ты тут сидишь!
– А ты всегда так делаешь, когда слышишь незнакомый голос?
– Нет! Только когда слышу твой… – оскалила зубы. – «аллергическая реакция».
Мне в руку со злостью впихнули кружку с прохладной водой, а в другую вложили таблетку!
– Это что, яд? – я нахмурила брови, уставившись на это омерзительное мне лицо. Так бы и расцарапала. От злости сжала стакан и таблетку.
– Слабительное! – сказал он совершенно серьезным голосом и вышел из комнаты.
Я рассмотрела маленькую розовую таблетку, вроде на вид нормальная, лизнула, сладкая, положила на язык. Не знаю, почему я ее проглотила, возможно, мое чутью подсказало, что я не умру, только не от слабительного.
Утро следующего дня стало для меня тяжелым, я просыпалась, пила воду, принимала таблетки, которые Эдвард мне клал на ладонь. Снова засыпала.
Вечер этого же дня не принес значительного улучшения моего здоровья. Эдвард принес бульон, кормил с ложки, как маленькую. Съесть я все не смогла, выпила немного какого-то мерзкого отвара, и вновь провалилась в сон.
Ночь была беспокойной, мне снились большие медведи, которые гнались за мной. А потом, когда один из них уставал, садился рядом, на краешек постели и убаюкивал меня, держа за руку. Становилось сразу спокойно. Как потом оказалось, Эдвард поселился со мной в комнате и будил ночью, чтобы я принимала лекарство. Сначала он впихивал в меня мерзкий отвар, а спустя еще какое-то время давал таблетку.
Наутро второго дня я проснулась довольно бодрой и отдохнувшей.
В комнату вошел Эдвард с подносом в руках. Слюнки потекли рекой от запахов, аппетит наладился. Значит, я иду на поправку.
– Доброе утро, – сказал он и подошел ко мне. Вид у него был какой-то помятый, словно он провел бессонную ночь.
– Тебе нужно поесть, чтобы были силы, – мягко сказал он.
– Я не голодна, – отвернув голову, я сжала руки в кулаки.
– Как знаешь, – он нахмурился. – Советую тебе сегодня провести весь день в постели. Я зайду позже, чтобы сменить повязки, – поставив поднос с едой мне на ноги, Эдвард вышел.
Мой желудок издал громкое урчание от запахов. Сопротивляться ему я была не в силах. Когда с завтраком было покончено, я поставила поднос на стул возле кровати.
Вскоре Эдвард вернулся, раздвинул не плотные шторы, и в комнате стало еще светлее, настолько, насколько позволяла погода. За окном вновь висело хмурое небо, казалось, дожди идут в этом мире постоянно. Я заметила некое изменение в обстановке: появился стул, на спинке висит мужской плащ, рядом прикроватная тумбочка и тапочки на полу. В помещении стало уютнее.
Затем мужчина ушел, оставив дверь открытой. Тело немного затекло, но лежать было удобно. Спустя час я решила встать и немного прогуляться по дому. Бинты на ступнях не мешали передвигаться, немного больновато, но ходить, по крайне мере, я могу. Хватаясь руками за стул, дверь и упираясь о стены, дошла до выхода из комнаты. Мне плевать, что он будет не доволен, но лежать в постели больше не могу. Тут даже телика нет!
Оказавшись за пределами комнаты, которую мне так «щедро» выделили, обнаружила еще одну дверь. Судя по всему, эта была спальня Эдварда. Но зайти туда я не решилась. Пройдя чуть дальше по коридору, я обнаружила еще одну дверь. Или это его спальня? Из коридора сразу попала в гостиную, в которой кроме дивана и одного стула, стоящего возле камина, больше ничего из мебели не было.
Дальше шла кухня, маленькая, светлая, уютно обставленная. Холодильником тут вообще не пахло. Интересно, а где он хранит скоропортящиеся продукты? Заглянув во все уголки кухни так и не нашла, ничего похожего на холодильник. Я обратила внимание, что под потолком натянута веревка и развешаны связанные вместе пучки трав.
– Ого! Это что конопля??? – пробормотала себе под нос. – Или все-таки обычные травки? Надо будет поинтересоваться.
На полках слева стояли разноцветные металлические круглые баночки. Но не это привлекло мое внимание, а здоровенная кухонная плита, украшенная ажурным орнаментом, занимающая пол кухни. Никогда не видела такой красоты, правда я не понимаю, как на ней можно готовить. Блестит. Будто ей ни разу не пользовались. Провела пальцем по плоской холодной металлической поверхности – ни капли жира. Ух ты, неужели хозяин дома настоящий педант. Даже мой брат не выдраивал так плиту. Самого хозяина я не нашла. Только остывший в стеклянной кружке чай и смятая газета, говорила о недавнем присутствии владельца. Взяв газету в руки, рассмотрела местные заголовки, но ни слова не смогла прочесть. Чертовщина какая-то! Ведь я говорю и понимаю их язык, а прочесть не могу, хоть и кажутся мне буквы знакомыми. Единственное, что я смогла прочесть в газете, это даты, они были римские. Получается, если это вчерашняя газета, то сегодня пятое. А месяц, если перевести на наш, ноябрь. За окном погода соответствовала нашей. А день недели какой? Я повертелась на кухне в поиске настенного календаря, но такого не обнаружилось. Возможно, газета вчерашняя, судя по ее измятости. Интересно, что его так привлекло? Поняла, что я так и не смогу прочесть, положила обратно. Мне наскучило болтаться по пустому дому, да и подустала я что-то, и решила вернуться в свою комнату. Но мое любопытство оказалось сильней меня, когда подошла к хозяйской комнате.
Я прислонила ухо к двери и прислушалась. Тишина. Дверь оказалась, незапертой, толкнув ее, я вошла внутрь и обалдела. Зеленые стены в этой комнате были сплошь завешаны картинами, и на них изображены одни и те же люди. Молодая, красивая девушка с длинными белокурыми волосами держит на руках маленькую девочку. Лет двух-трех. Я подошла поближе, сняла со стены портрет девушки в маленькой рамке.
– Удовлетворила любопытство? – раздался голос позади меня.
Я испуганно обернулась. Эдвард смотрел прямо на меня. Интересно, как давно он за мной наблюдает? Мне стало неловко, как будто я подглядела что-то личное, не предназначенное для посторонних глаз. Стоя лицом к нему и спиной к стене, он приблизился и грубо вырвал портрет из рук.
– Прошу, покинь мою комнату, – со злостью выпалил Эдвард.
Я вздрогнула и поспешила ретироваться, но ступор меня накрыл. Когда взглянула на его лицо. Его внезапно перекосило, весь побледнел. Промелькнуло растерянное выражение, в серо-зеленых глазах…
– Вон!!! – раздался оглушающий крик. Я думала, что моя жизнь закончится прямо тут. Эдвард, грубо схватив меня за плечо и вытолкал из комнаты.
Я не сбавляя скорости, ворвалась в свою комнату и со злостью, громко хлопнула дверью. И обессилено рухнула на кровать. Не реви! Он не стоит твоих слез. Уговорила я себя. Но
