машине или в твоей сумке. Кстати, там можно найти что угодно»
«Нет, мне точно надо на пляж. Тем более мы недалеко отъехали».
«Ого, недалеко. Да мы уже киломметров 30 проехали. Ладно, возвращаемся. Еще разок искупнусь. Все равно лучше, чем в отеле сиднем сидеть, подальше от греха, а то чего доброго еще какие-то трупы найдешь».
Меня настолько затянули думы о возможности продвижения в расследовании, что я никак не отреагировала на колкости Сереги.
А вдруг это какая-то секта красивых людей и кто-то некрасивый им мстит? Бред кромешный конечно, но ничего исключать нельзя, даже в порядке бреда.
Глава 3
Бред
Если быть предельно честной, то у меня была очень слабая надежда застать на пляже ту красотку. Почему-то мне казалось, что она максимум позагорала в вечерних лучах солнца, возможно окунулась разок в море, сделала парочку красивых фото красивой себя на фоне чего-то красивого. И отправилась в свои красивые во свояси.
Именно сарказм мне всегда мешал трезво мыслить. Пора бы его поумерить, так как он не просто порой мешает мне жить, но и мешает заниматься любимым делом – разгадывать преступления. О! Наконец-то я в этом призналась, хотя бы самой себе. Чтож, и в этот раз сарказм меня подвел. Девушка сидела на берегу. Вокруг нее не было слуг с опахалами, да и сидела она на обыкновенном пляжном полотенце. Лицо она подставляла приятным лучам солнца, которое уже вот-вот коснется своим кругом поверхности моря. Серега быстренько скинул с себя одежду, и абсолютно не обращая внимание на красотку чмокнул меня в лицо куда попало и весело с гиканьем понесся в море.
«Я на минут двадцать. Не скучай!»
Помахав ему в ответ, я начала искать повод заговорить с девушкой. К сожалению, она никак не прореагировала на наше появление. Даже Серегины улюлюканья при заходе в море ее не смутили. Жаль. Так бы у меня был бы повод с ней познакомиться. Медленно прохаживаясь по берегу, я пару раз искоса на нее глянула. Девушка лежала конечно красиво. Точнее полулежала. Она сама по себе была настолько идеальна и привлекательна, что, по-моему, не могла лежать некрасиво. Одна нога была вытянута и даже носочек был напряженно натянут почти как в танце. Вторая нога была согнута в колене ровно настолько, чтобы придать упор телу. При этом пальцы этой ноги не растопыривались предательски, чтобы упереться в песок, а деликатно были сложены вместе, почти как в рекламе педикюра. Торс спокойно лежал на полотенце, а руки были закинуты за голову, видать, чтобы загар покрыл и внутреннюю часть рук. Голова была максимально запрокинута назад, судя по всему, чтобы загорела нижняя часть подборотка и шея. Волосы шикарной гривой были расложены вокруг головы по полотенцу и песку. Хм, а вот и повод для заговорить. Волосы лучше в песке не держать при такой-то температуре воздуха. Песок сильно нагревается и естественно передает излишнее или даже ненужное тепло волосам, и они становятся сухими и безжизненными. Слабоватый конечно повод, но все-таки. Тем более время неумолимо неслось. Так как Серега уже выходил из воды, то двадцать минут точно уже прошли. И долго же я нее пялилась. Блин, хоть бы получилось успеть поговорить. Я решительно направилась в ее сторону. Подул легкий ветерок, и нежные одежды девушки зашевелились как живые. Мурашки побежали по моей коже. Да, движения этих одежд явно напоминали мне мерное покачивание трупов под водой и как плавно парили в воде одежды этих загубленных душ.
«Не подходи к ней!»
Серегин окрик буквально выстрелил мне в голову. С перепугу я стояла как вкопанная. В чем дело? Что его не устраивает? Сережа подбежал ко мне и схватил за руку.
«Иди сюда. С этой стороны просто не видно. Смотри. Только не ори».
Да, действительно с моего ракурса было видно только то, что я описала выше. А вот если стать четко спиной к морю, а лицом к девушке, именно так как выходил Серега из воды, то картина выглядела слегка по-иному. И все равно, неподготовленному тяжело было бы заметить разницу. Каким бы делитантом я не была, но отличия я заметила. Очень близко к девушке в песок был закопан больше, чем наполовину, столб в положении лежа. От этого стоба к телу девушки шли веревки или даже канаты судя по толщине. Канаты были вокруг красавицы разложены замысловатыми завитками, и именно к этим завиткам были прикреплены ноги и говова девушки. Чем они держались за канаты сложно было сказать с такого расстояния. Может менее тонкими веревками, которые издали рассмотреть было трудно. Тем более невесомые полупрозрачные голубые одеяния развевались на ветру, что еще больше усложняло осмотр. Крупные этнические украшения кое-где придавливали воздушную материю, тем самым не давали окончательно улететь вместе с ветром.
«Сереж, все равно надо будет подойти ближе. Вдруг она жива. Да. И полицию надо бы вызвать. Ты знаешь, как это делается тут… в смысле в этой стране?»
«Я подойду сам. А ты…»
«Фигушки! Я тоже подойду! Это не только твой труп, но и мой!»
«Тьфу! Дура ты, Марусенька, ой, дура! Нашла что делить!»
Действительно как-то неправильно получилось. М-да, вырвалось по Фрейду – видать я таки неисправимая эгоистка. Или исправимая? Надо стараться. Да и перед девушкой как-то неудобно – делю ее с Серегой прям как шкуру неубитого енота. Тьфу, действительно дура я! Нашла, блин сравнение. Мы подошли к девушке как можно аккуратнее. Серега рукой остановил меня и начал проверять жива или нет красавица. Я стояла на месте и старалась не дышать. Серега что-то долго возился, что и заставило меня на цыпочках подобраться совсем близко к нему. Вокруг девицы витал восточный аромат, до боли знакомый. Что же это? Скорее всего какие-то местные масла ароматические или духи… Я увлеклась угадыванием происхождения аромата и непроизвольно оперлась рукой о спину Сереги. Тот в свою очередь охнул от неожиданности и чуть не упал.
«Я же просил не подходить! Мертва она. Точно мертва. Тело теплое, да и по температуре воздуха и времени как мы видели предположительно ее живой, умерла она недавно. Так. Позвоню я своему товарищу, что нам отдых организовал, пусть он сам с местными правоохранниками связывается. А то еще загребут нас под горячую руку. Маша, ну ё-моё! Да не трогай ты труп! Тебя что тоже связать?»
«Твое «…тоже связать…» меня слегка напрягает. Звучит это как-будто ты уже кого-то сегодня связывал. Я твой единственный свидетель, только я могу подтвердить, что ты большую часть
