меня и тебя понимает в банковских делах.
— С чего бы ей делиться таким опытом?
— А с того, что я попросил.
— Ох, темнишь что-то ты, Афанасий. У тебя тут целая преступная группировка на пенсии подбирается, — смеюсь я уже в открытую. — Давай лучше я сам как-нибудь, по своим каналам.
— Дай сюда золото, — тут же вспыхивает Афанасий, а я тянусь к кожаной сумке, что висит у меня на спинке стула с тремя слитками. Надо сказать, на вес тут килограмм пять или шесть. — Завтра утром уходи, я сам всё сделаю.
Старик идет обратно к печи и снова открывает свой тайник, засовывая туда слитки.
— Что же ты нетерпеливый какой, — вздыхаю я и иду к Афанасию. — Сделаю я, как ты говоришь, так и быть. Хуже всё равно уже не будет, а других вариантов у меня нет.
Глава 16
«Приезжай срочно, мне страшно, я одна в огромном доме».
«Если ты не приедешь сейчас же, я сделаю что-то с собой».
«Я боюсь, мне кажется, что Лера где-то рядом, я боюсь».
«Если ты не приедешь, я все расскажу папе».
Я отбросил трубку, выругался и встал с дивана в гостиной нашего с Лерой дома. На улице ночь, а эта женщина, сестра моей покойной жены, снова напилась, что в последнее время происходит всё чаще.
Куча сообщений от Алевтины начали меня раздражать. Я снова взял телефон и прочитал то, что она писала мне каждые десять минут. Эта чертова неврастеничка! После похорон сестры Аля словно сошла с ума. Её мучает чувство вины, она обвиняет меня в том, что я убил её сестру. Приходится срываться и ехать к ней, чтобы вытрахать эти идиотские мысли из её головы. Алевтина становится опасной в своих обвинениях, а я не люблю, когда мне угрожают.
Из гаража я выгнал свою любимую чёрную Lamborghini Urus и сам сел за руль. Во мне всего пара бокалов виски со льдом, ничего страшного. Да и кто меня остановит? В этом городе такие тачки не на каждом шагу встречаются. Те, кто сидят за рулём, явно не простые ребята, зачем кому-то лишние неприятности.
Ночной город не спит, но пробок нет. Я гнал, игнорируя красные сигналы светофора. Я знал, что отец Леры сейчас в командировке, вот почему Аля так сорвалась. Последнее время сестра моей покойной жены слишком много пьет, и только я могу её успокоить, но это уже порядком напрягает. Когда Княжин вернётся, нужно будет с ним поговорить и отправить Алевтину в клинику, пусть её там приведут в чувство. Плохо, что Аля может начать говорить, а к её словам кто-нибудь прислушается, а мне это не нужно.
Дом Княжиных — большой особняк, всё по канонам «дорого-богато». Я въехал в ворота, открыв их своим брелком. Охрана мою машину знает, не спешит встречать, не в первый раз приезжаю. Для всех мои приезды что-то вроде благотворительности. Все уже знают, что Аля тяжело переживает смерть сестры, поэтому и пускают меня. Слухи, конечно, скоро пойдут. С чего бы мне так беспокоиться о сестре жены? Но я такой сердечный малый, проявляю деликатность и заботу.
Алевтина сидела в гостиной в одном нижнем кружевном белье и стаканом виски в красивых пальцах. Даже сейчас, когда она совсем пьяна, она выглядела на все сто. Волосы белыми локонами рассыпались по её голым плечам, длинные ноги лежали на круглом пуфике. Одна домашняя туфелька с чёрным мехом упала с узкой ступни, вторая ещё каким-то чудом держалась.
Несмотря на то, что Аля плакала, её выдавали слегка припухшие глаза, однако тушь не размазалась, а красная помада лежала идеально.
— Приехал, — выдохнула она, томно поведя плечиком.
— Когда это закончится? — подошёл я, отбирая у неё стакан и делая глоток.
— Что закончится? — расставила шире ноги Аля, упираясь одной в диван.
— Вот эти твои провокации, — посмотрел я на неё, сканируя взглядом красивое тело.
Аля провела рукой по внутренней стороне бедра, поддевая чёрное кружево, сдвинула его в сторону.
— Я хочу тебя, — облизнула губы, глядя прямо в глаза.
Понял, что если сейчас её не трахну, то будет истерика на весь дом.
— Где прислуга? — оглянулся я по сторонам.
— В своём доме, я всех отпустила.
— Предусмотрительная девочка, — наклонился и подхватил Алевтину за попку, пододвинул к себе, — Хочешь?
— Сильно, — хрипло выдохнула Аля, и я поднял её с дивана, понес к комоду, где усадил на белую полированную поверхность.
Далее всё превратилось в какую-то звериную случку. Аля захлёбывалась криками, содрогаясь в оргазме, я насаживал её на себя, прикусывая шею, терзая губы. Влажно, судорожно, горячо. С ней всегда так. Секс охрененный, а всё остальное полный пиз****.
Позже мы сидели вместе на широком диване в гостиной. Аля после душа в шёлковом чёрном халате, я расслабленно играл в руке бокалом с виски, позвякивая льдом.
— Мне надоели твои истерики, — посмотрел я на сестру Леры, отмечая, что за прошедший месяц она осунулась, похудела. Если так будет дальше, то через месяц на неё не взглянешь, а ведь красивая женщина.
— Когда мы поженимся? — не отвечая на мой вопрос, ластилась кошкой Аля, забираясь рукой в ширинку. Находит, что хотела, и играет пальчиками, вызывая во мне желание.
Подавил порыв тут же зайти на второй круг, вынул её руку, крепко цепляя за кисть.
— Ты представляешь, что будет, если мы объявим о желании пожениться? Со смерти твоей сестры не прошло ещё даже полгода.
— Мне всё равно, я хочу быть твоей, — гнула своё Аля, морщась от боли в руке, — Хочу открыто жить с тобой, спать…
— Это невозможно, нужно потерпеть, — сделал глоток виски, обжигающий слизистую, прокатывающийся теплом по груди.
— Сколько?
— Год.
— У меня нет времени, — выдернула свою руку из моей Аля, — Папа сказал, что я выйду замуж в течение трёх месяцев.
— И кто твой жених? — усмехнулся я.
— А тебе есть разница?
— Нет.
— Я хочу всё рассказать папе и сообщить, что люблю только тебя, что никто другой мне не нужен, — заявила Алевтина.
— Только посмей, больше меня не увидишь, — убрал стакан на журнальный столик и попытался встать с дивана.
Аля тут же цепляется за меня, дергая за рубашку, тянет обратно.
— Нет, только не уходи, я всё сделаю как ты хочешь, но ты понимаешь, что мне придётся согласиться с предложением папы?
— Соглашайся, через год разведешься, — пожал плечами, снова усевшись рядом с ней, — Кого тебе выбрал отец?
— Тихомирова, владельца сети элитных зубных клиник по всей стране, — неохотно сообщила Аля, — Он старый, Дан. Я не смогу
