согласия Нижегородского губкома партии. Воробьёв с семьёй находился в одном утеплённом товарном вагоне и с ним я – боевик Нижгубчека. В другом таком же утеплённом вагоне ехал Л.М. Каганович с семьёй…
На вокзале Курска мы стояли несколько часов. Менялась поездная бригада, запаслись топливом и водой. Неожиданно из степи на привокзальные пути нахлынуло много конников, как потом мы узнали, мамонтовцев. Я увидел их издали, бросился к ближайшей теплушке Кагановича и попавшимся под руку куском опоки (меловой известняк – прим. Е.Ш.) написал на двери теплушки Лазаря Моисеевича: «Тиф!!!» В это время мамонтовцы выскочили из-за состава с другого конца эшелона. Бежать навстречу конникам к теплушке Воробьёва не имело смысла. Мне оставалось только одно – нырнуть под вагон, что я и сделал незамедлительно… Я потом увидел, как несколько конников, подскочив к очередному вагону, настежь распахнули его дверь – это был вагон Воробьёва – и закричали: «Жиды, жиды, бей жидов, бей жидов, спасай Россию!» Воробьёва вытащили из вагона и повели на площадь перед перроном вокзала. Туда же другие бандиты тащили ещё двух мужчин еврейского происхождения. В создавшейся обстановке я не видел, куда увели жену и детей Якова Зиновьевича…
Мамонтовцы быстро выкопали яму, поставили в полный рост Воробьёва и других товарищей…, засыпали их вровень с плечами землёй, оставив над поверхностью только головы. А затем отошли на железнодорожные пути и открыли по головам засыпанных… беспорядочный винтовочный огонь.
Так погиб Яков Зиновьевич Воробьёв по совершенно случайному стечению обстоятельств, так пал наш товарищ, бесстрашный большевик, первый председатель Нижегородской ЧК».
Яков Воробьёв погиб в 1919-м, веря в правоту и необходимость своего сурового дела, в грядущее торжество коммунистической идеи».
С одной стороны, достоверность этой истории вызывает некоторые сомнения. С другой стороны, придумать её невозможно. Она, безусловно, состоялась, и казнь Воробьёва исторически подтверждена. Мало того, эту трагическую для большевика Воробьёва и спасительную для большевика Кагановича историю Николай Александрович Булганин поведал ректору Горьковского университета после проведения XX съезда КПСС, на котором ректор В.И. Широков был делегатом от Горьковской области. Стало быть, Л.М. Каганович мог опровергнуть этот рассказ, который до него вполне мог «докатиться» и который, судя по всему, В.И. Широков не особенно скрывал. Но этого не последовало.
Значит, событие состоялось. Вряд ли бы Н.А. Булганин пустился в сочинительство и фантазии, имея за плечами огромный политический опыт, речь ведь идёт о 1956 годе. Однако неувязки остались. Вероятно, детали гибели Я. Воробьёва и спасения Л. Кагановича не все изложены. Или что-то в горячке чрезвычайного налёта казаков на состав на курском вокзале было упущено.
Почему мамонтовцы не заглянули в вагон с надписью «Тиф!!!»? Да, тиф в то время жестоко гулял по России, его боялись, от него погибали тысячи и тысячи наших граждан, пожалуй, тиф в то время можно сравнить с нынешним COVID, а ту теплушку в 1919 году – с «красной зоной», в которую заходить смертельно опасно. И всё же бойцы корпуса генерала Мамонтова, люди отчаянные и искушённые, не полюбопытствовали проверить её? А вдруг там были ценности, спиртные напитки, еда? Почему они поверили меловой надписи на вагоне и даже не пронаблюдали за этой теплушкой?
Остаются серьёзные загадки о подробностях казни Воробьёва и ещё двух комиссаров. Зачем им потребовалось копать яму в полный рост для троих обречённых? Вероятнее всего, эта яма уже там была… С какой точки наблюдал копку этой ямы и сам расстрел Николай Булганин? Или расстрел ему кто-то описал позже? И ещё один неумолимый вопрос: почему Лазарь Каганович описывает, как он добирался в Воронеж в товарных вагонах из-под угля, рисковал, и ни единым словом не обмолвился о той нитке, на которой висела его жизнь и жизнь его семьи на станции в Курске?
Есть предположения, что после Курска Каганович и Булганин вернулись в Москву, а уже потом снова пробирались в Воронеж. Каганович уже без семьи, не в отдельной теплушке и, судя по воспоминаниям, в одиночку.
Получается, что в любом случае, благодаря находчивости Николая Булганина, Лазарь Моисеевич спасается от верной смерти. А вот Якова Зиновьевича Воробьёва Николаю Булганину спасти не удалось. Все детали и краски этого эпизода, возможно, ещё когда-то всплывут… Но один из фактов останется в истории безусловно: в 20-е и 30-е годы Н.А. Булганин становится «человеком Кагановича».
Удивительно, однако это факт: Л.М. Каганович в своих воспоминаниях ни одним оскорбительным словом не поминает Н.А. Булганина, хотя после событий 1957 года и «внутрипартийной борьбы» Булганин отрекается от якобы сговора и крестит своего наставника по 20-м – 30-м годам совместно с Молотовым и Маленковым «мразями»: «По выступлениям на пленуме, по той критике, которая была, я увидел ясно перед собой всю антипартийную мразь – группу Маленкова, Кагановича и Молотова».
* * *
В некоторых авторских публикациях о Н.А. Булганине, как правило, очень коротких биографических справках, пишется, что в начале 1920-х он «громил басмачей» на Туркестанском фронте, куда действительно он попал опять же вместе с Л.М. Кагановичем в 1920 году. Когда читаешь фразу «громил басмачей», невольно возникает картина: Николай Булганин с шашкой наголо лихо мчится на вороном коне и направо-налево рубит бородатых басмачей в полосатых халатах, тюбетейках и тюрбанах. Но это не так. На коне держаться Николай Булганин выучился много позже.
Приведу подтверждение из воспоминаний всё того же Кагановича: «После войны министром обороны стал Булганин, который не умел ездить на коне, а парады на автомобилях ещё не принимали. Стал Николай Александрович Булганин учиться ездить верхом, и за этим занятием его как-то увидел Сталин. Посмотрел, посмотрел и говорит: «Ты сидишь на лошади, как начальник военторга».
Наездник и рубака из Н.А. Булганина не вышел, и это, наверное, для него было очень хорошо… Но в транспортном ЧК он был не последним человеком, и басмачей, должно быть, врагов новой власти, повидал немало. Скольких он «погромил», ему только известно – думаю, как это происходило, никому узнать уже не удастся.
Многие историки с язвительностью, обычно мимоходом, когда Н.А. Булганин станет Министром обороны СССР, будут говорить, что он был исключительно гражданским человеком и никогда не служил… Это не совсем так: служба в ЧК приравнивалась к службе в армии. Да и без оружия чекисты никуда не ходили.
Другое дело – боевые действия. Но ведь и на железной дороге хватало бандитов, спекулянтов, воров, саботажников, шпионов. Там всё время «играли с огнём»…
В декабре 1919 года Николай Булганин с приездом на Туркестанский фронт становится начальником сектора оперативной части по транспорту Особого отдела, –
