где содержались польские военнопленные, однако нигде больше массовых расстрелов не проводилось. Что могло заставить советское командование казнить 12 тысяч польских военнопленных на Смоленщине? Скорее всего ничего подобного вообще не было. В то же время сами гитлеровцы вполне могли без зазрения совести уничтожить польских военнопленных, поскольку они не испытывали к ним никакого почтения или даже уважения и не отличались гуманизмом по отношению к военнопленным, особенно к славянам. Уничтожить несколько тысяч поляков для гитлеровских палачей вообще не представляло никакой проблемы.
Специальная комиссия по установлению и расследованию обстоятельств расстрела немецко-фашистскими захватчиками военнопленных польских офицеров в Катынском лесу была сформирована в январе 1944 года. Комиссию возглавил, как уже отмечалось ранее, главный хирург РККА генерал-полковник медицинской службы Николай Нилович Бурденко. В комиссию были включены несколько видных советских ученых, а также писатель Алексей Толстой и митрополит Киевский и Галицкий Николай (Ярушевич).
Хотя общественное мнение на Западе к этому времени было уже достаточно предвзятым, тем не менее эпизод с расстрелом польских офицеров в Катыни вошел в обвинительное заключение Нюрнбергского трибунала. То есть однозначно была признана ответственность гитлеровской Германии за совершение этого злодейского преступления.
Долгие годы про расстрелы поляков под Катынью не вспоминали. Кажется, о них окончательно забыли, однако когда у нас в стране с разрушительной силой стремительно разворачивалась перестройка и одновременно началось планомерное «расшатывание» советского государства, история Катынских расстрелов была вновь реанимирована так называемыми доморощенными правозащитниками вкупе с польским руководством.
В 1990 году первый и последний президент разваленного им же Советского Союза Михаил Горбачев фактически признал ответственность СССР за Катынский расстрел. С этого времени и вот уже тридцать лет версия о том, что польских офицеров расстреляли сотрудники НКВД СССР, «гуляет» по всему свету и даже превратилась в доминирующую версию.
Даже «патриотический поворот» российского государства в 2000-е годы никак не смог повлиять на изменение ситуации. Россия продолжает «раскаиваться» за преступление, к которому не имеет никакого отношения, за преступление, которое совершили гитлеровцы. А в это время Польша продолжает выдвигать все более жесткие и уродливые требования, чтобы расстрелы в Катыни были признаны мировой общественностью геноцидом польского народа со стороны Советского Союза.
Вот уже 20 лет на территории Тверской области существует так называемый Медновский мемориал. В памяти многих людей подсознательно сохраняется мысль о том, что в этом месте захоронены более 6 тысяч польских военнослужащих, которые якобы были расстреляны в 1940 году сотрудниками НКВД. Факты, однако, свидетельствуют, что это не более чем грандиозная политическая фальсификация, как, впрочем, и вся сфабрикованная в угоду определенным политическим целям история, связанная с Катынскими расстрелами.
Что касается конкретно Медновского мемориала, то все находившиеся в 1938–1940 годах в тех краях польские узники были не военнослужащими, а сотрудниками государственной полиции, офицерами корпуса пограничной охраны, сотрудниками тюремной службы и службы правосудия польского государства. Все они находились в спецлагере на территории Нило-Столобенской пустыни, пока шло расследование их вероятного соучастия в преступлениях против Советского Союза и против русского населения, проживавшего на оккупированных Польшей в 1920 году землях. Несколько сот человек из числа узников пустыни были признаны виновными и понесли вполне заслуженное наказание. Известно также, что многие из польских граждан, чьи имена высечены на бронзовых плитах в Медном, были живы и даже вполне здоровы спустя несколько лет после их якобы расстрела советскими чекистами.
Так называемая «катынская тема» о якобы тысячах убитых военнопленных поляках, которые были интернированы в СССР после присоединения ряда польских областей в 1939 году, стала в последнее время краеугольной проблемой в сфере российско-польских отношений. Военнопленными они стали, кстати, после того, как так называемое правительство Польши в изгнании объявило войну Советскому Союзу. На данный момент «катынскую тему» можно признать практически развенчанной. Так, по крайней мере, считают многие исследователи. Историческая справедливость ломает лживые пропагандистские теории, но остается еще проблема Медновского мемориала. Поисковики, историки намерены раскрыть правду о захоронении в Медном.
Мемориальный комплекс «Медное» в Калининском районе Тверской области – это значительный эпизод «Катынского дела». Напомним, по официальной версии, в польской части мемориала якобы лежат останки 6296 польских военнопленных, якобы содержавшихся в Осташковском лагере, который располагался в Ниловой Пустыни, и расстрелянных сотрудниками НКВД не позднее 1940 года.
Вместе с тем российская общественность не первый год обсуждает другую точку зрения. Многие исследователи утверждают, что в Тверской области поляков не расстреливали, Советский Союз к этому преступлению не причастен. Расстрел в Катыни – дело рук гитлеровцев. А под Медным произошла грандиозная ошибка: тут похоронены красноармейцы, умершие от ран в находившихся неподалеку госпиталях, либо убитые во время жестоких боев за эту территорию в октябре 1941 года.
С каждым годом эта версия находит все больше подтверждений. В ее пользу говорят мемуары участников войны, которые проходили лечение в этих госпиталях. В архивах сохранились имена бойцов, умерших там от ран. И все больше подтверждений находит версия, что их хоронили на территории, где сейчас располагается якобы «польское кладбище».
Госпитальные захоронения советских солдат начала Великой Отечественной войны были обнаружены на территории мемориала «Медное» еще в середине 90-х годов прошлого столетия. Однако тогда администрация и местные чиновники закрыли эту тему, посчитав ее неудобной в сложившейся на тот момент обстановке. Вероятно, они четко придерживались политического веяния, в соответствии с которым следует каяться перед всеми и за все, даже за то, чего никогда не было.
Именно в тот момент было во всеуслышание объявлено, что в Медном захоронены исключительно жертвы сталинских репрессий, в том числе более 6 тысяч расстрелянных сотрудниками НКВД поляков. О погибших защитниках собственного Отечества забыли на долгие годы, хотя многие общественные и исторические деятели пытались всеми силами указать на эту явную историческую несправедливость.
Первым советские захоронения времен войны на территории села Медного обнаружил главный поисковик Тверской области Сергей Титков. Он, в частности, рассказал:
«Мы проводили обследование нынешней территории мемориала в 1995-96 годах и обнаружили госпитальные захоронения советских солдат. В них находились собственно тела умерших и конечности со следами ампутации, что однозначно свидетельствует об их принадлежности к госпитальным захоронениям. Но продолжить и завершить раскопки нам запретила тогдашняя областная администрация. В то время существовала установка – находить только репрессированных, наверное, поэтому нам не дали закончить начатое».
Доктор исторических наук, профессор Высшей школы экономики (ВШЭ), член Российской ассоциации историков Второй мировой войны Алексей Плотников отметил, что нынешняя позиция России по
