- Как видишь, ничего ужасного со мной за эти полгода не произошло.
- И что? Китиарцы любят мстить вдумчиво, со вкусом.
- Можно было остановиться на "Китиарцы любят мстить", - поморщился Коллингейм.
Конечно, всё это чушь бабская. Но то, что Роул сбежала в прошлый раз из-за него - в хорошем смысле этого слова - потешило самолюбие.
- А что, сигнал чипа не глушится подавителем? - поинтересовался детектив.
Если прибор не перекрывает полный спектр, то всегда остается возможность передавать на "открытой" области излучения.
- Он настроен на меня, - китиарка уловила ход мысли. - Пропускает частоту медицинского датчика. В некоторых ситуациях это может спасти жизнь.
- Тогда Майер сам виноват, - сделал вывод детектив. - Подслушивать нехорошо! - он порицающе покачал пальцем. - Слушай! А он может вычислить место положения Эмиля и Эбигейл по сигналу чипа?
Алекс поймал себя на мысли, что ему еще не случалось обсуждать в постели рабочие вопросы. Это оказалось легко и не вызывало никакой неловкости. Как в отделе, только удобнее. К сожалению, в практику не введешь. Коллингейм был убежденным гетеросексуалом.
- Не знаю. Не сильна по части взлома системы медицинского мониторинга. И понятия не имею, как Майер вообще будет себя теперь вести. Я же говорила - Виктор непрогнозируем.
Теперь детектив понял, что его задело в прошлый раз. Майер - непрогнозируем. А он, значит, просчитывается, как карты противников к концу партии. Да что же такое! Не любил он китиарцев, и начинать не стоит.
- Так какие у нас планы на зав... точнее, на сегодня уже? - спросила Тайни.
- Едем в исследовательский центр. Я расследую. Ты делаешь вид, что мешаешь. Я делаю вид, что ведусь. Майера вытаскиваем туда же. Наблюдаем. Слушаем. Ждем. Надеемся, что похитители сделают ошибку. Что ты думаешь по поводу второго раунда? - поинтересовался Коллингейм, осознав, что силы на новый заход у него есть. И, вопреки наездам на самолюбие, желание тоже.
Алекс проснулся за пять минут до звонка будильника. Он отключил сигнал и решил разбудить сопящую соседку самым древним способом. Коллингейм тихо подполз, наклонился, чтобы поцеловать... и схлопотал хук в челюсть. От неожиданного удара он опрокинулся на постель. Тайни воспользовалась секундной растерянностью и оседлала детектива, устраивая поудобнее в стратегически важном месте. Алекс решил, что в некоторых вида спорта проигрыш - это тоже неплохо, и расслабился. Есть определенные достоинства у физически крепких девушек. Им хорошо удается позиция наездницы.
Душ они приняли вдвоем. Пока Тайни досушивала волосы, Коллингейм озадачился завтраком. Он жил в доме эконом-класса, поэтому варианты, которые можно было заказать в пищевом блоке, были ограничены. А поскольку высоких гостей он не ждал, заранее деликатесов не припас.
- Тай, ты что будешь есть? - крикнул Алекс.
- Чай или кофе с какой-нибудь шоколадкой. - Роул на мгновение высунулась и вновь спряталась.
- А из нормальной еды?
- Это ты белковый концентрат называешь нормальной едой? - отреагировала Тайни.
- Да ты у нас, оказывается, привереда, - фыркнул Алекс.
- Должны же быть у девушки слабости...
"Девушка" появилась из санблока, цветущая и посвежевшая. Утренний секс, душ и воздушные потоки пошли ей на пользу. На щеках разгорелся румянец. В глазах появился блеск. Любо дорого посмотреть.
- У этой девушки есть слабости? - Детектив демонстративно потер пострадавшую скулу.
Китиарка выразительно поморщилась.
- Прости, твоего любимого фруктового пойла нет, - извинился Алекс, протягивая гостье кружку с горячим чаем.
- Оно не любимое, - возразила Тайни, отхлебнула и принялась освобождать от обертки шоколадку. - Из альтернатив был только коньяк.
Да, коньяк лучше оставить на другой раз. Ведь другой раз будет? Деткив был совсем не против повторить. Судя по признакам, у Тайни тоже. Хотя кто их, этих девушек знает. Может, она только делала вид? В данном случае, пришло на ум детективу, есть объективный источник информации. Так сказать, независимый контроль качества. Встречаются они с Майером, а китиарец ему: "Ты в курсе, что второй и третий раз она имитировала?" Мда. Хорошо, что эта мысль пришла Коллингейму теперь, а не в процессе. Неловко бы получилось, если бы не получилось... А там и до мести недалеко... Надо же, какие они кровожадные. Интересно, это генетически закрепленный признак или воспитание?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Обменявшись несколькими незначимыми фразами, детектив и китиарка собрались. До ангара, где стоял аэрокар, пришлось прогуляться. Несмотря на то, что пятница - будний день, народу на улицах было довольно мало. В этом районе жил средний класс, работавший вразнобой: кто по скользящему графику, кто вахтами. Кому-то было далеко до работы, как Алексу. Кто-то работал поблизости и не с самого утра. В общем, толчеи здесь практически не случалось. Не то что в жилых кварталах клерков, где все вставали примерно в одно время и бурной рекой текли в сторону транспортных средств. Над головой промчался пузатый школьный аэробус, собирая детишек в какую-то отдаленную школу. День набирал обороты. Пора сосредоточиться на деле. Благо, Тайни была молчалива и не мешала.
Легко сказать: "Я расследую". Новых фактов, которые следовало уточнить в исследовательском центре, у Алекса не было. Нужно было продумать, как себя вести. Вывести преступников из равновесия, но при этом не наступить им на хвост. Действовать приходилось наугад, что осложняло задачу. Стоило бы назначить встречу Майеру, узнать, что он обнаружил в комме Бродски. Если обнаружил. Но инициировать общение самому не хотелось. Вся эта ситуации вокруг Роул ему не нравилась. Тайни - нравилась, ситуация - нет. И педалировать сейчас не хотелось. Авось, как-нибудь само рассосется.
К добру или к худу, вызывать брюнета китираских кровей действительно не потребовалось: он ждал возле центра.
Майер стоял недалеко от центральной двери, поглощенный работой с виртуальным компьютером. Редкие припоздавшие сотрудники, спеша, огибали его, как досадное препятствие. Алекс решил приземлиться с шиком. Вообще-то улицы Атована не были предназначены для парковки, но полицейские имели право на экстренную посадку. Он же здесь по делу. Преследует подозреваемых. Ну и что, что этих подозреваемых - целый исследовательский центр. Попробуй за всеми ножками побегай... Сочтя оправдания достаточно вескими, детектив быстро запрограммировал аэрокар на то, чтобы тот самостоятельно добрался до ближайшего ангара, и посадил аппарат неподалеку от китиарца. Брюнет оторвался от виртуальной реальности. По выражению лица было сложно судить, насколько Майер жаждет хлеба, но зрелищ он точно ожидал.
Алекс спустился с подножки, поправляя ремень. Майер проследил за руками детектива насмешливым взглядом. Ну да, жест сексуальной агрессии. Посмотрим, что продемонстрирует китиарский щеголь.
Коллингейм подал руку Тайни, и та сошла на мостовую. Дверка аэрокара бесшумно задвинулась, и он взмыл в небо, обдавая волной теплого воздуха. Сразу почувствовалось, что на улице прохладно. После дождя всегда так. Алекс решил вести себя, как ни в чем не бывало. Мало ли, что Роул могло причудиться. Может, Виктор спокойно спал прошлой ночью. Алекс сделал шаг вперед и протянул китиарцу руку. Тот замешкался, будто раздумывая, но всё же ответил рукопожатием. Роул тоже подошла, встала сбоку от Алекса и молча кивнула в приветствии.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Как ваши успехи? - Детектив сразу взял врага за рога, но по насмешливо взлетевшей брови собеседника, понял, что взял неверную ноту. - Удалось что-нибудь найти в коммуникаторе Бродски?- уточнил он.
- Можно сказать, ничего, - разочаровал Алекса компьютерный гений. - Он не хранил в комме рабочих и личных материалов, - продолжил китиарец.
Значит, ему всё-таки удалось влезть в данные.
