На корабле его ожидала приятная новость — расширенный поиск дал результаты. Увидев зеленый огонек сигнала, Валерий метнулся к пульту. Наконец-то! «Мораги, — гласила надпись, — возможно, устаревшее название м'раугов. М'рауги — древняя галактическая раса, высокоразумная цивилизация уровня „К“, обитающая на планетах белой звезды Ардента в созвездии Ориона. Питаются преобразованной в экто- и биоплазму энергией собственного солнца». Седов торопливо просмотрел текст — развернутую справку из галактического справочника — хотя в этом не было особой необходимости. В дипломатической академии в курс «Цивилизации галактики» входило изучение истории и культуры всех постоянных членов галактического сообщества, начиная с уровня F.
И хотя м'рауги не проявляли особой активности в содружестве, высочайший уровень развития науки, сложнейшие генетические эксперименты, в том числе и с собственной наследственностью, преобразования плазмы и открытие многочисленных альтернативных источников энергии заставляли относиться к орионцам — так обычно называли на Земле обитателей Арденты, несмотря на официальное название «м'рауги», принятое в Галактическом центре, — с особым уважением.
Да и зачем далеко ходить? Седов припомнил недавнее знакомство с орионцем во время учебной экспедиции на Рассветную на четвертом курсе. М'рауг — похожий на бесформенную тень, окутанную черным покрывалом, сгусток энергии, поддерживаемый неизвестным полем, — неожиданно разговорился с земным студентом. Они долго болтали на мыслеречи о смысле жизни, потом что-то пили — во всяком случае, Седов пил, а м'рауг глотал что-то свое, энергетическое, — спорили. Орионец был настроен скептически, смысла в жизни не видел никакого, но относился к его отсутствию с юмором, так же как и к проявленному молодым землянином энтузиазму. Разговор оказался интересным, и Валерий до сих пор вспоминал необычное знакомство с удовольствием, хотя на следующее утро у него сильно болела голова.
И он должен поверить в то, что безжалостный убийца, уничтоживший Тамир, — один из этих высокоразвитых гуманных разумных? Не может быть!
Может, — безапелляционно ответил внутренний голос. — На м'рауга вполне могло подействовать какое-то трагическое недоразумение, или ошибка. И даже высшие расы не застрахованы от приступов безумия: пусть мораг и не слишком походил на бесстрастных мудрых мыслителей — орионцев.
Похоже, мыслеречь давешнего орионца оставила в сознании Валерия характерный след. Вот что заставило убийцу признать Седова своим и настойчиво искать контакта, являясь в ночных кошмарах! Так или иначе, теперь действовать нужно было быстро и без колебаний, чтобы успеть встретиться с преступником до наступления темноты и предотвратить новые, непоправимые ошибки. Непреходящее чувство голода подсказывало — если посредник не найдет морага до наступления ночи, завтра утром Лейра может стать подобием Тамира. Мертвым городом. И меньше всего землянин хотел теперь вовлекать в поиски местные власти. «Мы его уничтожим сами!» — вспомнились слова самаритянского чиновника.
Седов вернулся в посадочный катер, ввел в систему данных символ «м'рауг» и включил поиск. Автопилот немедленно направил кораблик к восточным горам, и через десять минут катер закружился над знакомой по ночным кошмарам пещерой.
— Спуск, посадка, маскировка, — не задумываясь, скомандовал Валерий. И после короткой паузы добавил: — Защитный силовой купол.
Затем, спустившись под купол, перешел на мыслеречь:
— Я — друг, — настойчиво транслировал он, входя в пещеру.
— Знаю, — через несколько минут прозвучало в ответ. — Зачем ты пришел? По зову?
— Интервью хотел взять, — объяснил Седов. В глубине пещеры хмыкнули. Контакт был. Валерий не стремился сделать его более близким. Он устроился на полу возле входа и с интересом спросил:
— И что же ты, представитель высокого разума, делаешь на чужой планете в таком виде?
— На чужой?! — м'рауг огрызнулся с искренним возмущением. — Это наша планета. Мы тысячелетия были здесь единственной разумной расой.
— А как же эти, мелкие? Самаритяне? — поощрил Седов.
— Леки? Ходячий корм, — мрачно объяснил вампир. — Обычная история. Они вовсе не были разумными. Конечно, не просто животные, с задатками, но и шансов развить цивилизацию не имели. Мы разводили их для питания.
— Видел я, как вы питаетесь, — Валерий поежился, вспоминая рассыпающегося в прах визжащего человечка.
— Ничего подобного не было, — резко отозвался м'рауг. — Мы брали у них энергию понемногу, не убивая и давая достаточно времени, чтобы восстановить силы. Наша раса никогда не отличалась многочисленностью, и еды вполне хватало. Но потом… — вампир угрюмо замолчал.
— Что потом? — история грозила оборваться на самом интересном месте.
— Ну ты же видел, я показывал во сне, — неохотно объяснил убийца. — Чтобы взять энергию, мы должны вступить с пищей в ментальный контакт. А он оставляет следы, влияет на память, развитие, ну и… лек, который отдавал энергию пять или шесть раз, становится на задние лапы, собирает стаю, хватается за палку, выходит на охоту. Через несколько поколений пища становится разумной. То же самое с нами происходило на многих других планетах, и каждый раз мы, жертвы излишней гуманности, уступали, уходили, отказываясь от собственных миров.
М'рауг помолчал, а потом ехидно спросил:
— А знаешь, насколько разумная пища лучше обычной? Вот ты, например, на порядок вкуснее этих жалких тварей!
— Вот только не надо зарываться, — равнодушно отозвался Седов. Он почему-то совершенно не испытывал страха. Валерий не думал, что случайное знакомство с одним из орионцев — надежная гарантия безопасности, но, как и когда-то в детстве, не позволял себя запугать.
Неожиданно вспомнился преподаватель, который вел в Академии факультативный спецкурс по контактам для студентов старших курсов.
— «Главное для контактника, — любил повторять Федов Петлицын, — кураж! Как для дрессировщика в цирке. Ни в коем случае нельзя бояться существ, с которыми имеешь дело». Нелестное сравнение оскорбляло и возмущало многих студентов — ведь речь шла о разумных, цивилизованных существах — но раз за разом подтверждалось жизнью. Петлицын был руководителем Валеркиной дипломной, и, несмотря ни на что, выставил ему за работу «отлично». Кураж у Седова был. «Пожалуй, я и дрессировщиком в цирке смог бы работать», — мысленно усмехнулся посредник.
Несмотря на ужасающие преступления, в мыслеречи вампир казался обычным парнем, похожим на старых приятелей с Детского мирка. Но чем тогда объяснить увиденный во сне кошмар, обернувшийся реальностью? Как ответить на вечные вопросы: «Кто виноват?», «Почему?» и «Что делать?». Впрочем, с последним вопросом Валерий уже окончательно определился. Морагу он ответил совершенно спокойно:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
