Как я хочу чтобы он сейчас обнял меня.
– Поцелуй меня, я так скучала! Любимый! – прошептала я. Мягкие губы коснулись моей щеки. Я закрыла глаза, он рядом, он со мной.
Я не могла поверить, я знала, что позади стоит Гунченко. Именно он пришёл встречать меня несмотря на все мои протесты, а у меня из головы все сон не шёл про него. Почему он мне мёртвый приснился, я же не желала ему смерти, никогда….
Он расстался со своей Линой, она изменила ему и он тяжело переживал это, сказал, что очень бы хотел увидеться со мной еще. Я стояла, как истукан и внезапно: Клара! Земля ушла из-под ног, рядом с моими детьми стоял он…Геннадий Ржевский. Так эффектно. Брутально. Как умел только он так делать красиво. Я растерялась, не могла поверить своим глазам. Это сон?
Тот человек, который перевернул всю мою жизнь, тот кто ворвался в нее без спроса и стал ее неотъемлемой частью. Сейчас я стояла перед ним как девчонка и смотрела в его красивое лицо. Позади хлопнула дверь. Гунченко понял все без слов, какой он слабак, а ведь их отец ещё назывался…
– У нас через час самолет в Москву, ты летишь с намик! Ты успела с ним попрощаться? Вроде, как я понял с детьми он не очень хочет общаться! Я проигнорировав его слова, подошла к машине и распахнув дверь, села на переднее сидение. Ревность…
Чувство собственничества, вот что играло в нем. Геннадий усадил болтающих детей и сел сам за руль.
– Зачем ты приехал? – внезапно спросила я. – Ты столько времени не звонил… За операцию за все спасибо, я очень ценю…
– Привез тебе детей…. Он тронулся с места, а я отвернулась к окну. Хотелось налететь на него с кулаками, бить, рыдать, но сзади сидели дети и делать и этого делать было нельзя. Всю дорогу до аэропорта, мы ехали молча. В аэропорту тоже все было молча и лишь в самолете, он посмотрел на меня.
– Гунченко все не оставляет попыток тебя вернуть?
– Конечно! – ослепительно улыбнулась я.
– Он же мой бывший муж, ты сомневался в этом, Геннадий?
– Как я понял не только!
– Тебе уже ничего не надо понимать! Ген правда, дети счастливы, давай ни при них…
Я отвернулась едва сдерживая слезы, он больно схватил меня за руку.
– Что ты сказала? – хрипло спросил он.
– Отпусти! Мне больно! – Гена смотрел мне в глаза, я пыталась отвести взгляд в сторону, я не могла смотреть на него, боясь разрыдаться. Я так по нему скучала, так, так почему же я сейчас так себя веду…
– Дома поговорим!
– Москва не мой дом, я лечу только ради детей, ты прекрасно знаешь об этом! Он отпустил меня, а я закрыла глаза, прижимая к себе спящих детей. Я так хотела его руки, его сильные руки….
Я вздрогнула, он притянул меня к себе и коснулся губами волос, я понимала, что вся дрожу, он был рядом и это не сон. Это он, настоящий, со мной….
У него были новые документы и новая жизнь. Он ничего не рассказывал, а я ничего не спрашивала, я просто была счастлива рядом с ним…
Его друзья все решили. Домой возвращаться правда было нельзя, я еще не знала, что мы теперь живем в другом месте. Москва. В Питер возвращаться было нельзя, я и дети остались тут. С ним.
В большом коттедже, в нашем коттедже Я не спала, я все теснее прижималась к нему, а он сходил с ума касаясь моих волос и покрывая поцелуями мою шею.
– Не надо!
– Почему? – Салон самолета спал, стояла тишина. Я повернулась к нему.
– Я не знаю…Ты не звонил…Я…
Мой голос сорвался…. Он усмехнулся, в его глазах зажегся огонек. Он крепче прижал меня к себе.
– Я дома тебе все объясню! Клянусь у меня никого нет! Я в тюрьме был…Я не мог позвонить, я….
– Я знаю что ты беременна детка! Скажи мне тебе можно рожать? Чтобы не случилось, я….
– Тссс! – мои пальчики коснулись его губ.
– Все позади! У нас будет ребенок! Он закусил губу, он не мог в это поверить. Она вновь в его объятьях, с ним и носит его ребенка. Их ребенка…
Он обнимал меня за плечи. Дети сладко спаи всю дорогу и когда он внес Лешку в дом, тоже продолжал спать. Ксюша уснула с братом, а мы остались вдвоем…
Дом напоминал большой сказочный замок, наш замок. Он наблюдал за мной, я во все глаза смотрела на стену. Там во весь рост висел мой портрет.
– Нравится? – шепотом спросил он. Я кивнула, а он развернул меня к себе. Его глаза горели.
– Знаешь! – ладони Гены прошлись по моим волосам, он вглядывался в мое лицо, боясь упустить что-то во мне.
– Я столько в жизни совершил! Я не мог даже подумать, что… – он запнулся.
– Почему ты ушел? – тихо спросила я. – Не звонил!
Слезы катились по моим щекам, а он ненавидел себя в этот момент, что заставляет меня плакать. Я видела, я чувствовала это…
– Я знала что ты жив!
– Клара! Я полюбил тебя так, что мне крышу снесло! Я не могу без тебя! Я…..
Я не успела ойкнуть, он опустился на колени и обхватил мои ноги. Боже как же она была нужна ему.
– Гена я…. Он поднял голову.
– Я не смогу без тебя никогда малышка!
Я запустила руки в его волосы, знала одно и она не сможет без него, уже никогда…
Когда после пустыни ты попадаешь в оазис и окунаешься в водопад погружаясь полностью. Те же эмоции испытывали мы оба. Я задыхалась под ним, эта ночь была наша. Наши жаркие тела сплетались воедино, вся одежда давно была на полу. Его руки бродили по моему телу, а я жадно выгибалась навстречу его ласкам. Гена старался быть нежнее, быть аккуратнее, опускался все ниже целуя мой живот, я кусала губы до крови ощущая его горячие пальцы между ног, как они скользили по клитору и медленно погружались в меня. Я хотела его, я его безумно хотела. Мужчину. Своего мужчину.
– Гена! – я закричала. Мое тело перестало принадлежать мне уже давно, как только я встретила его. Я стала его….
Мои руки скользили по его широкой спине, я прижималась все крепче и лишь тогда когда он вошел в меня, я закричала еще громче. Разум отключался, я не могла под ним думать ни о чем. То грубо, то нежно, он вновь и вновь погружался в меня, а я с готовностью принимала своего мужчину. Руки и губы жадно ласкали мою грудь, языком он обвел круговое движение по соску. По щеке потекла слеза.
– Что такое детка? – встрепенулся он. – Тебе больно?
Я улыбнулась сквозь слезы.
– Мне никогда не было так хорошо! Я счастлива, любимый! – прошептала я.
Его серые со стальным отливом красивые и такие выразительные глаза смотрели на меня, а обвив его шею руками, лишь прижалась крепче. Когда он был внутри меня, жизнь наполнялась смыслом, он и есть мой смысл. Гена все понял без слов, да и к чему слова, его член стал еще тверже, а я вся изнывала под ним от желания, чтобы она брал меня еще и еще. Я только его и ничья больше. Только его….
– Гена! – Детка! Его рык и мой стон, в свете зимней луны, мы сходили с ума растворяясь друг в друге, я простила все и давно, я готова была на все, лишь бы сохранить все как есть сейчас, лишь бы только с ним….
Внезапно в доме резко погас свет. Внутри все сжалось. Гена встал и достал ствол… Послышался осторожный скрип двери… У меня все похолодело внутри… Господи нет, только ни это, прошу нет… Неужели нас нашли?
КОНЕЦ 1 КНИГИ
