него. – Сергей Павлович созвонился с князем и дал указание немедленно везти девушку к нему, а остальных к нам. Но девица запротестовала. Сказала, никуда без друзей не поедет. Мне снова пришлось звонить Сергею Павловичу…
– Хорошо. С этим понятно. Что дальше? Что было у Шувалова? – нервно перебил Ромодановский.
– Нас впустили в дом. Слуга отвел девушку к князю. Они общались примерно полчаса. Потом к нам вдвоем вышли. Шувалов заявил, что мы свободны.
– Допросить внучку, так понимаю, не дал. Ну хорошо, а что с остальными двумя задержанными?
– Я конечно попытался забрать. Но внучка Шувалова стала давить на князя. Сказала, если мы их задержим, то она тоже поедет с нами. Шувалов сказал, решит вопрос. И чтобы мы уезжали. Я естественно сразу доложил Сергею Павловичу.
Платон Юрьевич скривился.
– Да-а-а… Дела… Внучка акционера главных банков Империи пошла грабить банк… Называется, дожили. – Он бросает недовольный взгляд на Оболенского. – А как так получилось, что мы сразу о ней не узнали?
– Так это по части спецов, – пожал тот плечами. – Наверное, не смогли увидеть.
– Но она точно его внучка?
– Насколько мне удалось установить, точно, – заверил Берник. – Не знаю, что там получилось у Шуваловых, память девушки была заблокирована. Она специально пришла на сеанс к графу Апраксину вспомнить прошлое. Там мы их, собственно, и взяли. Пока мы ждали звонка от Сергея Павловича, я успел пообщаться с Апраксиным. Он подтвердил личность девушки. В остальном, ссылаясь на неприкосновенность тайны пациента, он говорить отказался. Но если надо, я могу снова его навестить. Могу надавить.
– С ума сошли?! Он же тут же побежит жаловаться к Шувалову! Этих проблем мне еще не хватало!
Резко поднявшись, Ромодановский подошел к окну. Взгляд был неопределенным. Пробежав глазами по стоящим напротив домам, он развернулся к подчиненным.
– Внучка – это уже серьезно. Как говорится, родная кровь. Шувалов ее не отдаст. Даже допросить не даст. В любом случае договорится с Его Величеством. Может быть и по ее друзьям договорится. К слову, а они кто?
– Одна – осветленная простолюдинка. Она полукровка. Владеет лекарской способностью и умением Гасить Свет. Кроме перечисленного и дружбы с внучкой Шувалова, она ничего из себя не представляет. Учитывая последнюю директиву Бельского, ее умение Гасить Свет теперь под запретом. Она должна быть нейтрализована. Второй – это внук главы клана Вагаевых. Они из добытчиков скверны.
– Если добытчики, значит под князем Бельским ходят. Он их всех к рукам прибрал. Внучка прижмем, глава клана побежит жаловаться, – вздохнув, Ромодановский вернулся к своему креслу. – Вагаев, значит. А это не тот Вагаев из Императорского университета, по которому вы мне докладывали?
Берник на секунду замялся.
Оболенский сообразил быстрей.
– Платон Юрьевич, так это тот самый Андрей Вагаев, на которого мы собирались сделать ставку по бойне в университете. И его же сегодня задержали с внучкой Шувалова.
– Хм. Ты смотри, тот еще экземпляр, – хмыкнул Ромодановский. – Сбежал из дома, отправился получать способность в армию. Потом попал в историю в крепости Передовая, за что вы у меня выпросили для него медаль. Теперь влип в историю с ограблением Ситибанка… Ладно… Значит так… – Он берет на секунду паузу и трет ладонью лоб. – Договорится Шувалов с Его Императорским Величеством, не договорится – это дело десятое. С нас будут спрашивать в любом случае. Сами видите, сколько поднялось шума. Так что продолжайте искать остальных участников ограбления. Будем надеяться, за ними не будут стоять Шуваловы или еще какого-нибудь приближенного к Императору. Теперь что касается университета. Когда закончится эпопея с Ситибанком, Император снова вернется к этому вопросу. Времени не будет. Он потребует от нас действий.
– В этом направлении тоже работаем, – сухо ответил Берник.
Тихо стоявший все это время Балашов встрепенулся, будто наступил его звездный час.
– По университету у меня, можно сказать, все готово. Осталось от силы два дня, и можно устраивать бойню.
Берник с недоумением посмотрел на Балашова, потому как был совершенно не в курсе. Его реакция не ускользнула от внимания опытного руководителя.
– А кто выступит зачинщиками? Вы определились?
– Так точно. Зачинщиками выступают Ярослав Корнеев с наиболее радикальной группой и Святослав Лившиц – это вспомогательная группа. А основным фигурантом конфликта станет все тот же Андрей Вагаев. По нашему замыслу именно он должен будет начать стычку с Высшими, а остальные его поддержат.
– У вас Вагаев и в ограблении банка засветился, теперь вот и в университете должен выступать основным фигурантом. Тогда зачем при задержании вы стрелять в него хотели?
– Никак нет. Хотели только ранить. Чтоб знал свое место. С него не убудет. При ограблении Ситибанка ему пуля в сердце попала. И ничего. Уже оклемался.
Ромодановский кинул недовольный взгляд на старшего троицы, на Оболенского и вернулся к Балашову.
– Вы точно установили с ним правильный контакт? Боюсь, как бы опять ни вляпались. Второго Ситибанка мне не нужно.
Балашов нервно вытер ладонью, проступивший на лбу пот.
– Платон Юрьевич, это исключено. Уверяю вас, такого больше не повторится. А по Вагаеву все определено. Он сделает как надо. У меня только будет просьба. Можно к Иглам Падина добавить огнестрельное оружие? Хотя бы пару тройку стволов. Так сказать, придать храбрости Низшим.
– Если только пару тройку. Не больше. Все должно выглядеть, как спонтанный конфликт. Нас не должны ни в чем обвинить. Тем более Императора. А для этого нам нельзя оставлять ни улик, ни свидетелей. Подозревать могут сколько влезет. Без прямых доказательств – это будут только слова. Ну и не забывайте, после бойни, все с кем вы имели контакты, должны предстать в виде трупов. Чем больше будет мертвецов, тем лучше. Надеюсь, вам все понятно?
Покинув высокий кабинет, Оболенский дал распоряжение Бернику с Балашовым продолжать поиски оставшихся в бегах грабителей Ситибанка, а сам направился по своим вопросам, которых, к слову, было более чем предостаточно.
Если Балашов был в растерянности, не зная в какую сторону рыскать дальше, то Берник знал наверняка на кого и как нужно надавить, чтобы те, к кому приказали не приближаться, сами к нему явились и выложили все, что знали.
Вот только прежде ему хотелось узнать, чем Балашов сумел подцепить Андрея Вагаева, что так уверенно докладывал Ромодановскому.
-------------------------
Утром будет еще одна прода.
