class="p1">Осмотревшись по сторонам, Кори нашла еще кое-что: моток веревки для альпинизма и проволоку вместе с ржавыми крюками, закладками и карабинами. Ей уже приходилось видеть эти вещи, и она сразу поняла, что это снаряжение скалолаза.
Кори позвала Нору, осматривавшую другую часть города. Археолог тут же подошла к ней.
– Бедняжка, – сказала Нора, глядя на россыпь костей. – Какая ужасная смерть. – Она опустилась на корточки возле останков мула.
Кори кивнула:
– Теперь мы можем частично восстановить события последнего дня жизни этого человека. Он отвел мула в загон, а седло и одну из корзин оставил у ворот. Вторую корзину он взял с собой в подвал. Там он и умер, причем похоже, что в страшных мучениях. Мул остался запертым в загоне и через какое-то время тоже умер.
– А может, и нет, – возразила Нора, смахнув песок, частично скрывавший череп.
– Почему?
Нора указала на то, что обнаружила, и Кори все поняла без слов. В передней части черепа виднелась дырка, в которой безошибочно узнавалось пулевое отверстие. Пуля вошла в череп, но выходное отверстие отсутствовало.
Нора осторожно потрясла череп и услышала постукивание. Она заглянула внутрь и увидела искореженную, сплюснутую пулю.
– Животное застрелили, – объявила она.
– Зачем хозяину убивать своего мула? – удивилась Кори.
– Мы не знаем, что это сделал именно он. А еще мы не знаем, почему он умер в такой странной позе – сжавшись в комок. В этой истории много непонятного.
Они немного помолчали.
– А что ты думаешь про снаряжение для скалолазания? – наконец спросила Кори.
– Готова поспорить, он искал старую золотоносную шахту, расположенную ниже уровня плато.
Кори снова кивнула:
– Давай уберем все эти вещи в контейнеры для улик.
К десяти часам все предметы были собраны, упакованы и запечатаны. Оставалось только само тело. Скип наконец проснулся и приготовил на всех сытный завтрак, состоявший из блинов с черничным джемом, бекона и яиц.
– Перенести тело будет не так-то просто, – проговорил Скип с полным ртом. – Оно хрупкое, как крыло бабочки.
Он запихнул в рот еще одну полоску бекона и принялся громко чавкать.
– Надо взяться за это дело всем вместе, – сказала Нора.
После завтрака они вернулись в подвал, захватив с собой мешок для трупа и большой контейнер, похожий на гроб. Мужчина сидел, свернувшись в три погибели у стены подвала. На нем был плащ из клеенчатой ткани, надетый поверх клетчатой рубашки и холщовых штанов с кожаными подтяжками. Одежда настолько иссохла, что края стали коричневыми и раскрошились в пыль. Большие участки кожи отслаивались сухими пластинами. Рядом лежали остатки ковбойской шляпы. Одну руку мужчина прижимал к груди, вторую выставил перед собой, будто отталкивая что-то.
– Ладно, – сказала Нора. – Сделаем так. Положим открытый пакет на пол рядом с трупом, потом втроем возьмем его снизу, на счет «три» одновременно поднимем и положим в пакет, а пакет уберем в контейнер. Все согласны?
Кори и Скип кивнули.
Руками в перчатках они взялись за тело снизу: Нора за плечи, Кори за бедра, Скип за колени.
– Раз, два, три.
Они подняли мумию, оказавшуюся на удивление легкой, и осторожно положили ее в расстегнутый пакет для трупов.
По помещению распространился странный, неприятный запах, напоминающий вонь испорченного сыра. Кори старалась дышать через рот.
– Отлично, – произнесла Нора.
– Смотрите! – вскрикнул Скип. – У него из одежды что-то выпало.
Он указал на предмет, лежащий на пластике рядом с телом. Размером примерно с ладонь, он был завернут в кусок кожи и перевязан посередине кожаным шнуром.
Кори наклонилась, чтобы получше разглядеть находку. Сквозь трещины в коже внутри что-то поблескивало.
– Давайте откроем, – предложила она. – Нора, ты не возражаешь?
– Почему бы и нет?
Кори сфотографировала сверток, а потом Нора взяла его руками в перчатках.
– Ух ты, – сказала она, взвешивая предмет на ладони. – Тяжелый.
Она осторожно развязала узел и развернула жесткую кожу.
Внутри обнаружился великолепный золотой крест, отделанный драгоценными камнями, тускло поблескивающими в полумраке подвала. Похоже, камни были настоящими.
– Обалдеть! – воскликнул Скип.
– Какой красивый, – прошептала Кори.
Держа крест одной рукой, Нора выудила из кармана лупу, поднесла к глазу и внимательно осмотрела драгоценный предмет, поворачивая его то в одну сторону, то в другую.
– Он настоящий? – спросил Скип.
– Весит немало, – ответила Нора после долгой паузы. – К тому же совсем не потускнел. На сто процентов уверена: это чистое золото. Мастерство ювелира впечатляет: огранка и филигранная проработка деталей выполнены настолько тонко, будто эту вещь делали под микроскопом. И я уверена, что все эти камни настоящие: рубины, сапфиры, изумруды, бирюза, лазурит.
– Он очень старый? – спросила Кори.
Нора помедлила:
– Я бы сказала, времен испанского колониального владычества. Скорее всего, семнадцатый-восемнадцатый век. В первый раз вижу такое великолепное золотое изделие.
– А сколько он стоит? – поинтересовался Скип после очередной короткой паузы.
Нора фыркнула:
– Другого вопроса от тебя и не ждала! С археологической точки зрения он бесценен.
– Но чисто теоретически, если выставить крест на продажу, сколько за него можно выручить?
Нора задумалась:
– Даже не представляю. Сто тысяч? Полмиллиона? Ни в одном музее таких не видела.
Скип присвистнул:
– Ну парень дает! Зачем он притащил с собой в город-призрак такую ценную вещь?
«Хороший вопрос», – подумала Кори.
Внезапно Скип оживился:
– Слушайте, а вдруг при нем есть и другие ценности? Давайте поищем!
– Эй! – возмутилась Нора, как только он потянулся к телу. – Руки прочь!
– Мы исследуем останки в лаборатории, – сказала Кори, – и, если там есть что-то еще, обязательно найдем. А сейчас давайте положим золотой крест в контейнер вместе с телом и поедем скорее в Альбукерке. А то как-то не по себе из-за того, что на нас лежит ответственность за такое сокровище.
12
– Добро пожаловать в мою патологоанатомическую лабораторию! – объявил Найджел Лэтроп с ярко выраженным британским акцентом, открывая дверь перед Кори.
Ей не понравилось слово «моя», и все же она растянула губы в дружелюбной улыбке и шагнула внутрь. Морвуд пару раз прозрачно намекнул Кори, что с Лэтропом ссориться не надо. Этот судмедэксперт проработал в отделении ФБР в Альбукерке целую вечность и приобрел репутацию безобидного чудака, которого все любят – или говорят, что любят. Но на самом деле Лэтроп – та еще заноза в заднице, поэтому для Кори особенно важно расположить его к себе.
«Лэтроп – мастер на все руки, – рассказывал Морвуд. – Он начинал работать в те времена, когда криминалистику еще не разделили на разные области. Занимался основами основ: анализом волос и волокон ткани, отпечатками пальцев, анализом брызг крови, анализом крови. Короче говоря, всем тем, что нужно сделать побыстрее и ради чего образцы не
