class="p1">Мужчина дрожащими руками схватил маску, прижал к лицу. Сделал вдох, другой. Его глаза расширились, плечи опустились. Он закивал остальным, судорожно показывая большой палец.
Толпа тут же пришла в движение. Люди набросились на кучу, хватая спасительные средства защиты. Кто-то помогал надеть маску ребенку, кто-то натягивал ее на потерявшую сознание женщину. Паника сменилась суетой выживания.
Я же подошел к краю островка, оценивая обстановку. Потолок огромного некрополя терялся где-то в вышине, скрытый клубами зеленоватого смога. Провал, через который мы все сюда попали, все еще светился далеким прямоугольником света где-то над головой.
Проблема была в том, как туда добраться. Эти люди не рейдеры. Они не умеют прыгать по скалам, у них нет крюков-кошек или магии полета. Им нужна дорога. Простая, надежная, твердая дорога.
Я огляделся. Остров был уставлен статуями. Огромные, изваяния терракотовых генералов стояли по периметру, словно почетный караул. Массивные, тяжелые, сделанные из обожженной глины и камня.
Идеально.
Я подошел к ближайшей статуе. Генерал с алебардой стоял спиной к провалу наверху. Если его уронить под правильным углом, он упрется головой в выступ следующего яруса. А следующий — в другой. Получится импровизированная лестница. Грубая, опасная, но единственно возможная.
Я положил правую руку на постамент статуи. Сосредоточился. Кристалл Кровавой Бойни, интегрированный в мою кирку, отозвался на зов. Но не как оружие, а как источник грубой, яростной силы, используя особенность усиления, которое поднимает параметры физической силы и крепости тела до недоступных обычному человеку.
Мои руки окутало багровое свечение. Вены вздулись, мышцы налились свинцом. Я почувствовал, как по телу разливается жар, требующий действия, требующий крушить и ломать.
— А ну, подвинься, — прорычал я.
Я уперся плечом в ногу гиганта и толкнул. Камень заскрежетал. Статуя весом в несколько тонн дрогнула.
Люди за моей спиной затихли, наблюдая за безумцем, который пытался сдвинуть гору.
— Еще немного… — прохрипел я, вкладывая в толчок всю силу.
Статуя накренилась. Центр тяжести сместился. Генерал медленно, словно нехотя, начал падать вперед.
Грохот эхом разнесся вокруг!
Каменный исполин рухнул, ударившись шлемом о край выступа выше. Алебарда вонзилась в расщелину, создав дополнительную опору. Мост встал намертво.
Я не остановился. Активировал Коготь Фенрира. Крюк выстрелил в следующую статую, стоящую чуть дальше. Намотал трос на руку, уперся ногами в землю и дернул, используя усиленные мышцы и механизм лебедки.
Вторая статуя рухнула поперек первой, создавая следующий пролет. Третья легла идеально ровно, соединяя конструкцию с остатками перекрытий музея, свисающими сверху.
Получилась циклопическая лестница из тел павших гигантов.
Я повернулся к людям. Багровое свечение на руках медленно угасало, оставляя после себя легкое покалывание.
— Путь открыт, — сказал я, указывая на нагромождение статуй. — Поднимайтесь. Осторожно, без паники. По одному.
Никто не двинулся с места. Они смотрели на меня как на сумасшедшего. Черная маска, странная экипировка, сила, способная валить статуи.
— Чего застыли? — я сделал приглашающий жест. — Ртуть поднимается.
Это была ложь, уровень ртути был стабилен, но мотивация сработала. Первая женщина, прижимая к себе ребенка, неуверенно ступила на спину лежащего генерала. Камень держал крепко. Она сделала еще шаг, потом еще. Обернулась, махнула рукой остальным.
Поток людей потянулся вверх. Они проходили мимо меня, некоторые пытались остановиться, сказать спасибо, схватить за руку.
— Спасибо вам… кто вы?
— Храни вас Бог…
Я молчал. Просто стоял, скрестив руки на груди, и кивком указывал направление. Мне не нужны были их благодарности. Мне нужно было, чтобы они убрались отсюда и не путались под ногами. Образ молчаливого защитника работал лучше любых слов — он внушал уверенность и не давал повода для лишних вопросов.
Когда последний человек скрылся в провале наверху, я развернулся к центру некрополя.
— Первый этап завершен, — пробормотал я.
Я снова активировал Коготь Фенрира, выстреливая в дальний сталактит, свисающий с потолка. Рывок, и я полетел над ртутной рекой, направляясь к следующему острову.
* * *
Следующие полчаса превратились в марафон. Я перемещался от островка к островку, действуя по одной и той же схеме. Приземление, оценка угрозы, уничтожение охраны, спасение людей.
На втором острове группа терракотовых лучников загнала десяток посетителей выставки за обломки колонн. Я влетел в их строй сверху, обрушивая кирку на глиняные головы. «Пожиратель Воли» пел свою кровавую песню, разбивая древние изваяния на осколки. Камни Резонанса сыпались на пол, я подбирал их на ходу, отправляя в Арсенал.
Короткий инструктаж, раздача респираторов, указание пути к моей импровизированной лестнице. Люди, кашляя и плача, бежали к спасению.
На третьем острове пришлось повозиться. Там пробудился центурион — тварь покрепче обычных солдат, вооруженная двумя мечами. Он крутился волчком, не подпуская к себе. Пришлось использовать крюк, чтобы сбить его с ног, а затем добить ударом кирки в сочленение доспеха.
Я чувствовал себя мусорщиком, разгребающим завалы, но это была необходимая работа. Чем меньше людей останется внизу, тем меньше у «Магистрали» живых щитов или потенциальных заложников.
И вот, на четвертом острове, самом крупном из периферийных, и последним с выжившими, я увидел знакомое золотистое сияние.
Остров был окружен ртутью со всех сторон. В центре, прижавшись друг к другу, сидела группа подростков, школьники, часть из которых я видел наверху перед началом катастрофы. Вокруг них дрожал полупрозрачный золотой купол, по которому методично долбили копьями терракотовые пехотинцы.
Внутри купола, стоя на одном колене и упершись руками в землю, находился Роман.
Он выглядел паршиво. Лицо бледное, покрытое потом. На левой руке тускло светился Щит Одноглазого Ворона, но сил активировать его полную мощь у парня явно не было. Он держал барьер на чистой силе воли, своим талантом «Живой Бастион».
Терракотовых воинов было много. Два десятка, не меньше. Они обступили купол, нанося удары в одну точку. Барьер прогибался, по нему бежали трещины. Дети внутри плакали, закрывая головы руками.
Будь парень один, он бы может и справился, но защищая детей особо не повоюешь.
— Держись… — хрипел Роман. — Я не… сдамся…
Один из воинов замахнулся тяжелым молотом. Удар пришелся в вершину купола. Золотой свет мигнул и погас.
Барьер рухнул.
Воины шагнули вперед, занося оружие над беззащитными детьми. Роман встал, закрывая их собой и готовясь к сражению.
В этот момент я вылетел из тьмы.
Прямо в полете активировал «Жатву Душ». Кирка в моих руках трансформировалась, удлиняясь, изгибаясь, наливаясь багровым светом. Через мгновение я сжимал в руках огромную косу из чистой энергии разрушения.
— Посторонись! — рявкнул я.
Приземление пришлось в центр строя врагов. Я крутанулся на месте, описывая косой широкую дугу. Лезвие прошло сквозь глиняные тела, не встречая сопротивления. Терракотовая армия — это, по сути, конструкты,
