не смотрю ни на Саванну, ни на Амелию. Я не совсем солгала, но и всей правды не сказала.
Я смотрю на озеро – как же оно сверкает на солнце! – и замечаю, как из леса появляются три человека и направляются по тропинке к дому.
– Скоро вернусь.
Я встаю, оставляя пустую посуду на столе, и иду к ступенькам. Первым мимо проходит Алекс.
– Привет, Алекс! – здороваюсь я.
– Доброе утро, Харпер, – быстро улыбается он в ответ.
Я приближаюсь к Дрю. Надеюсь, мне только кажется, что все взгляды направлены на меня.
– Привет!
– Привет!
Дрю останавливается и вытирает влажное от пота лицо нижним краем футболки. Черт! Кубики его пресса меня просто ослепляют. Кажется, что солнце светит в тысячу раз сильнее, особенно когда парень опускает футболку и очень пристально на меня смотрит.
Мимо проходит Джаред. Он быстро мне улыбается и топает к террасе.
– Хорошо побегали? – только и могу выдавить я.
– Ага. – Дрю проводит рукой по волосам, отчего светлые пряди торчат во все стороны. – Пошли с нами завтра? Виды с тропинок просто отпад!
– Нет, спасибо. Я… не очень спортивная.
Дрю открывает бутылку воды, которую носит с собой, и долго пьет, не сводя глаз с моих. Его губы расплываются в улыбке.
– М-м. Понятно.
Я пинаю шишку на тропинке:
– Я не знала, куда ты ушел.
– А я думал, ты в курсе моих утренних пробежек. Говорят, даже вставала пораньше, чтобы посмотреть… – ухмыляется он.
Я закатываю глаза, игнорируя то, как у меня екает внутри от ямочек на щеках парня.
– Поздравляю! Не прошло и дня, как ты снова мне это припомнил!
Дрю бесстыдно смеется, но затем, сжалившись, меняет тему:
– Алекс сказал, что позже утром собирается арендовать катер для водных лыж. Погода как нельзя более подходящая.
Я смотрю мимо парня, на гладкую поверхность озера. Не поспоришь!
– Ага, согласна.
– Хочешь с нами?
Я качаю головой:
– Не думаю.
Дрю слегка наклоняет голову вбок и смотрит на меня пытливо, изучающе:
– Потому что давно не занималась спортом?
– Ну да, вообще-то. В последний раз я каталась на водных лыжах… лет в семнадцать.
Если так задуматься, то Дрю тогда наверняка тоже был в нашей компании. Мы нередко бывали на озере Фернвуд всей толпой. Наши родители единогласно считали, что чем нас больше, тем безопаснее. Как же они ошибались! Однако мы лишь толкали друг друга на риски.
Дрю перестает усмехаться и смотрит на меня с бо́льшим пониманием:
– Харпер, это как езда на велосипеде.
– На нем я тоже давно не каталась.
– Уильямс, это не требование, а поговорка.
Я хмыкаю в ответ и смотрю на озеро, не зная, что еще сказать.
Рядом с Дрю я просто не могу сохранять спокойствие. Лучший тому пример – прошлая ночь. Я первой приняла душ, а затем залезла под одеяло и притворилась, что уснула, пока Дрю готовился ко сну. Ночь я провела почти без сна и в обнимку с краем большого двуспального матраса. Делить постель с парнем само по себе непривычно, а уж с габаритами Дрю мне было тесно даже на широкой кровати.
– Двигаться вперед – нормально, – мягко говорит Дрю.
Я резко смотрю на него. Простая фраза поддержки действует на меня как красная тряпка на быка.
Именно это говорили мне мама и Амелия спустя месяцы и годы после смерти отца. Они делали вид, будто, как по расписанию, все должно прийти в норму. Словно печали нужно бояться. И я знаю, почему они так себя вели: мое горе их действительно пугало. Они в свое время не заметили предпосылок поступка папы и волновались, что я пойду по его стопам.
От эмоций мой голос становится острее лезвия бритвы.
– Не надо меня исправлять, Дрю.
Я ожидаю, что от моей злобы он отстранится. Однако вместо этого парень подходит ближе и приподнимает мой подбородок – мне приходится смотреть ему в глаза.
– Я и не пытаюсь тебя исправить, Харпер. Я хочу провести с тобой время.
Искренность в голосе Дрю сметает мой гнев лучше хорошей метлы. Парень еще секунду не отводит взгляд, а затем убирает руку и направляется к террасе.
Я оборачиваюсь и смотрю ему вслед.
– Дрю, – громко шепчу я. – Дрю!
Парень не останавливается. Большими шагами он быстро пересекает тропинку к крыльцу. Либо не слышит меня, либо притворяется.
Я прикусываю нижнюю губу и – ненадолго – перевожу глаза на компанию за столом. Большинство смотрит в мою сторону, но, заметив мой взгляд, быстро отворачиваются. Только Амелия и Саванна не обращают на меня внимания.
Я выдыхаю.
Твою ж налево.
Надеюсь, я не испортила свадьбу Амелии в первый же день. Если Дрю уедет, это наверняка повлияет и на предпраздничную неделю, и на само торжество. Вчера по дороге к дому после ужина Кристина сообщила мне, что ее муж – преданный фанат «Вульфс» и ждет не дождется встречи с Дрю в субботу.
А главное: я сама не хочу, чтобы парень уезжал…
И так как обычно мне более чем хорошо одной, это желание меня страшно пугает.
* * *
Спустя двадцать минут я стою на краю пирса и смотрю на воду. Мимо пролетает два гидроцикла; над озером проносятся восторженные крики. Небольшая семья уток – мама и шесть утят – проплывает мимо пирса и прячется за блестящим катером, привязанным к двум клинышкам.
Я не могу отвести взгляд от глади озера. До вчерашнего дня я многие годы не появлялась в местах, связанных с папой, – там, где он когда-то бывал. Мама больше не живет в доме, в котором мы выросли. Папа умер еще до того, как я поступила в колледж и затем переехала в Нью-Йорк.
С отцом у меня связан прежде всего штат Мэн. И вот я смотрю на озеро, к которому он когда-то ездил и брал с собой меня. Если прикрыть глаза, можно представить на воде желтое каноэ, которое папа арендовал для рыбалки.
Со стороны тропинки слышатся голоса. Я смотрю через плечо – это Тео, Алекс и Колтон берут спасательные жилеты с лодочной станции. Заметив меня, они удивляются.
– Привет, Харпер! – говорит Тео. – Хочешь с нами?
– Если можно.
– Не вопрос! Сейчас найдем тебе жилет.
Тео поворачивается и вновь идет в небольшой сарай с лодочным инвентарем. Я провожаю его взглядом.
Может, мы с Амелией обычно и не так чтобы ладим, но с Тео мои переживания насчет свадьбы никак не связаны. Он отличный парень и к моей сестре относится как к королеве. Я очень рада, что Амелия его встретила…
Ну почему турбаза его семьи находится именно
