ситуация же в Рокканкур и Ме-сюр-Орн остается туманной.
Командир 12-й танковой дивизии СС «Гитлерюгенд» оберфюрер СС Курт Мейер. Понимая, что его ослабленная и раздерганная по частям дивизия является единственной реальной силой, способной не допустить прорыв союзников к Фалезу, он спешно организовал контратаку, ядром которой явились «Тигры» 101-го ттб СС под командованием Михаэля Виттмана.
Мейер хорошо знал оперативный район (в 1942–43 гг. здесь квартировался возглавляемый им разведывательный полк 12-й танковой дивизии СС) и был осведомлен, что болотистые берега маленькой реки Лезон делают её достаточно серьезной естественной преградой. Именно вдоль реки и на возвышенности у Потиньи следовало формировать новую линию обороны. Однако для создания оборонительного рубежа нужны были свободные силы, а единственный резерв, на который можно было рассчитывать в ближайшее время – 85-я пехотная дивизия, – прибудет в сектор только следующей ночью. До этого времени ослабленная дивизия Мейера оставалась единственной реальной силой, способной не допустить союзников в Фалез. «Я понимал, что, если совершу промах, если не разверну свою дивизию единственно правильным образом, то союзники окажутся в Фалезе, и немецкие армии на западе угодят в огромную западню», – признавался Мейер в мемуарах. Первым делом он выехал в Синто, где располагался один из противотанковых взводов кампфгруппы Вальдмюллера и «Тигры» 3-й роты 101-го тяжелого танкового батальона (ттб) СС. По пути Мейер наткнулся на несколько групп беспорядочно отступающих солдат 89-й пехотной дивизии, и харизмы оберфюрера оказалось достаточно, чтобы вернуть перепуганным воякам желание сражаться. Впрочем, помимо харизмы на стороне Мейера была еще и строгая армейская дисциплина, предусматривавшая суровую кару трусам и дезертирам. Из Синто Мейер направился в Юрвиль, в штаб 89-й дивизии, где кроме генерал-лейтенанта Гейнрихса оказался и командир 5-й танковой армии генерал танковых войск Генрих Эбербах, который также выехал на передовую, чтобы лично оценить обстановку. Мейер изложил свое видение ситуации и высказался за немедленную контратаку.
Штурмбаннфюрер СС Ганс Вальдмюллер, командир 1-го батальона 25-го панцергренадерского полка СС. Подчиненная ему кампфгруппа атаковала 8 августа в направлении Сент-Эньян в 600 метрах юго-восточнее «Тигров» 101-го и добилась гораздо больших успехов. 27 августа Вальдмюллер был награжден Рыцарским крестом. 8 сентября 1944 года на территории Бельгии Вальдмюллер попал в засаду и был убит местными партизанами.
При явном неравенстве сил бессмысленно было надеяться, что дивизия Мейера сумеет отбросить прорвавшихся союзников и восстановить прежнюю линию фронта (хотя штаб 1-го танкового корпуса СС настаивал именно на таком развитии событий). Однако немедленные активные действия способны сковать противника и позволят выиграть некоторое время. План Мейера был простым. Существовало всего два маршрута, вдоль которых значительные массы техники могли наступать на Фалез. Первый – на юг вдоль шоссе Кан-Фалез через Бретвиль-ле-Рабе, Потиньи и Суланжи. Второй – из Сент-Эньян-де-Крамениль к Эстре-ла-Кампань, а затем либо через реку Лезон в районе Рувр и далее мимо Оландон и Эпани, либо через Кесней и Потиньи к Суланжи и Кампань. Мейер планировал блокировать оба этих маршрута на минимальном удалении от прежней линии фронта.
В рамках этих действий кампфгруппа Вальдмюллера, пополненная 2-м батальоном 12-го танкового полка СС (20 танков Panzer IV и 10 Jagdpanzer IV), атакует из района Бретвиль-ле-Рабе в направлении Сент-Эньян-де-Крамениль с задачей захватить прилегающую возвышенность. Атаку поддержат также «Тигры» 101-го ттб СС. Рота эскорта штаба корпуса сформирует боевую группу и будет наступать на правом фланге, а рота эскорта штаба дивизии, усиленная 1-й ротой 12-го батальона истребителей танков, выступит через Эстре-ла-Кампань с задачей захватить высоту западнее Сен-Сильвен. Одновременно остатки разведбатальона дивизии «Гитлерюгенд» обеспечат прикрытие левого фланга контратаки в контакте с 272-й пехотной дивизией. Зенитный батальон 12-й танковой дивизии СС сформирует противотанковый экран вокруг Бретвиль-ле-Рабе, а три батальона артполка дивизии и 12-й батальон реактивных минометов будут оказывать непосредственную артиллерийскую поддержку атакующим войскам. Час Ч контратаки был назначен на 12.30. Свой штаб Мейер решил перенести в деревню Ла-Брешь-дю-Дьябль, расположенную милей восточнее Потиньи, однако сам предпочел остаться с кампфгруппой Вальдмюллера. И Мейер, и Эбербах прекрасно понимали, насколько серьезны ставки. Планируемая контратака представляла собой рискованную игру по принципу «пан или пропал», а неудача грозила обернуться полной катастрофой для всех немецких сил Западного фронта.
Глава 5. Промежуточные итоги
Рассвело, утренний туман постепенно таял, и вместе с этим росло раздражение подполковника Мэлвина Гордона, командира Шербрукского фузилерского полка – одного из передовых подразделений фазы 1 операции «Тоталайз». Еще на рассвете он сделал будоражащее открытие – перед фронтом его полка не было никаких видимых признаков присутствия противника. Подполковник, как и его подчиненные, методично осматривал поля и рощи, расположенные на пологом склоне, уходящей на юг возвышенности, и все более и более убеждался: случилось то, что казалось уже почти невозможным. Британским и канадским войскам удалось добиться решительного прорыва немецкой обороны южнее Кана. Последние сомнения отпали, когда Гордон увидел, как ехавший в сторону фронта по шоссе Кан-Фалез немецкий штабной автомобиль резко затормозил, развернулся и с неприличной скоростью помчался обратно.
Сдавшиеся в плен остатки гарнизона, защищавшего превращенную в руины деревню Тийи-ла-Кампань. Ночная попытка союзников захватить деревню окончилась неудачей, но утром, когда стало ясно, что деревня полностью блокирована, боевой дух защитников иссяк. В 10.15 8 августа старший по званию офицер гарнизона лейтенант Катге запросил прекращения огня, чтобы собрать уцелевших солдат и организованно капитулировать. Подполковник Уолфорд ответил, что предоставит Катге 35-минутную отсрочку, но если после этого немцы продолжат сопротивление, его танки не оставят от деревни камня на камне. Ровно в 10.50 гарнизон, в котором в строю осталось только 30 человек, сложил оружие.
11 августа 1944 года канадская колонна движется мимо сильно поврежденной церкви в деревне Рокканкур.
Гордон связался с бригадиром Робертом Уименом и попросил его прибыть на передовой пост, чтобы лично ознакомиться с обстановкой. Гордон был настроен убедить Уимена отдать приказ о продолжении атаки вдоль шоссе 158. Группа прорыва под его командованием, включающая в себя шесть взводов его собственного бронетанкового полка, два эскадрона танков-тральщиков и эскадрон инженерных танков, прибыла к своим целям с минимальными потерями и могла атаковать немедленно. В специальном, посвященном разбору операции «Тоталайз» отчете, написанном после войны и адресованном директору исторического отдела армии Канады, Гордон отметил: «Если бы мы продолжили наступление сразу после рассвета, то, скорее всего, были бы в Фалезе примерно через час».
Однако бригадир Уимен не разделял
