2) Информация, в отличие от вещи, практически без затрат и без изначального производственного процесса создания (получения) информации, может тиражироваться посредством копирования. При этом держатель тиражируемой информации, а в нашем контексте её собственник, говоря языком традиционных политэкономов, может эту информацию «отчуждать» неограниченное число раз. Копирование не ведёт к окончательному отчуждению информации, «автоматически» сохраняя её в собственности тиражирующего агента, ибо в этом суть информационного копирования. Другими словами, в информационном производстве отчуждение невозможно, если не конструировать специальные «ситуации».
Тогда как для создания копии существующей вещи необходимо вновь запускать в действие весь процесс её производства с теми же по величине затратами труда, материалов и оборудования. При этом каждый предмет этого тиража вещей отчуждается в пользу конкретного агента-потребителя каждый раз полностью и окончательно.
Следовательно, собственник тиражируемой информации, по сути, потенциально, остаётся навечно её собственником, готовым в любой момент предоставить потребителю имеющуюся в его собственности информацию.
3) Таким образом, каждый гражданин, или агент информационного обмена, получивший когда-либо некую информацию, становиться навсегда её собственником, ибо само получение информации есть в своей сути её «присвоение». То есть в информационном (рыночном) пространстве все агенты, располагающие какой-либо информацией, являются её собственниками.
Так как каждый гражданин, получивший информацию, становиться её собственником, то возникает вопрос, – в чём суть отношений собственности в данном аспекте собственника? Объективно и очевидно, что собственник информации «вправе» передавать имеющуюся в его владении информацию другим агентам или не передавать.
Передача информации в информационном пространстве стимулируется стихийно и согласно известному принципу информационного обмена контентом, – чем больше агент передаёт информацию (контент) другим, тем больше другого контента он получает от общества.
4) Агент, создавший информацию или интеллектуальный информационный продукт, имеет все объективные основания публично указывать на то, что этот продукт создан им. Это проявляется, например, в авторском праве, когда автор имеет право указывать в связи с данным информационным продуктом своё авторство.
Так как у одного информационного интеллектуального продукта может быть множество авторов-владельцев (агентов-производителей), то в дополнение к сказанному целесообразно для таких созидающих авторов-владельцев информации (интеллектуального продукта) ввести понятие статуса корневого владельца информации.
5) Из изложенного логически следует схема распространения информации, что подтверждается практикой обмена в информационном (рыночном) пространстве. Основу этого распространения составляют две базовых схемы: последовательная и веерная, что не исключает диссипативного, случайно-хаотического характера распространения информации. Всё прочее суть их комбинации.
Последовательная, линейная схема движения представляет собой последовательную передачу контента от агента-собственника, владеющего информацией, к агенту-потребителю информации, который при этом принимает статус агента-собственника, владеющего информацией. В результат имеет место линейный рост числа агентов-собственников данной информации.
Веерная схема основана на распространении информации от одного агента-владельца к множеству различных агентов-потребителей информации. В случае имеет место лавинообразный рост числа агентов-собственников данной информации.
Случайно-хаотического характера распространения информации определяет и хаотический рост числа агентов-собственников информации.
6) Обмен и распространение информации происходят в соответствие с законом ценности, что подробно описано в книге «Теория информационного общества…». Согласно этому закону, информационный обмен в целом по одному продукту (контенту) происходит на основе равенства ценности информации, подлежащей распространению, и эквивалентной ей текущей ценности всей совокупности информации, получаемой в обмен на всей сети распространения этого информационного продукта.
Не вдаваясь в детали, заметим, что в линейной схеме распространения информации на уровне одного, единственного, корневого собственника и первого потребителя условия обмена идентичны, можно сказать – тождественны, товарообмену по стоимости.
7) Как ранее отмечалось каждый агент, получив, восприняв или став обладателям информации, помимо его воли, становиться её собственником, ибо такова природа информации. Действительно, информация – это свойство некого материального носителя этой информации, поэтому каждый агент, если это информация воспринята им на слух, как бы сам, «физически» (посредством памяти), приобретает новой свойство и сам становиться носителем этой информации. То есть, чисто физиологически, в силу своей природы и природы информации (как свойства!), информация объективно, вне зависимости от воли и сознания человека как агента информационного процесса, – «присваивается».
Вследствие этого не только противоестественно, но и просто невозможно, и не логично, требовать или обуславливать, чтобы человек перестал быть самим собой и не воспроизводил находящуюся в его владении (а в частном случае – и в памяти) информацию.
С другой стороны, если для агента некая информация становится свойством его вещи, то одновременно с собственностью на вещь имеет место и собственность на её свойства, то есть на её информацию, ибо такова суть самой информации, как свойства вещи.
8) Таким образом, противоестественны сами попытки запрета свободного распространения информации, ибо, образно говоря, это свойство не только информации, но и человека, как носителя информации. Услышав, увидев или поняв некую информацию, человек, автоматически, в силу своей природы, закрепляет её в своём мозгу, в памяти и становится обладателем этой информации, её собственником. С другой стороны, и вещи, которые содержат некую информацию, записана она им или содержится в ней изначально, есть артефакты человека, то есть продолжение его природы и тела (вторая природа), с помощью которых он взаимодействует с внешним миром. Поэтому лишить его этих артефактов или их свойств, значит вторгаться в это возросшее «тело» человека, узурпировать его вторую природу, которая собственно и сделало человека человеком. Всё это внешне, в быту, воспринимается как ограничение свободы распространения информации, что противоестественно и недопустимо.
Заканчивая этот краткий сравнительный анализ, отметим, что информационный способ производства носит диссипативный характер. Поэтому в стадии предельного, критического развития информационного производства это порождает хаос в обществе, замыкание его самого на себя. В результате замыкания на себя возникает производство информации ради производства информации, ради обретения и накопления на этом пути «информационного капитала» при одновременном нарастании информационного неравенства, относительного «обнищания» работников информационной и интеллектуальной деятельности (труда).
Положительным разрешением этого критического состояния в информационном обществе является обобществление информационно-коммуникационного контента средств производства, информации и интеллектуального продукта. Или, говоря почти словами традиционной политэкономии, в конечном итоге речь идёт об «уничтожении частной собственности» на информацию и построение нового общества – «Общества знания».
Таким образом, в «Информационном обществе» в отличие от капитализма доминируют, хотя и частные отношения собственности, но резко отличные, особого вида, равно как и сами производственные отношения. Эти отношения собственности носят совершенно иной, можно сказать, другой типологический характер отношений частной собственности. Это частные отношения собственности содержательно иной типологии, чем всем известные частные отношения собственности, описанные в «Капитале» К. Маркса более полтора века тому назад.
Этот факт заставляет вновь вернуться к содержательному анализу по сути функциональной, стохастической (в статистическом регрессионно-корреляционном и вероятностном восприятии их математического толкования), связи типологии самих отношений собственности и социально-воспроизводственных градаций, а точнее – доминирующих ЧЭФ соответствующих типологий.
2.6.2.3. Доминирующий базовый объект-предмет как фактор исторического развития типологии частных отношений собственности
Восходящий тренд развития частных отношений собственности
