– У тебя более чем достаточно денег, чтобы отвезти их к портнихе, – холодно заметил Лео. – Не делай из меня негодяя, ведь заботиться об их нарядах – это твоя обязанность.
Амелия стиснула зубы. Хотя она и обожала Лео, никто не мог так сильно и быстро разозлить ее, как он. Хорошо бы ударить его по голове чем-нибудь тяжелым, чтобы образумить!
– Та скорость, с который ты перерыл наши семейные чемоданы, навела меня на мысль, что мне уже не с чем отправляться за модными покупками.
Сестры смотрели на них широко открытыми глазами, потому что разговор перешел в громкую ссору.
– Если тебе нравится нищенская жизнь, – кричал Лео, – это твое дело! Но я буду жить по-другому! Ты не можешь радоваться сегодняшнему дню, потому что всегда думаешь о завтрашнем. Но для некоторых людей завтра так и не наступает.
– Кто-то должен думать о завтрашнем дне! – взорвалась Амелия. – Ты эгоист и мот!
– А ты властная мегера!
Уин встала между ними, положив руку Амелии на плечо.
– Замолчите, вы оба. Зачем сердить друг друга как раз перед званым ужином? – Она улыбнулась Амелии так, что любой мог бы растаять. – Не хмурься, дорогая. Вдруг твое лицо так и останется таким?
– Если я буду долго смотреть на Лео, так и произойдет.
Лео фыркнул:
– Я удобный козел отпущения, да? Если бы ты была честнее сама с собой, Амелия…
– Меррипен! – позвала Уин. – Карета готова?
Меррипен появился в дверях. Он выглядел угрюмым и растрепанным. Было решено, что он довезет их до дома лорда Уэстклиффа, а позже за ними вернется.
– Готова. – Когда он глянул на бледную красоту Уин, выражение его лица стало еще мрачнее.
Амелия разгадала этот взгляд Меррипена. Он отказался присутствовать на вечере, потому что не хотел находиться в обществе Уин в официальной обстановке. Он пытался соблюдать дистанцию между собой и Уин, но ему не удавалось скрыть волнения.
Амелию беспокоило, что Меррипен, который никогда не проявлял открыто своих чувств, возможно, испытывает тайную и сильную любовь к ее сестре. Но Уин во всех отношениях была слишком хрупкой, слишком утонченной, слишком противоположностью Меррипена, и он это понимал.
В растрепанных чувствах после ссоры с Лео Амелия села в карету вслед за сестрами.
В дороге все молчали. Никто из них раньше не видел таких богатых и хорошо ухоженных земель. Казалось, что каждый куст, каждое дерево были предметом особой заботы. Дом лежал среди лесов и садов, словно задремавший гигант. По четырем углам возвышались башни, обозначавшие границы первоначально построенной крепости, но дальнейшие пристройки только придали дому приятную для глаз асимметрию. Светло-желтые стены со временем немного поблекли, что придавало дому особую элегантность.
Возле дома, по краям роскошного двора, располагались конюшни и флигели для прислуги. В отличие от типичных построек такого назначения они были отделены широкими каменными арками. Стоуни-Кросс был местом, достойным королей. И насколько Амелии была известна родословная лорда Уэстклиффа, его происхождение было даже более знатным, чем у королевы.
Когда карета остановилась у входа в особняк, Амелии захотелось, чтобы вечер уже закончился. В этой роскошной обстановке все их недостатки будут особенно заметны. Они будут выглядеть здесь как кучка бродяг. Амелия оглядела свой выводок. Уин надела обычную маску неприступной безмятежности, Лео выглядел скучающим – очевидно, научился этому выражению у недавних знакомых в игорном клубе. Младшие девочки были возбуждены. Они по крайней мере хорошо проведут время, подумала Амелия, и Бог свидетель, они это заслужили.
Меррипен помог сестрам выйти из кареты, последним появился Лео. Меррипен что-то тихо ему сказал – скорее всего дал совет не спускать глаз с Уин. Лео ответил гневным взглядом – с него было довольно критики Амелии.
– Если ты так о ней беспокоишься, – процедил он сквозь зубы, – заходи с нами в дом и будь ей нянькой.
Меррипен сощурился, но промолчал.
Отношения между двумя мужчинами нельзя было назвать братскими, но они всегда сохраняли видимость сердечности.
Меррипен никогда не претендовал на роль второго сына, несмотря на то что родители очень его любили. И в любой ситуации, когда между мальчиками возникала возможность соревнования, Меррипен обычно отступал. Лео со своей стороны всегда хорошо относился к Меррипену и даже обращался к нему за советами.
Когда Лео заболел скарлатиной, Меррипен помогал его выхаживать, был терпелив и добр даже больше, чем Амелия. Позже она сказала Лео, что он обязан своей жизнью Меррипену. Однако Лео, вместо того чтобы быть благодарным, казалось, не мог ему этого простить.
«Пожалуйста, Лео, веди себя прилично», – повторяла про себя Амелия. Ей хотелось умолять об этом брата, но она промолчала и в сопровождении сестер поднялась на ярко освещенное крыльцо особняка.
Массивные двойные дубовые двери открывались в огромный холл, украшенный бесценными гобеленами. Величественная мраморная лестница вела на галерею второго этажа. Даже самые отдаленные уголки холла и коридоры во внутренние помещения были освещены громадной хрустальной люстрой.
Внутреннее убранство дома было безупречно чистым, сверкающим и отполированным. Не было ничего новомодного, никаких острых углов, которые могли бы разрушить атмосферу истинного великолепия.
Именно таким, подумала Амелия, должен был выглядеть Рамзи-Хаус.
Между тем лакеи вышли, чтобы принять у них шляпы и перчатки, а пожилая домоправительница радушно приветствовала гостей. Однако внимание Амелии было приковано к идущим им навстречу лорду и леди Уэстклифф.
Облаченный в отлично сидящий на фигуре вечерний костюм, лорд Уэстклифф двигался с уверенностью заядлого спортсмена. Его лицо было скорее необычным, чем красивым. Сдержанность в проявлении эмоций выдавала человека, привыкшего быть требовательным к другим, равно как и к себе.
Не было сомнения, что такой могущественный человек, как Уэстклифф, выберет себе в жены идеальную англичанку – женщину, с детства впитавшую в себя холодную утонченность. Амелия была удивлена, когда леди Уэстклифф заговорила с явным американским акцентом – слова вылетали из ее рта с такой быстротой, что казалось, она говорила не задумываясь.
– Вы представить себе не можете, как давно я мечтала о новых соседях. Здесь, в Гемпшире, бывает так скучно! Я буду рада познакомиться со всеми Хатауэями. – Она удивила Лео, протянув ему руку, как это обычно делают мужчины: – Лорд Рамзи, как приятно.
– К вашим услугам, миледи. – Лео не мог понять, как ему вести себя с этой женщиной.
Леди Уэстклифф и Амелии протянула руку. Амелия ответила на крепкое рукопожатие и посмотрела в немного раскосые карие глаза графини.
