— Джейн, вы подталкиваете меня к определенным действиям.
— Наоборот, я отталкиваю вас от них, — ответила она, воинственно блеснув глазами. — Разница большая.
— Хоть бы мы вообще не целовались, — буркнул Майкл.
— Я тоже этого хотела бы, но поцелуй вернуть обратно мы не можем, поэтому придется нам с этим смириться и кое-что предпринять. Я уже начинаю это делать.
Она приподнялась и стукнула кулачком в потолок кареты. При этом ее грудь оказалась прямо у него перед носом.
У Майкла пересохло во рту, пальцы сами собой выгнулись, словно хотели обхватить манящие выпуклости. Почему он не сделал этого, когда она, такая уступчивая, сидела у него на коленях?
— Я поеду с Аммоном, пока ваш пыл не охладится. Он едет один во второй карете и, я уверена, обрадуется попутчику.
Карета остановилась, и лакей спрыгнул вниз. Майкл недовольно нахмурился. Он вовсе не хотел, чтобы она уходила. Во всяком случае, пока они не обсудят эту несуразицу, что возникла между ними.
— Джейн, вы ведете себя нелепо. Мы просто… — он помахал рукой, — будем вести себя по-прежнему. Если вы успокоитесь и…
— Если я успокоюсь? Но это вы…
Дверца кареты раскрылась. Джейн со спокойным, серьезным видом подобрала полы плаща и вышла из кареты. Задержавшись у дверей, она неодобрительно на него посмотрела.
— Прошу вас, постарайтесь заснуть. Сон творит чудеса, особенно если дело касается человека с вашим вспыльчивым характером.
С этими словами она исчезла, и лакей закрыл за ней дверцу.
Майкл подумал, что, наверное, ему нужно было выйти из кареты следом за ней и вбить в ее упрямую башку хоть немного здравого смысла, но… он себе не доверял, да и ей тоже. Скорее всего она права, и им обоим лучше побыть какое-то время порознь, чтобы успокоиться.
— На это уйдет лет двадцать, — пробормотал он.
Майкл плюхнулся в угол кареты, нахлобучил до самых бровей шляпу и скрестил руки на груди. Что, черт возьми, произошло? До вчерашнего дня он никогда не смотрел на Джейн как на женщину. Она была просто Джейн. Но непонятно каким образом это устоявшееся понятие заменилось чем-то другим, и ему это совсем не нравилось.
Возможно, разгадав, кто же на самом деле Джейн Смит-Хоутон, он избавится от нового, доставляющего ему неприятные мысли, взгляда на свою помощницу. В конце концов, не вызови она у него любопытства, он никогда не отреагировал бы так бурно на поцелуй. Как только его любопытство будет удовлетворено, его интерес к ней погаснет.
Довольный тем, что пришел к решению, как выйти из этого затруднительного положения, Майкл натянул на себя дорожный плед, поудобнее устроился в углу кареты и заснул.
Глава 5
Из дневника Майкла Херста:
«Поскольку я путешествовал в карете один — и это доставило мне удовольствие, невзирая на то, что могут думать некоторые наглые помощницы, — я коротал время, суммируя итоги нашего поиска:
1. Амулет Херстов был похищен из семьи и затем подарен королеве Елизавете. Он упоминается в числе ее личных вещей. Эти сведения относятся к 1588 году.
2. Мы знаем из письма, написанного ею, что по какой-то причине Елизавета стала бояться амулета и отослала его в качестве подарка иностранному вельможе.
3. Сто лет спустя амулет, отвечавший описанию амулета Херстов, появился в перечне вещей могущественного египетского наместника, который позже был убит. Его имущество бесследно исчезло, но ходили упорные слухи, что наместник знал о грозившей ему опасности и отправил свои сокровища в надежное место, оставив сыну карту.
4. Карта была спрятана внутри трех коробочек из оникса, которые скреплялись и раскладывались.
5. Это последнее письменное свидетельство, которое есть у нас об амулете Херстов. Последнее — до сего момента…»
Они путешествовали уже две недели. С каждым днем дороги становились все ухабистее, а пейзаж все красивее.
Когда они свернули к побережью, солнце светило уже не так ярко, а небо большей частью было серым. При столь безрадостной погоде три забрызганные грязью кареты вкатили в Обан, портовый городишко на западном побережье Шотландии.
Во время остановок в пути Майкл убедительным голосом сообщал всем, кто мог его слышать, как он рад тому, что едет в карете один. На самом деле ему было до смерти скучно, и он убивал время, занимаясь переводами древних текстов, в которых упоминались драгоценности и амулеты. Он надеялся найти указания на след того амулета, что он искал.
И еще он узнал кое-что про себя: путешествие в одиночку ему не по вкусу. За четыре года он привык к обществу Джейн. Она не трещала без умолку и не действовала на нервы глупыми замечаниями. Зато она знала, как оживить монотонное путешествие интересной беседой. Майкл поймал себя на том, что скучает без ее остроумных и резких высказываний.
В общем, во всех отношениях путешествие оказалось тягостным. А Джейн, кажется, совсем не скучала без него и выглядела, как обычно, жизнерадостно, хотя он заметил, что она потирала себе поясницу, когда думала, что на нее никто не смотрит. Тяжелое путешествие, видно, утомило и ее.
Все вздохнули с облегчением, когда наконец добрались до единственного трактира в городке Обан. Карета остановилась, Майкл выглянул в окно и увидел неказистое строение. Он стал складывать пергаменты, которые переводил всю дорогу, в футляры, а футляры в сумку. Дверца распахнулась, и лакей спустил лесенку.
Майкл с сумкой под мышкой вышел из кареты и огляделся.
— Чертовски туманно.
— Вовсе нет. — Джейн только что появилась из своей кареты и подошла к Майклу, деловито стуча каблучками по сырым булыжникам двора. — Просто вы в очках, которые, смею заметить, не протирали очень давно.
Своим тоном она хотела показать, что он не способен сам это сделать. Майкл рассердился. На Джейн было обычное серое платье, коричневая мантилья и практичная серая шляпа. Она выглядела точно также, как четыре года назад, когда он впервые встретил ее. Но после их поцелуя он уже не мог не замечать в ее облике того, чего не видел раньше. Блестящие каштановые волосы были аккуратно причесаны, но несколько прядок колечками завивались около ушей. Когда она по привычке стала заправлять эти прядки под шляпу, он смотрел на ее тонкие пальчики. И еще его взгляд привлекала нежная линия шеи, покатые плечи и то, как ткань скромного платья оттеняла кремовую кожу лица.
Майкл поджал губы и отвернулся, сорвал очки и сунул в карман.
— Нам нужна лодка, чтобы добраться до острова. Правда, мало надежды найти в этом городишке хоть одну лодку.
