Читаем без скачивания Необычайны - Дониэль Клейтон

читателей и роботов, провожающих хмурых учащихся, которых в наказание оставили после уроков.

Секция истории Арканума располагалась в дальних залах, там было тихо и безлюдно. Секцию окружала полупрозрачная завеса, напоминающая балдахин вокруг кровати. Оглянувшись по сторонам, Элла шмыгнула внутрь.

Неожиданно оказалось, что зал битком набит всевозможными вещами – и не только книгами. В стеклянных витринах хранились старые папки, библиотечные каталоги, кожаные тубы для карт, граммофоны и устаревшие версии вестибоксов. Корешки книг вспыхивали, когда она проходила мимо, а потертые буквы складывались в незнакомые слова: «Столпы», «Звездные звенья», «Код необычайности». Книги тонкие, толстые, многие даже с виду такие тяжелые, что не удержишь в руках.

Элла вытянула с полки книгу под названием «Тысяча лет Света: история Арканума» и, просмотрев содержание, нашла главу «Необычайные злодеи всех времен». Открыв указанную страницу, она принялась читать про известных преступников вроде Финеаса Грэма, который выследил движущийся банк и ограбил его; о Милтоне Макаллистере, который продавал незначителям необычайную еду, чтобы ввести их в бессознательное состояние; о Жоао Сузе, который придумал лотерею предсказаний и предложил людям заключать пари о том, что их ждет.

Элла скользила взглядом по страницам, пока наконец не обнаружила то, что искала, – слово «Тузы».

Группа «Тузы» была образована в младшей школе Арканума. Пятеро учеников с редкими и необычными талантами научились объединять свои способности в недобрых целях. Каждый творил чудовищное чудо, которое не соответствовало категориям ни одного факультета. Это привело к тому, что пятеро восстали против существующей систематизации чудес. В ходе экспериментов они создали эликсир, с помощью которого могли заимствовать у других священный Свет личного чуда, и…

Заимствовать чудо у других? Как такое возможно?

Неожиданно текст статьи смялся, сбился, превратившись в одно-единственное слово: «ЗАКРЫТАЯ ИНФОРМАЦИЯ». Элла встряхнула книгу. Что с ней такое? Буквы каплями раскатились по странице и снова собрались воедино в «ЗАКРЫТАЯ ИНФОРМАЦИЯ». Тьфу! Только она дошла до самого интересного.

Элла поставила книгу обратно на полку и взяла другую – «Недобрый Свет: история преступлений в мире необычайнов». На этот раз она читала гораздо быстрее на случай, если что-то снова пойдет не так. Быстро открыла главу «Тузы».

На протяжении веков не раз появлялись необычайны, которые творили зло, используя свой талант в недобрых целях. Было создано множество законов, долженствующих удержать необычайнов на пути добра, но, как и незначители, они всегда были подвержены греху гордыни, жадности, похоти, зависти, обжорства, гнева и пр. Ну а знаменитые Тузы с их нечестивыми желаниями опустились в самую глубокую пропасть в истории необычайнов. Преступную группу возглавила Джиа Тривелино, называющая себя Дамой Пик, и…

Все буквы перемешались, и вместо продолжения рассказа снова возникло слово «ЗАКРЫТАЯ ИНФОРМАЦИЯ».

Элла вернула книгу на полку, чувствуя, как ее охватывает отчаяние, и перешла в другой проход. Зачем мадам Мэдж отправила ее туда, где невозможно ничего прочитать?

– Здесь все книги странные.

Элла подскочила от неожиданности и торопливо обернулась. На полу сидела Бриджит, прямо перед ней высилась горка пряжи.

– Я тебя не заметила, – проговорила Элла.

– Знаю.

– А что ты здесь делаешь?

– А ты как думаешь?

Бриджит подняла повыше вязальные спицы. Бабушка сказала бы, что руки у нее скачут быстрее кузнечиков, подцепляя и вывязывая петли. Элла не успевала следить за тем, как одеяло становилось все длиннее и длиннее, закрывая Бриджит колени. Элле хотелось попросить соседку связать ей такое же одеяло, чтобы у них в комнате все сочеталось, но они пока не настолько сдружились.

– Я знаю… – начала было Элла, но оборвала сама себя: – Ты не в курсе, что с этими книгами?

– Я попробовала прочитать одну, но в ней все сбивается, и мне это надоело.

Элла попыталась раскрыть еще несколько книг, но каждый раз происходило одно и то же. Девочка подумала, что надо спросить об этом мадам Мэдж. Может, она что-то неправильно делает?

В зал залетела вездесущая аэрограмма: «Столовая открылась. Шеф-повар Оширо создал три новых созвездия-суши. Предлагаем вам пройти в столовую, чтобы отведать чудеса галактики вкуса. Первый уровень, ждем вас с особым нетерпением».

Элла со вздохом поставила книгу на место:

– Пойдем пообедаем?

Она надеялась, что Бриджит согласится. Это был их первый официальный обед в Аркануме. Завтрак она пропустила, а перекусывали они в классе. Элле страшно не хотелось идти в столовую в одиночестве, а послать Джейсону звездное письмо она не успела.

Бриджит даже не подняла головы от вязания. Клик-клак – щелкали спицы.

– Бриджит?

Элла подошла ближе – Бриджит вязала с закрытыми глазами.

Как она могла вязать не глядя? Элла коснулась плеча соседки, и та мгновенно распахнула глаза. Обычно синие радужки были белые, как снег. Элла поспешно отступила:

– С тобой все в порядке? У тебя глаза…

– Ничего, все нормально. – Бриджит моргнула, и глаза снова стали синими. – Что ты хотела?

– Как ты можешь вязать с закрытыми глазами?

– Не знаю. Всегда так вязала.

Бриджит посмотрела на свое творение – женское лицо было почти закончено.

– Кто это? – спросила Элла.

– Не знаю, – резко ответила девочка.

Элла мысленно отметила, что этот вопрос лучше не задавать. Потом попробовала снова:

– Ты уверена, что не хочешь сходить в столовую?

– Мне не нравится здешняя еда. Она подозрительная какая-то.

– Зато смешная.

– Я хочу просто хот-дог, как дома.

– А ты откуда?

– Из Нью-Йорка. – Ее руки замедлились.

– Я тоже из города незначителей. Новый Орлеан.

Бриджит сморщила нос:

– Мне не нравится это слово.

– Какое? – Элла сделала шаг вперед и тут же замерла, заметив настороженный взгляд Бриджит.

– Незначители, – ответила та, вытягивая петлю. – Все меня так называют. Слишком похоже на «незначительную», а я вовсе не такая.

– Это просто обозначает человека, который не видит магии. – Эллу передернуло. – Не необычайна.

– Ты-то, небось, необычайна.

– Не совсем. Я чародеянка, – поправила Элла.

– Но по большому счету ты такая же?

– Нет.

Бриджит порозовела:

– Так какая же ты?

– Другая.

Элла не знала, как объяснить, почему чародеи исключены из необычайного мира. Бабушка говорила, что необычайны считали природу своих чудес отличной от чародейной, но Элла так и не поняла почему. А папа рассказывал, что необычайны никак не могут обойтись без чародеев – те всегда присматривали за их мертвыми и работали в их городах. Кроме того, Элла могла творить чудеса не хуже других в Институте.

Она достала из кармана солнечное семечко и кинула его Бриджит. Оно сверкнуло на лету, отчего та вздрогнула:

– Как ты это сделала?

– Я привезла их из дома.

Бриджит внимательно осмотрела семечко:

– У вас тоже подозрительная еда. Теперь ни за что не поеду в Новый Орлеан.

– Она не подозрительная. Попробуй.

Бриджит понюхала, лизнула, а потом сунула семечко в рот. Прожевала – и удивленно распахнула глаза:

– Мне кажется, у него такой вкус, какой должен быть у настоящего солнца.

– Чародейская хитрость, – улыбнулась Элла.

– И все равно, откуда ты знаешь, что нужно делать? – настойчиво спросила Бриджит. – Или ты всегда умела творить магию?

Эллу снова передернуло.

– Это не магия, точнее, чародеи видят это иначе.

– Что же это тогда? – Бриджит скрестила руки на груди. – Здесь все умеют делать что-то, чего обычные лю– ди делать не могут. Как будто они с этим знанием родились.

– Просто мы так устроены. Мы такие. Мы это делаем. – Элла не знала, как выразить это словами. – Разве ты не знала… что ты не такая?

– В смысле? – Бриджит вздохнула. – Я живу в Нью-Йорке. Там каждый человек не такой, как другие.

– Ну что ты по-другому другая… Необычайна?

– Как-то раз я сидела со своей опекуншей мисс Мид и вязала перчатки, чтобы продать их в метро, а потом вдруг – раз! – и очнулась здесь. – Бриджит изо всех сил сжала спицы.

– Никогда не слыхала о необычайне, который не знал, что он необычайн, а я знаю про необычайнов практически все.

– Почему тебе так хочется стать одной из них?

Элла прикусила нижнюю губу, вспоминая, сколько раз слышала, как папа объясняет, почему она должна поступить в Институт. Чародеи заслуживают возможность жить в безопасности, вдали от незначителей, и считаться такими же могущественными и уважаемыми, как урожденные необычайны. Разные группы магов постепенно вливались в необычайное сообщество и становились его частью.