так и не поймали, околачивается где-то в штате.
— Отлично. Значит, вы знаете, что нужно будет делать, когда придёт время…
В трубке повисло молчание. Затем Тагерт прокашлялся и произнёс:
— Я тебя понял, Алекс. Это обойдётся тебе в стоимость рейса в Вирджинию.
— Помилуйте, Тагерт. Без обид, но это много даже для вас! Двадцать пять процентов.
— Половина!
— Идёт!
— Тогда я жду твоих ребят.
— С ними приедет Капитан. Ждите!
И я повесил трубку.
* * *
— Дамы и господа! Просто полюбуйтесь, как идёт Огнедышащая! Она на два корпуса обходит конкурентов. Напоминаю, что буквально два месяца назад она взяла второе место на скачках ипподрома «Акведук» в Нью-Йорке! Это — настоящий фаворит! За второе место разразилась ожесточённая борьба между Дикой и Графом. Какая схватка!
Комментатор разрывался так, что от его вскриков, доносящихся из громкоговорителей, установленных вдоль набережной, звенело в ушах. Большая толпа прильнула к периллам. Мальчишки забрались на крыши. Некоторые уже взрослые парни последовали их примерам. Людской оживлённый гомон доносился со всех сторон. Казалось, весь город пришёл посмотреть на великолепное зрелище.
На фоне океана вдоль берега на прекрасных скакунах неслись жокеи в ярких, разноцветных куртках. Копыта взрывали белый песок, который утрамбовывали до этого несколько дней.
Я склонился к Блум, которая с явным удовольствием наблюдала за происходящим. Сейчас мы сидели в вип-трибуне, собранной вчера неподалёку от финишной черты.
— Вы уверены, что всё будет так, как вы запланировали?
Девушка, не отрывая глаз от приближающихся лошадей, тихо произнесла, так же склонившись к моему уху:
— Уверена. Мартин сейчас даст Графу показать себя на финише.
— А чем вы… ну это… лошадей… — замешкался я.
Она впервые за гонку посмотрела на меня. В её карих глазах запылал огонь возмущения:
— Вы что? Думаете, я стала бы травить скакунов? Всё просто. Лошадям дают витамины из перечня разрешённых биодобавок за две недели перед скачками. Чтобы привести их на пик формы. Я давала их только Графу. А у остальных был обычный рацион. Об этом знает только Мартин и мой главный конюх, Билли. Травить лошадей⁈ Вы с ума, что ли, сошли? За кого вы меня…
— Тихо-тихо! — прошептал я, успокаивающе кладя руку ей на перчатку.
Мне показалось, или она задержала руку перед тем, как мягко спрятать её в рукав полушубка.
— Простите мне такое предположение. Я просто дилетант в этой сфере. А как вы уверены в том, что Огнедышащая даст себя обойти, если её жокей не знает о договорённостях?
— У неё было растяжение после «Акведука», — ответила Блум, — И вообще. Я знаю своё дело. Как вы — знаете своё, — она сделала «страшные» глаза.
Я лишь усмехнулся. Подколола.
— Но я обещала вас научить. И не отказываюсь от данного мною слова, — твёрдо произнесла девушка и посмотрела на меня.
Я улыбнулся и молча кивнул.
— Граф идёт вперёд! Он уже поравнялся с Огнедышащей! Какая борьба! А вот Дикая отстала и отдалилась на одно место! Дамы и господа! Смотрите, какой финал! Граф вырывается на половину корпуса вперёд!
Я огляделся и осмотрел богато разодетую толпу. Наверху в главной ложе сидел Наки. Казначей активно жестикулировал и что-то кричал. Рядом с ним сидел уже набирающий дородность горбоносый джентльмен. На нём был серый смокинг в полоску и бабочка. Видно было, что он сдерживает эмоции.
— Да-а-а! Граф побеждает!
Человек в сером костюме вскочил с места и потряс кулаками. На его лице было выражение абсолютного счастья. Наки рядом с ним расцвёл. Он вдруг поймал мой взгляд, и еле заметно кивнул. Мужчина в летах начал активно трясти его руку и что-то горячо говорить.
М-да. Енох в своём репертуаре. Рядом с ним сейчас был Уоррен Гардинг. Будущий двадцать девятый президент Соединённых Штатов. И, судя по всему, он только что получил огромную сумму с этой победой.
— Ну что, вы не передумали? — возвратился я к разговору с мисс Брауни, — Всё в силе насчёт поездки в Нью-Йорк?
— Да. Но мне нужно немного времени, чтобы собраться и отдать указания конюхам.
— Мои люди довезут все обратно в Луисвилл в полной сохранности. И сопроводят вашу команду. Мне тоже нужно переговорить кое с кем и собраться.
Она посмотрела на верхнюю ложу, где Джонсон о чём-то смеялся с Гардингом, и лишь кивнула:
— Понимаю… Кстати, Алекс, вы в курсе, что Дэннис предложил переписать свою долю поместья на меня после того, что произошло этой ночью?
— Я рад, что он принял верное решение. В ваших руках конный завод будет процветать.
* * *
Наки я застал чуть позже у себя в апартаментах в «Ритце». Он стоял около большого стекла, разделяющего его гостиную и большой зал отеля, и смотрел, как идут приготовления к грандиозной вечеринке в честь будущих выборов. А по факту — попойке больших шишек в честь наступления Акта Волстеда.
Запретный плод сладок! И здесь им никто не помешает его вкусить. Да ещё и упиться вседозволенностью. Полиция не придёт и не арестует барменов, не испортит вечер. Политики, бизнесмены, гангстеры, все будут сегодня веселиться и смеяться над тем, что им кажется остроумным — устроить алкогольную вечеринку в день старта Сухого закона.
— Наки?
— Алекс! — отозвался Джонсон и потряс мою руку, — Как думаешь, не слишком ли пошло будет, если в момент, когда часы пробьют двенадцать и Акт Волстеда вступит в силу — с потолка вниз упадёт триста надувных шаров и начнёт сыпаться конфетти?
— Думаю, вам видней, мистер Джонсон. Вы здесь шоумен, а не я, — парировал я.
— Ха, вежливость города берёт, да, мистер Соколов? Ладно, давайте к делу. Ваше предложение этой ночью, признаться, очень меня удивило. Но я люблю решительных людей. Как я и говорил, на неделе вас будет ждать в Нью-Йорке мой старый знакомый, Грейс МакКой, начальник береговой охраны штата Мэн. Он позаботится о том, чтобы вы бесперебойно получали из Европы отличный товар. И как договаривались этой ночью, я не претендую на поставки в Кентукки. И всё же я хочу вас предостеречь…
Наки строго посмотрел на меня через стёкла очков:
— Кентукки слишком близко к Чикаго. И к Цинциннати… А там Торрио и Ремус. Будьте начеку с такими соседями. Пройдёт время, и они обратят своё внимание и на более южные штаты. Пока они забивают рынок у себя. Но кто знает
