— Поэтому тебя выбрали Никодой?
Коди кивнула.
— Я единственная из оставшихся, кто может победить Малачая. Насару…
— Что?
— Высший арелим. Они единственные, кто родились такими, и они единственные, кто выбирают Никод из павших. Они знали, что у меня были силы сразить Малачая, и вот я здесь.
Подозрение покинула глаза Кармы.
— Я знала, что здесь больше, чем ты мне рассказываешь. Но я все еще не понимаю, почему ты помогаешь мальчику, который убил тебя.
Коди обхватила себя руками, от воспоминаний об Амброузе Малачай. Даже теперь она видела тот ужасный день, когда Ари нес ее в безопасное место. Тела их друзей, семьи, армии, выстроившиеся на поле боя. Под их ногами кровь бежала, как дождевая вода.
She’d done her best to tell her brother that she was fine, in spite of her wounds. To put her down so that they could.
Она изо всех сил старалась сказать брату, что с ней все хорошо, но Ари отказывался слушать.
Нет ничего, чего бы я не сделал для защиты своей семьи. От этих слов в глазах Малачая вспыхнула ярость, которая обжигала ее по сей день. С яростным криком Малачай устремился на них.
Она пыталась предупредить брата, но Ари не отпускал ее. Пока не убедился, что она в безопасности. Но затем было слишком поздно. Малачай нагнал их, и прежде чем Ари успел поднять свои меч, Малачай вонзил кинжал в смелое сердце ее брата.
Из-за нее.
Эта вина никогда не покидала ее, не на мгновение. Столько жизней было потеряно в той битве. Она не могла подвести их.
Но помимо этого она не могла слепо следовать приказам. Хотя они и знали, что однажды сделает Малачай, но они не знали, что произойдет, когда его не станет.
Кто или что заменит его.
Этот кошмар всегда был с ней. Тот, что постоянно пришпоривал ее.
Коди встретилась взглядом с Кармой.
— Потому что не Ник уничтожил мою семью. Это был тот, кем он станет однажды.
Она указала на дверь, через которую вышел Ник.
— У этого мальчика самое чистое сердце из всех, что я встречала. Он не похож на других Малачай с которыми я сражалась.
— Ты надеешься спасти его?
Коди кивнула.
— Я надеюсь спасти себя.
— От смерти?
Частично. Но были вещи похуже смерти. Она это знала, как никто другой.
— От того, чтобы стать монстром.
Карма хмуро посмотрела на нее.
— Я не понимаю.
Коди нервно рассмеялась, вернулся ужас того, с чем она столкнулась. Об этом она не любила думать. Хотя это была лишь одна из возможностей.
Наиболее худший вариант.
— Тот, кто убьет Малачая, впитает его силы.
— А, — наконец поняла Карма. — Ты боишься сама стать такой.
И Коди снова кивнула.
— И с силами и знаниями, которые уже есть у меня… Никто не сможет меня остановить. Я разорву вселенную. Если я спасу Ника, если смогу сохранить его человечность…
— Ты спасешь всех, включая себя.
— Точно, — более того, оно сможет спасти свою семью от смерти и не потерять их. Не отдавать души Ари И Уриана в плен созданию, которое живет их мучениями.
Карма поджала губы.
— Не уверена, что стоит тебе верить.
— Тебе уже врал демон, — он едва не украл душу Кармы.
— Это вроде как уничтожило фактор доверия.
Именно поэтому Карма держала все в своем доме под замком. Чтобы зло снова не вырвалось в мир. По крайней мере не по ее вине.
— Что мне сделать, чтобы убедить тебя?
— Покажи мне свой настоящий вид.
Коди цыкнула на нее.
— Ты знаешь, что мне запрещено это делать.
— Ты не в своей реальности, и это единственный способ, чтобы я поверила тебе. Демоны любого вида не способны принимать форму арэля.
Потому что у них была божественная сущность. Ими могут стать лишь обладатели чистейших сердец и самых неиспорченных душ.
Именно поэтому демоны не способны повторить их форму. Они не смогут удерживать ее не сгорев изнутри.
Если бы это был кто-то другой, то это даже бы не рассматривалось. Но Карма была человеческой версией арелима. Какой вред может быть от того, что она успокоит ее страхи?
Коди кивнула Карме, затем отступила и широко развела руки. Ее окутал белый свет, она расправила свои белые, переливчатые крылья, которые соответствовали ее коже и волосам. Белоснежные доспехи полностью прикрывали ее тело. Ахнув, Карма отступила, прижимаясь к стене за ней.
— Господи, это правда!
Коди откинула голову и позволила телу принять вид школьницы. Лицо и тело, которые были ее, пока Малачай не убил ее.
Когда она перевела взгляд на Карму, то увидела страх и уверенность.
— Выпусти меня из твоего дома. Мне нужно к Нику, защитить его.
— С этим у нас могут быть проблемы.
Коди нахмурилась от тона Кармы.
— Как так?
Карма посмотрела на лестницу. Неожиданно, ярко и безошибочно ощутилось присутствие зла в комнате. Воздух стал тяжелым и испорченным из-за кислого запаха серы.
Страх наполнил каждую ее частичку, Коди повернулась посмотреть на что смотрела Карма.
Челюсть Коди упала, когда она увидела последнее существо, с которым она ожидала, что ей придется разбираться. Высокий, светловолосый, ошеломляюще красивый, отпрыск демона на лестнице с такими зелеными глазами, что они светились. И в лучшие дни с ним было тяжело иметь дело, и он был чертовски непредсказуем. Колкий и язвительный.
С каждым шагом, который он делал к ней, воздух становился тяжелее.
Смертельно опасным.
— Что ты тут делаешь? — спросила Коди.
Он приподнял бровь, медленно спускаясь по лестнице в раздражающе самоуверенной манере, которая пришла из тех времен, когда он был средневековым военачальником, который вел свою армия на прожорливый кутеж по Европе.
— Мы знакомы?
Коди колебалась, напомнив себе, что люди и сверхъестественные здесь скорее всего не знали ее. Кроме того, что это был не ее мир, так еще и не ее время. Она не родится еще много веков.
И Торн и понятия не имел, что однажды будет читать ей сказки на ночь и укачивать.
Эти воспоминания были такими неуместными перед лицом могущественного лорда демонов, что ей пришлось убрать улыбку.
— Наверное, я тебя с кем-то спутала.
Карма смеялась, пока не встретилась взглядом с Торном.
— Она защитница Малачая.
На его лице появилась легкая улыбка.
— Так это он призвал в качестве защитника, пока сражался со мной? Правда? Она казалась больше, когда впечатала меня в стену.
Карма скользнула взглядом в сторону Коди.
— Она арэль.
Глаза Торна стали цвета крови, а его клыки удлинились. В его зеленых глазах появилась холодная искра удовольствия.
— Арэль… давненько я не кормился одним из них.
