тумане.
— Сегодня нет тумана.
— Ну, ты понимаешь, о чем я.
Я понимала. Мы столкнулись с тем, с чем не можем справиться. С воплощением одного из самых страшных кошмаров человека в мундире — с преступником, которого практически невозможно арестовать и абсолютно невозможно ликвидировать.
Теперь нам оставалось только разгребать последствия.
Интересно, а если бы мы знали про сюжетную броню, как бы мы поступили?
Скорее всего, просто бы не вмешивались. Но как мы могли узнать?
Официальных инструкций на сей счет, разумеется, не существовало — нельзя же вслух заявлять, что закон един для всех, но вот тут, вы знаете, есть некоторые исключения — однако было негласное правило — дать им уйти.
Я потянулась к винтовке.
— Дай попробовать.
— Ты знаешь, что выстрел из этой штуки стоит двенадцать долларов? — поинтересовался Кларк. — Я только что потратил четверть сотни из нашего ограниченного бюджета, а пользы это никому не принесло.
Я демонстративно покопалась в карманах.
— Кажется, пару выстрелов я могу себе позволить.
— Ты его узнала?
— Нет.
— То есть, он не преследовал тебя на улице, не травил твою собаку, не травил вместе с другими популярными одноклассниками в школе и даже не облил тебя коктейлем в ночном клубе?
— Нет.
— Тогда на что ты рассчитываешь?
— А вдруг мне повезет?
— Это не вопрос удачи, Боб.
— Я знаю, — сказала я. — И не понимаю, в чем проблема. Я же сказала, что внесу двенадцать баксов в фонд помощи полиции. Или ты опасаешься, что мои женские руки осквернят хтоническую брутальность твоего оружия?
— Это всего лишь пушка, — он пожал плечами и сдвинулся вбок, освобождая мне место перед «барреттом». — Я просто опасаюсь, что этот промах ухудшит твое психологическое состояние.
— За мое состояние можешь не волноваться, — заверила я, вручая ему бинокль. — Оно уже вряд ли ухудшится.
— Дна нет, — заметил Кларк. — В любой момент кто-то может постучаться снизу.
— Благодарю за моральную поддержку.
— Обращайся, — сказал он. — Стреляла когда-нибудь из такой штуки?
— Принцип действия мне понятен, — сказала я.
— Тогда этого достаточно.
* * *
Разумеется, у отца, как и у практически любого мужчины, живущего в нашем городке, было оружие, но на все просьбы научить меня стрелять он отвечал, что мне еще рано. А мама говорила, что это в принципе не женское дело, и мне надо больше интересоваться рукоделием и кулинарией. Кстати, посмотри, как я здорово задекупажила наш семейный альбом с фотографиями.
В конце концов решать эту задачу пришлось дяде Бэзилу. Не знаю, как он сумел договориться с моими родителями, но в один прекрасный выходной день мы вместе с ним погрузились в его пикап и отправились на дальнее пастбище, принадлежавшее кому-то из папиных друзей. Несмотря на то, что это случилось сразу после завтрака, по дороге мы заехали в «Макдональдс» и дядя Бэзил купил себе кофе, а мне — мороженого.
Когда мы приехали на место, дядя Бэзил откинул тент с грузовой части пикапа и показал мне, что лежит под ним. С высоты своего сегодняшнего опыта я понимаю, что лежало там небогато, любой уличный бандос может ходить с гораздо более крутыми пушками, но тогда мне показалось, что это целый арсенал.
Там был «винчестер», два «смит-вессона», М-16 и АК-74, который я раньше только в кино видела.
— Довольно надежное, недорогое и очень распространенное оружие, — пояснил дядя Бэзил, перехватив мой недоуменный взгляд. — Лучше уметь пользоваться. Хотя начнем мы, конечно, не с него.
Начали мы с «винчестера». Дядя Бэзил установил мишени — банки и бутылки, которые в кузове его пикапа валялись в наводящих на невеселые размышления количествах — постелил туристический коврик, чтобы моя одежда не промокла, и показал, как правильно стрелять из положения лежа.
Он научил меня плавно тянуть за спусковой крючок, объяснил, куда нужно целиться и как нужно дышать, и почему ни в коем случае нельзя задерживать дыхание.
Так мы и провели весь выходной день, и вернулись домой, когда уже начинало темнеть. Хорошо, что мама вручила нам корзинку с сэндвичами и термос с горячим чаем.
* * *
Кларк прильнул к биноклю. Я — к прицелу.
Но за это время мерзавец отступил куда-то вглубь здания, и с улицы мы его больше не видели.
— Может, он не такой и дурак, — заметил Кларк. — Может быть, до него что-то начало доходить.
Например, почему спецназ больше не идет на штурм. В любой другой ситуации ребята предприняли бы вторую попытку. Впрочем, в любой другой ситуации им и первой бы хватило.
— Или решил покинуть банк через заднюю дверь.
— Он должен понимать, что здание блокировано со всех сторон, — вздохнул Кларк. — Но, на самом деле, кто его знает. Лишь бы он не решился использовать заложников.
Как объяснить чуваку, которому подыгрывает сам сюжет, что он уже локально победил и ему ничего не угрожает? Даже если бы наш переговорщик выпалил ему эту информацию прямо в лицо, вряд ли бы он поверил в собственную неуязвимость и все равно постарался бы подстраховаться.
С другой стороны, если до него это дойдет, тоже ничего хорошего. Известны случаи, когда такие вот типы превращались в берсерков, выходили на площадь и принимались просто палить во все стороны. По прохожим, по среагировавшим на сигнал копам, по подъехавшему спецназу. Сюжетная линия одного такого парня прямо там и завершилась, потому что в городе был Мышь, а стрелок оказался персонажем из его сюжета. Мышь, конечно, никого не убивает, стремясь оставить свои руки чистенькими, но стоило ему запустить берсерку сюрикеном в лоб, как с того сразу спала неуязвимость, и подоспевшие спецназовцы сумели его скрутить.
Во втором таком случае они только и занимались тем, что оттаскивали в сторону раненых и пытались сдержать парня, не дав ему совершить вояж по улицам. В конечном итоге у стрелка кончились патроны и он ушел переулками, и никто до сих пор не знает, кто это был и жив ли он сейчас.
Боюсь, что сегодня как раз такой случай. Мыша в городе нет, он уже года три не появляется, а другие супергерои предпочитают рубить бабки на бренде, вылезая из своих тайных убежищ только в самых экстраординарных случаях. То есть, в тех, от которых они могут получить как можно больше пиара.
А тут — простой грабитель банка, даже не именной. Грех из-за такого рисковать. К тому же, на супергероев все эти сюжетные ограничения тоже действуют, и если он вступит в схватку с героем не своего графического романа, то тоже ничего поделать не сможет, еще и кучу отрицательной кармы заработает.
