– Нормально.
– Родители дружно живут?
– На эту тему мы не говорили.
– Как Лоция относится к бойфрендам?
– Юные друзья ее не интересуют.
– А взрослые парни?..
– Тем более.
– Однако с каким-то парнем она договаривалась встретиться у железнодорожного вокзала…
– Это непонятное для меня исключение.
Разговором с Марианной Наливкиной Слава Голубев остался доволен. Мара показалась ему откровенной умницей. Хотя она и не внесла ясности в странное поведение Лоции Жемчуговой, но информацию для размышления подкинула изрядную. Еще один «лучик надежды» принес Славе дожидавшийся его на крыльце райотдела милиции участковый Кухнин.
Оказывается, в тот вечер, накануне пожара, когда после изъятия пистолета у Любы Борщевской Голубев с экспертом-криминалистом Тимохиной и Кухниным уехали в лесопосадку обследовать место возле застреленной собаки, Гаврила-проказник уволокся к деду Никифору Потехину, чтобы посмотреть стоявшую во дворе автомашину. Никифор Власович разрешил любопытному говоруну не только посидеть за рулем иномарки, но даже и «попиликать» звуковым сигналом. От Потехиных мальчишка возвращался домой поздно вечером и видел, как дед Федот Мамаев, в белой майке и в черных трусах, разговаривал с какой-то девушкой в джинсовом костюме. В это время недалеко от избы деда Федота стоял черный джип, как у Алексея Задова. Кто сидел в джипе за темными стеклами, Гаврила не разглядел.
– Гаврош знает Лёху Задова? – спросил Кухнина Слава.
Кухнин кивнул:
– Нынче летом мы с Гаврилой приходили на вещевой базарчик покупать ему подарок к дню рождения. Задов на своем джипе подвез нас домой.
– Не сочинил ли сказку твой непоседа?
– Гаврила – пацан непредсказуемый, однако «крутых» сказок не сочиняет. На пожаре он не был и Федота Мамаева в майке да трусах там не видел. Совпасть же, допустим, детская фантазия с реальностью вряд ли может.
– Неужели Махновец учинил жуть с пожаром в финале?
– Черт этого беса поймет. Я пытался сегодня отыскать Лёху, но мамаша его сказала, что Алексей позавчера утром уехал в Новосибирск и вроде бы надолго.
– Может, алиби себе обеспечивает?
– Может быть.
– А с соседями Мамаева ты не разговаривал насчет черного джипа?
– Разговаривал, да бестолку. Время было позднее. Кто телевизор смотрел, кто с хозяйством управлялся. И машин всяких-разных расплодилось теперь столько, что они уже не привлекают внимание, как в прежнее время.
– Люба Борщевская нового не рассказала?
– Нет. Утром сегодня опять ушла в лесопосадку за грибами.
– По-моему, знает она больше, чем поведала. Попробуй подобрать к ней ключик.
– Ключом может служить только одна, но пламенная страсть Любы.
– Бутылка?
– Конечно.
– Ну и купи ей поллитровку. Расходы оплачу тебе из своего кармана.
– Дело не в расходах. Кэгэбэшница ведь растрезвонит, что участковый спаивает ее.
– Придумай что-нибудь другое. Головы ведь нам даны не только для того, чтобы галстук с шеи не сваливался.
– Ладно, подумаю…
Разговор прервала вышедшая из милиции с папкой в руке эксперт-криминалист Тимохина. Увидев Голубева, она будто обрадовалась:
– Вот ты, оказывается, где!
– Что, Леночка, случилось? – насторожился Слава.
– Бирюков не смог до тебя дозвониться. Пойдем, дружок, быстренько в прокуратуру. Антон Игнатьевич собирает оперативное совещание.
Глава XI
Все участники следственно-оперативной группы вошли в прокурорский кабинет разом. Оторвавшись от просмотра служебных бумаг, Бирюков улыбнулся:
– Ого, как вы дружно собрались!
– Как цыгане, шумною толпой, – присаживаясь у приставного столика, угрюмо проговорил судмедэксперт.
– Что-то, Борис, ты сегодня не в настроении, – садясь напротив Медникова, сказал следователь Лимакин. – Поделись, док, чем озабочен?
– Изобретаю, где бы деньжат по-легкому срубить. Начальство пообещало выдавать зарплату лапшой, а у меня давно все уши в вермишели.
– Не зацикливайся на личном. Прежде думай о Родине.
– А ей, родимой, все по барабану.
– Не отчаивайся, доктор, – вмешался в разговор Голубев. – Как писали раньше в школьных сочинениях, в жизни всегда есть место подвигу.
– Жизнь в России – ежедневный подвиг. Двое россиян, тела которых пожарники вытащили из огня, отгеройствовали враз…
Бирюков обвел взглядом присутствующих:
– Ну, что, друзья, немного размялись? Приступим к делу. Начнем с происшествия в лесопосадке… – Антон перевел взгляд на эксперта-криминалиста Тимохину. – Что, Лена, удалось там установить?
Тимохина раскрыла принесенную с собой папку. Перебрав в ней несколько листков, заговорила:
– Прежде всего, Антон Игнатьевич, расскажу об изъятом у Борщевской пистолете. Чтобы разобраться в его «родословной», пришлось перелистать много справочников. Вывод такой… Пистолет девятимиллиметрового калибра – нестандартный, переделанный. Изготовлялся он в Приднестровье для местного спецназа. При стрельбе с глушителем многократно увеличивается нагрузка на ствол. Температура повышается, и пистолеты такого типа, как правило, клинит. Исследуемый пистолет при изъятии находился в заклиненном положении. В его обойме осталось три патрона из семи. Учитывая, что в теле мертвой собаки обнаружено четыре пулевое раны, стреляли в нее раз за разом. После четвертого выстрела пистолет заклинило.
– Из этого пистолета собаку убили?
– Несомненно. Стреляли в нее не то чтобы в упор, а буквально вплотную. На раскаленном от стрельбы глушителе пригорели шерстинки, идентичные с шерстью убитой собаки. Можно с большой долей уверенности предположить, что собака внезапно бросилась на вооруженного пистолетом человека, и тот с перепугу разрядил в нее чуть не всю обойму.
– Для этого ему надо было держать пистолет наготове.
– Видимо, так и было.
– Выходит, он кого-то ждал в лесопосадке, а внезапное нападение собаки спутало его планы.
– Вероятно.
– Не Геннадия ли Потехина хотел завалить бандит на лесной тропе? – высказал предположение Голубев.
Эксперт-криминалист глянула на него:
– Не исключено.
– Что собою представляет господин Потехин? – заинтересовался судмедэксперт.
– Смелый мужик и чемпион кулачного боя. Как говорит Лёха Задов, «любого может отрихтовать так, что мамка родная сыночка не опознает». А что, Боря?..
– А то, Слава, что, похоже, именно он «отрихтовал» Руслана Мамаева так, что у того челюсть треснула и три ребра напрочь переломились.
– Опознание провели? – спросил следователя Бирюков.
Лимакин кивнул:
– Провели, Антон Игнатьевич. Когда отмыли лица потерпевших, Федот Мамаев опознал не только младшего сына, но и девицу, подарившую ему накануне пожара бутылку водки. Судя по родинке над переносицей и отсутствию ногтя на мизинце левой руки, девица – не кто иная, как Лоция Жемчугова.
– Причину пожара установили?
– По заключению пожарной инспекции, неизвестный злоумышленник устроил в мамаевской избе короткое замыкание. От электропроводки загорелся потолок, затем пламя перебросилось на крышу. Если бы пожар начался с пола, трупы сгорели бы основательно.
Бирюков обратился к Медникову:
– В чем, Боря, причина смерти потерпевших?
– Застрелили обоих, – сказал судмедэксперт. – Причем, сделано это профессионально, с контрольной пулей между ухом и виском. Правда, стреляя девочке в спину, киллер сплоховал. Вместо того, чтобы целить под левую лопатку, где сердце, всадил пулю под лопатку правую. Если бы не контрольный выстрел, девочка могла бы выжить. При условии, конечно, что не задохнулась бы в угарном дыму. Руслан Мамаев был убит наповал с первого выстрела. Второй патрон на него киллер истратил напрасно.
– Странно… Чем же объясняется «оплошка» при стрельбе в Лоцию? – будто сам себя спросил задумавшиеся Голубев. – Элементарной спешкой или неопытностью убийцы?..
– Возможно и то, и другое, – ответил следователь.
