Деревянные корпуса для луков сделали слуги, для чего использовали можжевельник. В этом вопросе Норманн им доверился и не просчитался. Клей на рыбьих хрящиках и бандаж завершили изготовление дальнобойного оружия. После окончания работы испытал новые луки практической стрельбой. Сразу встал вопрос специальных перчаток, а заодно и иголок. Если обрезки кожи пожертвовали Серафим с Иосифом, то швейных принадлежностей нигде не нашлось.
Надо делать, иного выхода нет, все равно без иголок не сшить парус. Сначала отлил линзу, чем привел в восторг всех итальянцев. Всего делов-то – перемолоть в пыль стекло от автомобильной фары, расплавить в тигле да остудить в формочке. Шлифовка с полировкой заняли больше времени. Изготовив десяток разнокалиберных игл, взялся за мечи. Сначала проверил качество – клинок легко рубил стальной прут. Удовлетворившись результатом, раскалил шестимиллиметровую проволоку и накрутил ее на рукоять, завершив витиеватой гардой. Здесь так же не обошлось без поучений итальянских специалистов. Обычное боевое оружие не требует защиты руки, дуэльному мечу у крестовины необходимы дополнительные приспособления. Всевозможные финтифлюшки, которые раньше воспринимались как плод фантазии кузнеца, по жизни оказались вполне прагматичными приспособлениями. С их помощью противнику можно сломать меч, выдернуть его из рук или использовать как точку опоры и срубить голову.
– Остался последний штрих, – осмотрев мечи, вынес свое заключение Ахилл. – Оружие надо украсить.
– Да запросто! – весело ответил Норманн.
– Что запросто? Ты имеешь представление об украшении оружия?
– Вот, посмотри! – И быстренько набросал на песке эскиз.
– Ерунда! Виноградной лозой и зверушками украшают охотничьи ножи. На оружии линии должны быть строже.
В новом эскизе пустил по каннелюру строгий «ковровый» узор а-ля барокко, Ахилл критически осмотрел и вынес вердикт:
– В целом пойдет, добавь у гарды имя кузнеца и на нижней трети девиз хозяина.
– Девиз? А что может стать моим девизом?
– «Без ложки нет обеда»! – хохотнул наставник.
Норманн впал в ступор, девиз должен быть по-латыни. Или нет? Да пошли все… в общем, далеко. Сначала залил лезвия стеарином, затем на клинок нанес изящный узор в стиле барокко, добавив мелкие детали. Где положено быть имени кузнеца – аккуратно вывел «Руслан Нормашов». В качестве девиза с одной стороны появилась надпись «Без войны нет закона», с другой стороны – «Без меча нет закона». Работу завершила кислота из дохлого аккумулятора, промывка водой и очистка над пламенем. Сверкающий меч привел итальянцев в восторг, который закончился совершенно неожиданным испытанием. Ахилл взял оружие и с силой ударил рукоятью о пенек. Меч «запел», а специалисты слушали звук и смотрели на кончик. Вибрация кончика меча гасит силу удара, укол жестким оружием легко пробивает любой доспех. Норманн выбрал из брошенной амуниции подходящий ремень, который приспособил в виде перевязи с кольцами за спиной. Осталось научиться пользоваться красивым и грозным оружием.
Строительство баркаса совмещалось с обсуждением плана переселения.
– Для начала ты должен отправиться на разведку, установить контакт с местными жителями, – требовательно заявил Антонио.
– Почему я, а не ты?
– Меня сразу повяжут и продадут в рабство.
– А меня нет?
– Побоятся, ты выглядишь воином, а я ярко выраженный иностранец.
– Так и я иностранец. Русский кусок берега только на юге. Здесь живет чудь, а дальше карелы да всякие вепсы.
– Кому они платят налоги?
– Не знаю, вроде бы Новгороду.
– Плохо, земля имеет хозяина – мы построимся, а нас обложат данью.
– Не должны, там много медных и железных руд, а новгородские купцы ввозили металлы из Москвы и Швеции.
– Ты уверен? Люди там бедствуют или нет?
– Занимаются зимним промыслом нерп и тюленей, получают хорошую прибыль.
– Аборигены совсем не бедняки-рыбаки, а дань никому не платят? Подобного не может быть.
– Мне-то откуда знать, чего может быть, а чего нет.
– Ты что, не учился в школе?
– Ну даешь! Я, считай, пошел в школу через семьсот лет от сегодняшнего дня! Скажи спасибо, что хоть это учитель сказал!
– Понятно, необходимо выяснить. В противном случае придется убить местного барона.
– А что, хорошая мысль, здесь живут двое, и, на мой взгляд, вполне адекватные. Они снабжают хутор мясом.
После разговора с Серафимом и Иосифом Норманн выбрал приоритетным местом залив, отмеченный на карте автомобильных дорог как Петрозаводская губа. Итальянцам для наглядности будущее местожительство обвел кружочком. Охотники говорили с Русланом почти что по-дружески, вероятнее всего, сыграл свою роль удачный поход на кабанов и большие уловы с помощью невода. С их слов восточный берег Онежского озера контролировался князем из Ярославля, что сильно удивило Норманна. Он-то был уверен, что эти земли входят во владения Вологодских правителей. Новгородцам принадлежал юг и юго-запад Ладожского озера, юг и север Онежского озера. Карельские земли подчинялись королю Дании, а вепсы успешно отбивались и от русских, и от датчан. Благодаря поездкам в Карелию, на Валаам и Кижи Норманн кое-что знал об этих землях. Он частенько тусовался на дачах Карельского перешейка, а поездки на пассажирских теплоходах в Музей деревянного зодчества и монастыри стали своеобразным ритуалом для их компании. Места «хлебные» с точки зрения торговли поделками под старину, ну а бизнес-посиделки с местными лоточниками неизбежно затрагивали историю этого края.
– Ты выглядишь довольным, – заметил Антонио. – Узнал хорошие новости?
– Даже не ожидал! У нас есть шанс построиться на противоположном берегу озера.
– Там живут спокойные племена?
– Это вряд ли, но они не платят дань ни русским, ни викингам.
– У маркизов крепкое войско? В таком случае тебе придется наниматься на службу.
– В том-то и дело, что там нет единой власти. Поселения объединяются против пришельцев, поэтому их и не трогают.
– Сотня воинов разгонит чернь, и маркиз построит свой замок. От тебя что-то скрыли.
– Все намного проще: в поселениях живут охотники, они смогут за себя постоять. А если их побить, то добыча будет невелика.
– Земли завоевывают не ради добычи, а для регулярного сбора податей.
– Не выйдет, земли малозаселенные. Ты захватил селение да построил крепость, а люди ушли.
– Как это ушли?
– Да просто! Поселятся в пятидесяти километрах[23] от замка и будут тебе палки в колеса ставить. Сам уйдешь.
– Интересная у вас жизнь! В Европе не найдешь ничейного клочка, а здесь земли вдосталь, а людей нет.
