— По-твоему, у нашего доброго лейтенанта мало хлопот с Бернис? Он не станет сейчас разбираться с очередным твоим полетом фантазии.
— Тебе что, все равно? Эти парни грохнули вазу, Алекс. Один из них схватил Стерлинга за горло.
Конечно, Сен-Жюст прекрасно это сознавал. Как и то, что в глубине его души нарастает гнев, и в гневе этом он будет Поистине Страшен. Особенно учитывая, что ему — пока — не на ком выместить этот гнев. Поэтому ему пришлось временно подавить злость и постараться успокоить Мэгги.
— Но ведь они ушли. Стерлинг весьма убедительно объяснил им, что миссис Голдблюм здесь больше не живет. Чего бы они ни хотели, эти мафиози, кредиторы, да кто бы они ни были, теперь они знают, что этого здесь нет. Ее здесь нет. Что до Стерлинга, то он прекрасно выглядит. Жаль, что нельзя сказать то же самое о нашей кухне.
Глава 5
Мэгги закрыла за собой дверь и оглядела гостиную. Свою пустую гостиную.
Ну, не совсем пустую. В комнате находились Наполеон и Веллингтон. Веллингтон драл заднюю стенку дивана, оставляя повсюду клочья черной шерсти, а Наппи удовлетворенно улегся в рабочем кресле, предварительно напечатав на экране миллион строк вроде «яяяяя яяяшшвщщщщууааааыыыыггггг22222лее34-вчтллллллррр». Это был один из способов увеличить объем ее книги.
Несуразно большой и довольно уродливый букет цветов, который Вера прислала два дня назад, все еще стоял на кофейном столике. Лепестки лилий уже осыпались. Еще пара дней — и все это придется убирать.
Вера устраивала Мэгги исключительно как бывшая подруга. Мэгги не нравилось, что Вера пытается снова набиться к ней в друзья.
Вера Симмонс, ныне известная как Венера Бут Симмонс, когда-то была подругой Мэгги. Но потом к Вере пришел успех, и она забыла о Мэгги — до тех пор, пока успех не пришел и к Мэгги тоже. Тогда Вера просто возненавидела Мэгги. Сен-Жюст предупреждал, что Вера никогда не простит Мэгги успеха. Но Мэгги считала Веру просто дурочкой с силиконовыми сиськами.
Пару недель назад на конференции ГиТЛЭР Мэгги сдуру спасла Веру от неприятностей — возможно, даже спасла ей жизнь, — и с тех пор Вера постоянно названивала ей, заходила на огонек, посылала подарки.
Вроде этих страхолюдных цветочков.
Мэгги сгребла вазу и отнесла ее в комнату для гостей. Может, Берни они больше понравятся. Она падка на экзотику. Мэгги же больше по душе маргаритки, простые цветы. Кстати, Вера прекрасно это знает.
— И я знаю, что она это знает. — Мэгги напоследок еще раз неодобрительно посмотрела на стрелицию королевскую, венчающую все сооружение.
Затем она застелила двуспальную кровать чистым бельем, проверила, пусто ли в ящиках комода и туалете и опустила шторы: вряд ли Берни сейчас обрадует солнечный свет.
— Самое время пообедать. — Мэгги направилась в кухню. Она вспомнила, что сегодняшний ужин у Беллини придется отменить, и грустно попрощалась с восхитительным цыпленком, приправленным чесноком, розмарином и шалфеем, и с замороженным лимонным соком на десерт.
Она открыла холодильник и мрачно изучила его содержимое. Штук шесть яиц. Початая упаковка бекона. Апельсиновый сок — десять литров, продавался со скидкой. По крайней мере, будет чем позавтракать в воскресенье.
— Суп. — Она закрыла холодильник, открыла шкафчик и встала на цыпочки. — Куриная лапша, куриный суп с рисом, куриный суп с макаронными звездочками, куриный суп с овощами, куриный бульон. На кой черт я ем столько куриного супа?
— И кроме того, слишком много разговариваешь сама с собой. Без меня тебе не справиться.
— Алекс! — Мэгги обернулась, чуть не упав. — Никогда больше так не делай. Хватит вмешиваться в мою жизнь, как будто ты — этот долбаный Космо Крамер, а я — Джерри Сайнфилд[9]. Ты не забыл, что больше здесь не живешь? Я снова живу одна. Од-на. Понятно тебе?
— Вернуть тебе ключ от квартиры?
— Нет, не надо, — раздражительно отрезала она, залезла в холодильник и вытащила бутылку питьевой воды. — Прости, Алекс. Просто я… просто я на взводе. Сначала Берни, потом Стерлинг. Пожалей меня хоть немного, а?
Ее глаза широко раскрылись, когда Сен-Жюст шагнул вперед, обнял ее и прижал к своей широкой груди. Он не обнимал ее, то есть не обнимал по-настоящему, с той самой ночи на конференции ГиТЛЭР. Она пыталась забыть о своей слабости… и неважно, что она в мозгу прокручивала тот момент по пять раз на дню.
— Это… это не совсем то, что я имела в виду, — невнятно пробормотала она ему в рубашку.
— Отпустить?
— Заткнись. — Мэгги обвила его руками за талию. — Заткнись и не отпускай меня.
— С удовольствием, — Сен-Жюст начал поглаживать ее по спине. — Все переменится к лучшему само собой, когда придет время, я обещаю, Мэгги. Бернис освободят, настоящего преступника схватят, а Стерлинг будет в полной безопасности у себя на кухне. Если, конечно, не станет больше надевать этот жуткий фартук, а то я за себя не ручаюсь.
Мэгги засмеялась, затем подняла голову и заглянула ему в лицо:
— А по-моему, забавно. Милый маленький мишка.
— Таким ты его создала, и спасибо тебе за это. Кстати, тебе не кажется, что пора принять душ и избавиться от этого кошмарного создания?
— На ней не так уж и много крови. Как думаешь, может, ее еще удастся спасти? Мне очень нравится эта пижама. — Она закрыла глаза. — Нет, молчи. Я никогда не смогу надеть ее снова. Я сразу вспомню об этом кошмаре, о Берни. Алекс, ты бы видел ее лицо, когда они объясняли, что такое тест на сексуальное насилие и что они собираются с нею делать. Она попыталась пошутить на эту тему… совершенно по-дурацки, но я держала ее за руку и чувствовала, как дрожит ее рука. Как она вся дрожит. Я просто…
Его рот накрыл ее губы, не давая произнести больше ни слова, хотя слова у нее все равно уже кончились, и ее захлестнули эмоции.
Он поцеловал ее раз, другой, потом провел дорожку поцелуев по щеке к волосам.
— Ты была такой смелой сегодня, Мэгги, — прошептал он ей на ухо, — я так тобой гордился. Я всегда тобой горжусь.
Мэгги почти повисла на его руках, по-прежнему обнимая его за талию.
— Мне было так страшно.
— Ты отлично держалась, настоящий кремень. Оставайся такой же — ради Берни. А теперь, — он чуть-чуть отстранил ее, — сходи в душ и переоденься, пока Бернис и миссис Боксер не приехали. Я позвоню Беллини и попрошу дополнительное место для нашей амазонки. Столик заказан на восемь.
— Ты… ты правда думаешь, что Берни захочет с нами ужинать?
— Я не знаю, чего захочет Берни. Но она будет делать вид, что ничего не произошло. В конце концов, она невиновна и должна вести себя как ни в чем не бывало.
— С адвокатом на буксире? — Мэгги усиленно размышляла, как бы ей выторговать еще один поцелуй… но вовремя вспомнила: она ведь каждый день убеждает себя, что надо держаться подальше от этого парня, созданного ее воображением… хотя, надо признать, грудные мышцы у него более чем материальны.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
