Дуайт равнодушно выслушал рассказ Николь о шоу «Под подозрением» и о том, что следующий выпуск может быть посвящен убийству Сьюзан.
– Тебе продюсеры не присылали никаких писем? – поинтересовалась женщина.
Он отрицательно покачал головой и добавил:
– После того как убийство Сьюзан стало историей про Голливуд, все как-то забыли, что она была блестящим программистом. Сомневаюсь, что продюсер вообще знает о том, что мы были знакомы.
В университете, после нескольких выходов в свет втроем – Сьюзан, Николь и Дуайт, – Николь догадалась, что Сьюзан хочет сыграть роль свахи для своего коллеги по лаборатории и новой компаньонки по аренде квартиры. С одной стороны, в этом был смысл – и Дуайт, и Николь не пользовались большим спросом на университетской ярмарке невест. Более того, сейчас Николь понимала, что и они были в то время немного, как бы это сказать помягче, странноватыми студентами. Оба они являлись личными «проектами» Сьюзан – та изо всех сил пыталась вытащить их из своих раковин. Дуайт находил убежище в компьютерах, а Николь… Она не хотела вспоминать о той части своей прошлой жизни.
Но после пары свиданий Николь поняла фундаментальную разницу между нею и Дуайтом. Ее странности были преходящими. Они были связаны с тем, что она была юна, закомплексована и так хотела добиться успеха, что не позволяла себе никаких вольностей. Ей было необходимо просто определиться в жизни. «Странности» Дуайта были гораздо глубже. Сейчас о нем, наверное, сказали бы, что в то время он «набирал потенциал».
В то время Николь считала, что ее шансы лучше. Она еще не поняла – не успела понять, – насколько опасным может быть желание молодой девушки найти свой путь в жизни.
– Именно из-за этого я и приехала к тебе, Дуайт. Я хотела бы упомянуть на шоу о твоей дружбе со Сьюзан. О другой стороне ее жизни.
Дуайт смотрел ей прямо в лицо – видимо, кто-то сказал ему, что так надо вести себя во время беседы, – но, скорее всего, не понимал, о чем она говорит.
– Ну конечно. Сьюзан всегда была очень добра ко мне. Здорово, что мы учились у одного и того же профессора, а то могли бы никогда не встретиться.
То есть так же, как и она, Дуайт считал, что выиграл в лотерею.
– Так я могу сказать Лори Моран, что ты примешь участие в шоу? Появишься перед камерой?
– Ради Сьюзан – все, что угодно. Ты хочешь, чтобы я попросил Хэтэуэя?
– Хэтэуэя?
– Ну да, Ричард Хэтэуэй, наш профессор. Без него мы со Сьюзан никогда не встретились бы.
– А вот о нем я не подумала… Он все еще в университете? Ты поддерживаешь с ним отношения?
– Он давно уволился, но отношения мы поддерживаем. Он работает у меня.
– Смешно, наверное, иметь своего бывшего профессора в качестве сотрудника…
– Он скорее партнер. Ведь он помогал мне с самого начала. Я уверен, что Хэтэуэй согласится помочь с шоу.
Николь подумала, что тесный контакт со своим бывшим преподавателем, с человеком, который знавал его еще до того, как фотография двадцатилетнего миллионера появилась на обложке журнала «Уайерд»[29], придавал Дуайту дополнительную уверенность в себе.
– Ну конечно, – сказала она. – Это будет просто здорово.
Николь чувствовала себя виноватой в том, что втягивала Дуайта Кука в эту авантюру. Он был главой «Системы», интернет-компании, которая стала известна в девяностые годы прошлого столетия. Тогда она полностью изменила подход пользователей к поиску информации в Интернете. Николь не имела понятия, над чем компания работает сейчас, но, судя по офисным зданиям, Дуайт все еще был одним из основных игроков на рынке интернет-технологий.
Но ведь именно поэтому Николь и поехала в Пало-Альто. Фрэнк Паркер стал знаменитым режиссером, но и Дуайт тоже был знаменитостью в своей области. Чем больше знаменитостей примут участие в передаче, тем меньше экранного времени останется на нее, подругу убитой, которая бросила университет после второго курса, сменила имя и больше никогда не возвращалась в Лос-Анджелес.
Добравшись до машины, Николь вытащила письмо Лори Моран и набрала номер ее офиса.
– Миссис Моран, это говорит Николь Меллинг. Вы писали мне по поводу моей университетской подруги Сьюзан Демпси.
– Слушаю вас.
На заднем фоне Николь услышала шорох целлофанового пакета и подумала, уж не застала ли она продюсера во время ланча.
– Прошу вас, зовите меня просто Лори. Очень рада, что вы позвонили. Вы что-нибудь знаете о нашем шоу?
– Знаю, – подтвердила Николь.
– Значит, вы знаете, что его название, «Под подозрением», говорит о том, что мы показываем наши беседы с людьми, которые многие годы находились, фигурально выражаясь, под подозрением. Вы не совсем подходите под эту категорию, но я надеюсь, что с вашей помощью и с помощью матери Сьюзан нам удастся напомнить нашим зрителям, что она была живым человеком, а не просто хорошенькой мордашкой со звездными амбициями. Ведь Сьюзан никогда не была Золушкой.
Николь начала понимать, почему мать Сьюзан так поверила этому продюсеру.
– Если вы считаете, что ваше шоу поможет возродить интерес к неразгаданному убийству Сьюзан, то я счастлива помочь вам.
– Здóрово.
– И, надеюсь, вы не будете возражать против того, что я по личной инициативе связалась еще с одним университетским другом Сьюзан…
Николь кратко описала отношения между Сьюзан и Дуайтом Куком, не забыв сказать, что тот согласился принять участие в программе. Продюсер была в полном восторге, как и предполагала Николь.
Выезжая со стоянки, женщина посмотрела в зеркало заднего вида и почувствовала гордость за Дуайта Кука. Смерть Сьюзан так или иначе изменила жизни всех, кто ее знал. Николь и Кит Ратнер бросили университет. Розмари сама рассказывала ей, что почти год не вставала с постели.
А вот Дуайт смог обернуть эту смерть к своей выгоде. Неужели то, что так отличало его от других людей, которых знала Николь, позволило ему превратить свое горе в то, во что не смогли превратить его другие?
Она была настолько погружена в свои мысли, что не обратила никакого внимания на ничем не примечательный светлый пикап, который выехал со стоянки следом за ней.
Дуайт запер дверь своего кабинета, который находился вдали от остальных офисов. Так ему больше нравилось.
Кук постоянно ощущал на себе взгляды этих детей, которые хотели побольше узнать об этом тощем и длинноногом миллиардере, который одевался как нищий подросток и за которым тем не менее охотились несколько известных супермоделей. Сотрудники полагали, что его кабинет находится на отшибе, потому что он не хочет, чтобы ему мешали. Истина же состояла в том, что Дуайт не смог бы управлять своей компанией так, как должно, если бы слишком тесно контактировал с людьми, которые на него работали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
