– Итак, в семь, – уточнил он.
– Договорились.
Вероника положила трубку, на ее лице блуждала улыбка. Приглашение стало неожиданностью, а ей следовало бы предвидеть, что оно последует. Ведь Фергюс был известен своей скрупулезностью. Этот человек, как и она, стремился быть совершенным во всем. Что, возможно, и было причиной, по которой никто из них до сих пор не вступил в брак.
Такой мужчина едва ли мог упустить из виду столь очевидную вещь, как необходимость появляться вместе в обществе. Ведь в игры играют, чтобы побеждать.
Вошел Ник Джеферсон и положил на стол папку.
– Привет, Вероника! Выберешь время, чтобы взглянуть на эти предложения? Конечно, когда сможешь отвлечься от таких серьезных вещей, как выбор обслуживающего персонала и подружек невесты.
– Здравствуй, Ник. Как дела у Кейси? – спросила она, проигнорировав шутливый тон.
– Расстроилась, что ты не пришла к нам в субботу. Вы ведь уже больше месяца не виделись.
– Да. Я не смогла. – Хорошо, хоть не надо было выдумывать причину. – Фергюс привез меня домой и… Ты извинись за меня, ладно?
– Да я же шучу, – сказал Ник мягко. – Я же прекрасно понимаю, что в выходные у тебя нашлись занятия поинтереснее.
– С Кейси все в порядке?
– Цветет. Полна энергии. Но теперь вместо приготовления пищи она помешалась на уборке.
– Присматривай за ней получше, Ник. Похоже, она вьет гнездо, – заметила Вероника. – У нее все собрано на случай, если схватки начнутся ночью? Ты должен быть начеку…
– Не волнуйся. Все под контролем. Я прочитал брошюру для будущих отцов, – заверил он ее. – Дважды. Но до конца так и не понял, почему все это обычно начинается среди ночи.
– Думаю, это какой-то атавизм. Что-то со времен пещерного человека. Первобытный инстинкт давать жизнь под покровом темноты. – Она заметила, что Ник во все глаза смотрит на нее. – Ты что?
– Это что же, новая, готовящаяся к замужеству Вероника Грант? Мать-земля? Кладезь женской мудрости? Не думал, что доживу до того дня, когда ты оставишь работу ради семейного гнездышка.
– Не надейся. – Она вернула своему тону бесстрастность. – Об этом я и не помышляю. Ты же меня знаешь, Ник!
– И я так думал. – Он присел к ней на край стола. – Вы с Кейси столько раз спорили, может ли женщина преуспеть и в карьере, и в браке. Нельзя сказать, что ты ее убедила. Неужели она убедила тебя?
– Кейси работает дома, Ник. Сама задает себе темп, ей во многом помогают. И несмотря на это, когда родится ребенок, она планирует все на время оставить.
– Забота о семье имеет не меньший смысл, чем руководство компанией. Вероника.
– Тебе легко говорить, Ник. Ты не будешь нянчиться с ребенком.
Его неприятно поразила неожиданная резкость ее тона.
– А Фергюс Каванаг разделяет твои чувства, Вероника? – Она не ответила. – Большое имение, семейный бизнес. Я думаю, он бы хотел…
– Сыновей, продолжателей рода? – закончила вместо него Вероника. – Ради бога, Ник, мы на пороге двадцать первого века… – она осеклась, заметив, как он обеспокоен.
– Вам лучше тогда договориться заранее, что первенец получает право наследия. Независимо от того мальчик это будет или девочка.
Он не правильно понял ее, с облегчением догадалась Вероника.
– Конечно, – с трудом выговорила она, потому что у нее вдруг пересохло в горле. – Мы уже договорились.
Оставаться свободными, несмотря на самые лучшие варианты развития их взаимоотношений.
И всегда помнить, что главная причина этого в том, что она не сможет стать такой женой, какая нужна Фергюсу.
– Кстати, я вспомнила, – сказала Вероника, радуясь, что появилась возможность сменить тему. – Фергюс присоединится к нам в среду вечером.
– К нам? К нашему столу? На обеде делового сообщества?
– Да. Он все равно собирался, а я пригласила его к нам. Ты не против?
– Нисколько, – ответил Ник. – Представляю, как возмутится его превосходительство мэр, что мы узурпировали его почетного гостя.
– А Фергюс выступает с речью?
– А ты не знала?
Она еще не пришла в себя, когда зазвонил телефон.
– Вероника Грант, – проговорила она в трубку.
– Вероника?
Услышав так близко, так неожиданно его голос, она ни с того ни с сего вся обмякла.
– Фергюс?
– Если я не вовремя, я перезвоню.
– Нет. – Ей показалось, что у нее голос дрожит. Она сделала глубокий вдох, старательно избегая смотреть на Ника. – Что случилось?
– Меня осенило, что я не знаю размер твоего безымянного пальца.
– Размер пальца?
– У тебя же должно быть обручальное кольцо.
Все… – он сделал паузу, —..когда я говорю все, то, конечно, имею в виду Поппи и Дору, которые захотят на него посмотреть. На свадьбе.
– Ты так думаешь? Да, конечно, захотят.
– И твоя мать, кстати, тоже.
– Это точно. – Она не знала, что еще сказать.
– Поедешь в город и выберешь сама или доверишься моему вкусу?
– Сегодня мне некогда. Так что пускай это будет сюрприз, – предложила она.
– Ну что ж, я подумывал насчет бриллианта, но если ты предпочитаешь цветные камни. Например, сапфиры? – Вероника никак не могла собраться с мыслями, особенно из-за того, что рядом хихикал Ник. – Я…
– Может, тебе нужно время подумать?
– Нет, с бриллиантом вполне подойдет. Они… оно… ко всему подойдет, – смешно заикалась она.
– А размер? – напомнил Фергюс. Он что, хочет узнать, насколько большим должен быть камень?
– Господи, Фергюс, я не знаю…
– Вероника, я имею в виду размер пальца. – Его голос был веселым, бесстрастным, совершенно спокойным.
Это она всегда была само спокойствие. Так было и памятным утром в поезде; и сегодня, когда она позвонила ему с намерением показать, что огласка ее не волнует, а заодно убедиться, что и его тоже. Хотя на самом деле все было не совсем так. А сейчас, когда Ник наблюдает за ней и веселится по поводу ее замешательства, она чувствовала, как горячая волна приливает к ее щекам. Она краснеет. До встречи с Фергюсом Каванагом она никогда не краснела.
– Ах да, извини. Кажется, я… – лихорадочно соображая, я не помню, Фергюс. Я тебе позже перезвоню, – пообещала она и положила трубку.
– Что здесь такого смешного? – спросила она Ника.
– Ты в замешательстве. Мне не терпится познакомиться с мужчиной, который превратил в пюре снежную королеву.
– Ничего он не превратил…
– Если бы ты видела себя со стороны, то согласилась бы. – Он покачал головой и засмеялся. – Ты и оглянуться не успеешь, как окажешься в родильной палате.
Он просто хотел пошутить, но слова эти больно задели ее.
– Тебе смешно?
– Ребенок родится через год. Ставлю корзину шампанского, если я не прав.
– Закажи прямо сейчас, не ошибешься, – посоветовала она.
Кольцо было великолепное.
Фергюс решил заехать к Веронике, чтобы отдать кольцо. Услышав звонок, она открыла дверь. Перед ней стоял Фергюс – элегантный, красивый, в длинном черном плаще. В его волосах и на плечах поблескивали капельки дождя.
– Ты уходишь? – спросил он, заметив, что она в пиджаке.
– Нет, нет. Я только вернулась. – Она отступила. – Заходи, Фергюс.
Странно, она чувствовала себя как-то неловко. Язык заплетался, не хватало воздуха. Как девочка-подросток, которая осталась наедине с мальчиком, в которого влюблена, и не знает, с чего начать разговор. Ей почти тридцать, она сделала успешную карьеру, в чем далеко не последнюю роль сыграла ее коммуникабельность, а сейчас не может придумать, что сказать.
– Кофе хочешь? Или чего-нибудь покрепче?
– Кофе с удовольствием.
– Сахар нужен? – спросила она.
– Нет.
– Я тоже без сахара, потому что у меня его просто нет.
– Я привез кольцо, – сказал Фергюс, прерывая вымученный диалог.
В голове у нее прояснилось.
– Уже? Я имею в виду… – Что именно, она сама не знала.
– Подумал, что ты захочешь надеть его в среду, надо было убедиться, что размер подходит.
– Господи, ну конечно, чтобы исключить возможность потерять его.
