плавники на позвоночнике и на лапах. И питаются они только сладкими фруктами, что падают с деревьев, да мелкой рыбой.
Принцесса, забывшись, удивлённо смотрела на него.
— И что, похожи головы на ваших кораблях на этих драконов? — спросила она, невольно улыбнувшись.
— Не особенно, — признал Матиас, тоже улыбаясь. — Но хоть в одном мы не ошиблись, выбрав в покровители существо, для которого море — родной дом.
Они замолчали. Дея пыталась представить себе маленьких водяных дракончиков и несколько жалела, что сама никогда их не увидит. Ей никогда не откроются тайны далёких земель, только разве что в историях тех, кто сумел посмотреть на них своими глазами.
Задумавшись, не заметила, как Матиас приблизился и осторожно коснулся её руки. Она удивлённо посмотрела на мужчину, столкнувшись со странным взглядом.
— Никак не могу забыть, как увидел тебя в саду, — сказал Матиас очень тихо.
Принцесса резко отняла свою руку, нервно оглянувшись. Видели? Слышали? Но Аснар и Берий были слишком увлечены разговором с Капитаном.
— Ты была такой красивой, окутанная светом, с сыном на руках. Забавно, но мысли сами собой постоянно возвращаются к тебе. — Продолжал Матиас. — Почему ты с ними? Ты ведь совсем на них не похожа. Ты нежная, тёплая…другая.
Нервная дрожь прошла по телу принцессы, заставив отступить на шаг. Зачем он говорит это всё? Почему здесь, в такой опасной близости от тех, кто — она не сомневалась — убьёт его, если услышит. Его взгляд стал горячим, как раскалённый песок, голос — чарующе тихим, вкрадчивым, а слова преступно запретными. И смертельно опасными.
— А потом я увидел, как ты танцевала. И я… — он сбился, — на краткий миг представил, что ты — моя. И мне понравилось…
— Ты меня даже не знаешь, — пробормотала Деамара поражённо.
— Я видел достаточно. Я понял, какая ты, когда увидел решимость защитить своё дитя от любой опасности. Когда ты танцевала, забыв, что на тебя смотрят. Когда стонала от удовольствия после…
Принцесса, резко бледнея, шарахнулась от него, не веря ушам. Шок, смешанный с оглушительным чувством стыда, был таким сильным, что едва не парализовал её.
— О да, — жарко прошептал Матиас, словно её страх только подстегнул его. — Я тебя слышал. И я тебя хотел. И хочу. Так, что не могу выбросить из головы.
— Что ты себе позволяешь? — прошептала она помертвевшими губами. — Уходи. Ты не понимаешь, что говоришь.
— Дея…
— Уходи, — её голос стал твёрдым и холодным, как металл.
Матиас замер, мучительно долго не отводя взгляда, в котором рождалось такое, что пугало девушку до дрожи. И всё же он отвёл глаза.
— Я прошу прощения, — сказал он глухо. Развернулся и стремительно покинул комнату, не обратив внимания на вопрос Дитмара.
Дея осталась стоять, поражённая, ошарашенная и напряжённая как струна. Спиной чувствуя на себе колкий взгляд Берия, и не находя в себе достаточно сил и равновесия чтобы обернуться. Опаляющее чувство стыда, шокирующая дерзость Матиаса, тон, которым он рассказывал о своих чувствах, его волнующий голос. Всё смешалось.
Глава 17. Матиас
Матиас сидел в таверне, которую облюбовали пираты, обнаружив очевидные преимущества: недалеко от выхода из города и подают кое-что покрепче сладкого вина. Пиво здесь тоже варили неплохое. Хорошенькая подавальщица как раз принесла на тёмном подносе кружку и полное блюдо запечённого под грибным соусом мяса. Готовили у маркатов вкусно, одни сочные ароматы чего стоили, да и Матиаса уже воротило от рыбы и вяленой говядины.
Девушка долго и аккуратно составляла еду на стол, не забыв наклониться пониже, и бросив жаркий взгляд. Задержалась, протирая приборы, а потом и стол тканой салфеткой с вышивкой. Наконец Матиас чуть раздражённо ей кивнул, и подавальщице пришлось удалиться. Хотя она ещё какое-то время оборачивалась с надеждой, пока её не позвали другие посетители.
Матиас знал, что красив. И знал, что действует на женщин почти как наркотик. Одна из бывших любовниц любила повторять: «Матиас, ты сплошной соблазн». Ему даже ничего не нужно было делать, женщины вешались на него сами, едва увидев. Тем более, здесь его внешность была экзотичной и привлекала ещё больше внимания, чем обычно. Вот и сейчас он чувствовал на себе чужие взгляды, но не обращал внимания.
Мужчина попробовал мясо и удовлетворённо улыбнулся. Да, то, что надо. Достаточно нежное, достаточно острое.
Ему всегда было скучно на берегу. В любом городе, в большом или маленьком. Везде было по сути, одно и то же. Он чувствовал себя рыбой, выброшенной на песок, которой повезло попасть в ямку, где оставалось немного воды. И эта живительная влага постепенно испарялась и исчезала, приближая неминуемую смерть.
Матиас любил риск, обожал, когда опасность щекочет нервы кончиком ножа. Всё доступное ему - было скучным. Он как никто другой знал, что по-настоящему сладок только запретный плод. Забрать чужое – вот, что волнует, делает его живым. Практически потребность. Иногда она становилась столь сильной, что напоминала жажду путника в пустыне.
Вот и сейчас пират думал о жене правителя оборотней и ощущал, как просыпается в груди что-то знакомое, азартное и ненасытное.
Он уже узнал, что девушка не так проста, вдобавок к своему положению она была дочерью анмарского короля, и это делало приз ещё более ценным. Нет, пирата сейчас интересовали не деньги и не драгоценности. Запретное. То, что заставляет кровь быстрее течь по жилам, разогревает и даже распаляет её.
Ему нравилось, что она его немного боялась. Он видел, что двое мужчин влюблены в неё. По-настоящему, со страстью, которая сильнее воли. Заметил ревность, с которой Берий смотрел на него и на других. Она была красива, светлой чистой красотой, к которой он не привык.
Ему захотелось сыграть с ней в излюбленную игру. Ему льстило, когда чужая жена мечтала о нём, а не о законном супруге, сходила с ума, становилась почти безумной. Хотелось, чтобы она вкусила запретный плод так же, как вкушает он.
Он наивно думал, что принцесса будет очарована им, как и все остальные, будет упираться для приличия, но не сможет устоять перед соблазном, так было не раз и не два. Что ей будет так приятно его внимание, что она забудет обо всём на свете. Он ожидал смущения, может страха или злости. Но только не жёсткого отпора.
Матиас рассчитывал, что они проведут вместе несколько приятных тайных вечеров, а когда она
