«Волка» находился на набережной Москвы реки и был не из простых. Его парадный подъезд выглядел так, словно это не вход в жилой дом, а фойе одного из лучших Московских музеев. И ещё, входя внутрь создавалось впечатление, что это было помещение предназначенное для того, что бы схода удивить входящего и заставить его ахнуть, переступив порог этого торжественного помещения. Потолки дворцового типа, расписанные весьма умелой кистью, настолько привлекли внимание Игоря, что он забыл о цели, с которой пришёл по этому адресу. Однако вовремя спохватился и продолжил свой путь по направлению к лифтам. Здесь же рядом, у входа, находилась комната консьержа, но почему-то сейчас она оказалась пустой и входная дверь в неё была заперта. Сквозь стекло было заметно, что помещение обжито, поскольку на столе стоял термос и бокал для чая. Игорь, слегка задержавшись у застекленной витрины, прошел дальше к лифтам и поднялся на шестнадцатый этаж, где и располагалась квартира однофамильца, Макарова А.Н.
– Так вот, ты, какое, звериное логово.
Глядя на массивную входную дверь, старинной работы, Игорь подумал.
– Мне бы такую конуру, я бы не отказался стать даже «Волком».
Брякнул, не подумав, молодой майор и тут же поправился.
– Хотя, что я дурак, что ли? Мне и своей вполне хватает. На кой мне такие номера? Тут ремонта одного… Никаких денег не напасёшься.
Успокоился он и вошёл внутрь квартиры. Однако, там, внутри всё оказалось вполне обычным. Нормальная мебель, без антикварных изысков, обычная, хотя и не из дешёвых, кухня. А вот что было действительно необычным, так это высокие потолки, по прикидке в три с половиной метра и огромные комнаты, в которых можно было разместить по целой квартире простых смертных слуг трудового фронта. Игорь не считал себя человеком мало осведомлённым или мало понимающим в жизни, но квартира, всё же, поразила его воображение. Как всегда, его оценка ситуации не обошлась без шуток.
– Мама родная, да здесь для замены лампочек в люстрах нужно автовышку вызывать.
Осмотревшись вокруг, он принялся за главное дело. Но ещё не решил для себя: с какого из двух.
– Да, а с какого дела мне начать, с красной папки по книгам или с белой папки «Ы».
Промелькнуло в его мыслях.
– Ладно, буду просто смотреть, а оно само проявится. Вообще, если здесь книги достойные внимания воров? Поговорить бы с хозяином, он наверняка прояснил бы мне, что к чему. Но он, «Волчара», покусать может. Тогда пусть покусает Серёгу, у него наверняка и намордник найдётся для этого зверюги. Напишу в задании: «Допросить хозяина квартиры по поводу наличия ценных книг». Что ещё? Сами книги стоят на полках странно, обычно хозяйка ровняет их чуть не по шнурку, как табуретки в казарме, а тут разнобой. Правда разнобой тоже не слишком явный, но всё же, он есть. Вот журналы, к примеру, к ним явно не прикасались, так они в рядок и выстроены, а книги пляшут. Ну-ка, ну-ка, а как там с пылью на этих книгах? Точно, каждую книгу вынимали и ставили назад. Это что же за библиотекарь такой. Кстати, искать будем именно «библиотекаря». Люстра стоимостью в тысячу рублей не тронута, а книги перешерстил все, до единой. Знать, интерес в бумажном экземпляре, а не в денежном. Хотя и книги бывают ценными, это нам известно.
Осматривая всё, что хотя бы немного привлекло его внимание, он обнаружил на ковре следы от стремянки, с которой библиотекарь и дотягивался до верхних полок книжных шкафов, а ещё он высчитал, важную деталь: что бы перебрать всю Макаровскую библиотеку таким дотошным образом, понадобилось бы более тридцати четырёх часов. Это под силу далеко не каждому. Догадка со временем тут же отменила его прежнюю версию о ценной книге.
– Искать наобум ценную книгу, в библиотеке из одной тысячи книг, не зная её названия и внешнего вида, это невозможно. Просматривать каждую из них, давая ей коммерческую оценку да ещё при свете фонарика, да ещё и на протяжении более суток, да ещё и стоя на стремянке. Нет, книги отпадают. Допрос «ВОЛКА», пока отменяем. Тогда что? Возможно, что искомое находится в книге, как вложение. Только в этом случае есть необходимость просматривать каждую книгу, вынимая её из ряда и возвращая на место.
Эта догадка была для следствия очень важным моментом, она позволяла встать на правильный путь и искать причину проникновения именно там, где её и стоило искать, а не бросаться на разработку многочисленных версий. Игорь и не заметил, как время перевалило за три часа дня. Это он находился в квартире, как оказалось, уже больше шести часов, и почти ничего не успел сделать.
– А что мне, собственно говоря, нужно было успеть сделать? Подведём итоги:
Я определился с отсутствием нужды в поиске книг;
Я определился с предметом, который нужен и мне и библиотекарю»;
Я определился с тем, что искать нужно «библиотекаря»;
Я …
Словно гром среди ясного неба в квартире раздался телефонный звонок. Это был замысловатый нотный перебор, которого Игорь никогда раньше не слышал. Сам телефон стоял на полочке в прихожей, но на журнальном столике перед книжными полками тоже стоял телефон, однако звонка от него не исходило. Игорь немного замешкался, ведь ему было запрещено говорить по всем телефонам, но инстинкт следователя пересилил. Он решился на первое и единственное должностное нарушение в расследовании этого дела. Осторожно, как бы вынимая чеку из гранаты, он снял трубку и молча слушал всё, что произнесёт голос на том конце телефонной линии. Голос просто напросто ошарашил его.
– Объявляю тебе первый строгий выговор за нарушение инструкции номер сорок четыре дробь двести тридцать один. После второго будешь отстранён от расследования, с соблюдением всех требований к обеспечению особой секретности этого дела.
Это был голос Сергея. Появление этого голоса Игорь ожидал меньше всего на свете. Финт руководства оказался настолько неожиданным, что попросту срубил бравого чекиста под корень. Эдакой развязки, он предвидеть себе не мог. Ощущая себя провинившимся молокососом, вытянулся в струнку и напряжённо внимал грозным выговорам начальства.
– Что удалось выяснить по делу «Ы»?
В приказном тоне выговорил шеф. Бедолага, Игорь, всё же нашёлся и, взяв себя в руки, твёрдо проговорил.
– Извините, мне запрещено говорить по телефонам, только лично.
– Правильно, поздравляю, ответ принят. Сегодня в девятнадцать ноль, ноль, в помещении два ноля с письменным отчётом о проделанной за день работе.
– Вот это проработочка!
Проговорил он и вытер платком пот со лба.
– А что будет означать – отстранение от расследования с вытекающими обстоятельствами соблюдения
