… Какой тайфун? Лежи и кайфуй! Нет сильных порывов ветра, палатку не сносит, дождь совсем небольшой. Кажется, сильнее уже не будет. Залезаю в палатку, надоело.
А молнии не прекращаются. Через некоторое время я снова выглядываю, и опять молнии меня завораживают. Всё-таки гроза – моя любимая стихия. Хочется выбежать из-под защиты дерева на открытое пространство, чувствовать дождь, видеть всё небо полностью, кричать, петь, смеяться, потом нырнуть в тёмные бушующие воды Байкала, ощутить воду и земную, и небесную… Сойти с ума, отдавшись сумасшедшей стихии…
Завтра я уже покидаю эти места. Духи устроили мне грандиозные проводы.
5 часть. Белоснежка и три автостопщицы
Из Хужира до переправы ехала на местной маршрутке, водитель – очень позитивный бурят – смеялся всю дорогу с пассажирами впереди. Включил Пикник… Нет, пожалуйста, только не это, я слишком сильно его люблю. После переправы зашли ещё три человека – перегруз. Пришлось выйти, а так бы доехала до Иркутска за пачку сигарет.
Полчаса стопила на остановке. До Еланцов (пара шагов!) просили денег. Нет, это сюда я ехала от посёлка до посёлка, а сейчас я поймаю прямую на Иркутск!
А мысль – она материальна. Останавливается машина, оттуда на меня глядят улыбающиеся лица.
– Иркутск? И тебе в Иркутск? Поехали!
Эта машина уже застоплена до меня: на переднем сидении едет моя коллега Лера. Она работает гидом: водит туристов на Ольхон и зарабатывает больше, чем родители. Младше меня на год! И такие идеи у неё интересные и смелые. Преподаёт детям английский, думает на французском, может изъясняться на испанском.
Кстати, в Иркутске на каждом углу видела вывески «Позная», «Позы». И сейчас только узнала, что это такое. Национальное блюдо, похожее на манты. Заехали по пути в позную, меня угостили. Очень вкусная штука.
Едем дальше, видим: девушка с рюкзаком голосует. Ещё одна? Останавливаемся, смеёмся. Аделина поехала с нами в Иркутск! Она уезжала
