«Да, словарного запаса маловато», — подумал Уинн.
Повертев в руках бумажные обертки, которые в конечном итоге превратились в жалкие клочки, он принялся за фольгу. Она оказалась не такой гладкой, зато обладала потрясающим свойством сохранять форму.
Истинное чудо.
При мысли, какие возможности открывает этот загадочный материал, в частности при строительстве судов, у Уинна от возбуждения затряслись руки. Днище судна ниже ватерлинии покрывала медная обшивка, закрепленная свинцовыми болтами. Новый материал так же пластичен, как медь, но не ржавеет. Его применение произведет революцию в кораблестроении.
Возможно, Зоя изобретатель.
Верно, решил он. Это логическое объяснение отвечало его практической натуре в гораздо большей степени, чем колдовство или волшебство. Уинн не мог дождаться, когда обсудит с Зоей ее изобретения. Они будут работать вместе и станут партнерами как в деле, так и в жизни. Какая замечательная перспектива!
Его привлекали умные женщины, и он никогда не соглашался с теми, кто утверждал, будто слабый пол обладает скудными мыслительными способностями. Когда его распутный отец проиграл почти все деньги и довел поместье до плачевного состояния, матери удалось уберечь семью от нищеты благодаря тому, что она занялась прибыльным делом по сдаче внаем коттеджей со слугами.
Да, мужчины, разглагольствующие об ограниченности женщин, глупы и подвергают себя опасности…
Осмотрев другие предметы на столе, Уинн нашел очаровательную ручку с чернилами в тоненькой трубочке. Еще его привлекла длинная гибкая линейка, прятавшаяся в круглый корпус, похожий на часы, которые он любил разбирать в детстве. Он поиграл с замысловатыми булавками, имевшими надежный замочек. А ножницы произвели на него неизгладимое впечатление качеством металла: он сразу представил абордажную саблю с таким же острым лезвием.
Остальные предметы являлись сложными механизмами, и понадобятся недели, чтобы выяснить их назначение. — Но это не пугало его: в плавании дни текут медленно. Несмотря на сильнейшее желание заняться изучением предметов прямо сейчас, Уинн, привыкший к самодисциплине, отложил их в сторону.
Его всегда интересовали механизмы, его влекло к новому, неизведанному. Например, ему нравилось искать клады. Возможно, название «пират» подходило ему больше, чем «капер».
Уинн покачал головой: какая странная мысль!
Наконец он приступил к изучению двух непонятных предметов, которые намеренно оставил напоследок.
Первый представлял собой пластину из странного материала, не похожего ни на металл, ни на дерево, с цифрами. Еще одно изобретение Зои, заключил Уинн. Он начал нажимать на цифры, и точно такие же цифры на несколько мгновений появлялись в верхней части пластины, а потом словно растворялись в сумраке, царившем в каюте. Прошло немало времени, прежде чем Уинну надоело «отлавливать» цифры, и он отложил пластину.
Другой предмет был прямоугольной коробкой с зубчатыми колесиками и кнопочками, на которых Уинн прочитал: «громкость» и «бас». Когда из прямоугольника вырвался настоящий ураган звуков, он сообразил, что это очень необычный музыкальный инструмент. К счастью, он довольно быстро нашел кнопку, останавливающую звук, поэтому Зоя не проснулась.
В маленькой коробочке прятался целый оркестр!
Забавно.
Последнее, что Уинн выудил из вместительной сумки, вызвало в нем наисильнейшие ощущения. Это были книжки, отпечатанные на отличной бумаге, с интригующими названиями, с яркими обложками, на которых изображались полуобнаженные мужчины и женщины, слившиеся в страстном объятии.
Эти картинки будоражат воображение.
Уинн выбрал книжку с наиболее загадочным названием и пересел в кресло. Устроившись поудобнее и очистив банан, он углубился в то, что теперь называется «любовным романом».
ГЛАВА 5
— Ради Бога, Уинн, потуши свет и ляг в постель. — Зоя, прищурившись со сна, смотрела на Уинна, чей красивый профиль четко вырисовывался на фоне желтого круга света, отбрасываемого лампой. — Если ты не закроешь книжку, тебе скоро понадобится вторая повязка на глаз, потому что ты ослепнешь от такого освещения.
— Еще немного, Зоя, — пробормотал Уинн.
Единственным, за исключением плеска волн, звуком, нарушавшим тишину, был шелест переворачиваемых страниц.
— То же самое ты говорил и в прошлый раз, когда я просыпалась, и в позапрошлый. Что ты там читаешь? Что может до такой степени завладеть твоим вниманием?
Уинн поднял голову. Ему потребовалась секунда, чтобы сконцентрировать взгляд на Зое. Темная прядь, упавшая на лоб, делала его похожим на напроказившего мальчишку. Лишь блеск серебра выдавал его возраст. Вот опять то же самое: ее сердце учащенно забилось.
— Вообще-то это твои книги. Очень увлекательно, — ответил он. — Не знал даже, с какой начать, поэтому сейчас перескакиваю с одной на другую.
Зоя перекатилась на другой бок и подставила руку под голову.
— Так какие же книги ты выбрал? — поинтересовалась она.
— «Невеста дьявола», «Пожар любви» и моя любимая, — его губы расплылись в широченной улыбке, — «Вечная страсть пирата-язычника».
— И чем же она отличается от других? — спросила Зоя, подавив смех. Как будто сама не знала ответ!
— Тем, — воскликнул Уинн, — что в ней все понимают: пират значительно более опытный любовник, чем другие мужчины.
Пират-любовник.
«Это таит в себе очень заманчивые возможности», — и сердцем, и умом поняла Зоя, и ее тело охватил приятный трепет. Какой же из него получится любовник?
Ее интерес к этому человеку рос с каждым днем. Даже сейчас, наблюдая за тем, как его чувственные губы растягиваются в улыбке, она ощущала в себе всплеск эмоций. Она встретилась взглядом с его глазами и увидела в них тот же огонь. «Одного его взгляда достаточно, чтобы соблазнить», — подумала Зоя.
— Кстати, Принцесса, я правильно расслышал вас? Вы приглашали меня к себе в постель? — Уинн вопросительно приподнял брови.
— Нет, Уинн, не приглашала. — Зоя замолчала, затем усмехнулась. — И не приглашаю сейчас. Я требую твоего присутствия в постели. — Ей нравились их товарищеские отношения, ей доставляло удовольствие дразнить его и смотреть, как хмурое выражение исчезает с его лица, уступая место радости. — Конечно, мы будем только спать, — добавила она.
— Естественно. Спать. Нам же нельзя компрометировать тебя, не так ли?
Уинн заложил страницу в своей пиратской саге, поднялся и потянулся, чтобы размять кости. Внезапный стон привлек внимание Зои.
— Что это?
— Ничего.
Она увидела, как опустились уголки его губ.
— С каких это пор «ничего» издает стоны?
