В школу мы явились как ни в чем не бывало. Но директор Семен Михалыч почему-то сразу пригласил нас в свой кабинет.
– Милиция сегодня приезжала, - задумчиво сказал он. И начал пытливо нас разглядывать. Будто ждал, что мы сейчас заломим руки и слезливо признаемся во всем. Сами не зная в чем.
Но не дождался. На наших лицах ничего, кроме безмерного недоумения, не нарисовалось.
– Старший наряда, - продолжил директор, - сообщил мне, что его бойцы освободили двух наших учащихся. Один их них примерно десяти лет, другой примерно шестнадцати. Кто бы это мог быть, не знаете?
– В нашей школе, Семен Михалыч, - уверенно сказал я, - таких нет. Это, наверное, из сто второй.
– Да, - охотно подтвердил мои слова Алешка. - Из сто второй.
– И что им понадобилось в нашем спортзале? - скептически спросил директор.
– Наверное, - предположил Алешка, - они приходили через нашего коня попрыгать. У них своего нет.
– Да, - Семен Михалыч задумчиво почесал переносицу и снова насадил на нее очки. - Да, это верно, коня у них нет. А в нашей школе зато козлят полно. Попрошу вашего отца зайти ко мне на беседу.
– Конечно, - пообещал я. - Мы обязательно передадим ему ваше приглашение. В письменной форме.
– Или в устной - когда он вернется, - добавил Алешка. - Он в командировке.
– Далеко? - спросил Семен Михалыч.
– Сравнительно нет. Сравнительно близко. В Австралии, возле Антарктиды.
Семен Михалыч только вздохнул. И отпустил нас с миром. Хорошо еще, не спросил - что там, в этой Австралии, делает наш папа? И что бы мы ответили? Что он там кенгуру ловит? Наручниками.
После уроков, когда мы шли домой, Алешка сказал:
– Дим, ты должен вернуться в эту секцию. Ну, эту, где добивают ударами.
– Не собираюсь я никого добивать.
– Придется, Дим. Я догадался, что в нашей школе назревает ужасно опасное преступление.
– Коня украдут?
– Золотого теленка.
Я только усмехнулся. Что там, в нашей школе, украдешь? Если только компьютеры. Но это не так просто, компьютерный класс имени олигарха на сигнализации.
Алешка почувствовал мои сомнения и изменил тактику.
– А и ладно! - Он махнул рукой. - Нам что, больше всех надо? Пусть крадут, да, Дим? Пусть Никишова посадят…
– А при чем здесь Никишов? - Я даже остановился.
– Группа захвата, - туманно пояснил Алешка.
– Ты не простудился? Сегодня ночью? У тебя жар, ребенок!
– Хочешь фокус? - оригинально ответил Алешка. - Я тебе покажу. В девятнадцать ноль-ноль. По московскому времени. На школьной сцене. Только приходи пораньше.
Я хотел было потрогать его лоб, но Алешка говорил так серьезно, что я сразу ему поверил.
Подготовка к празднику завершалась. Главная часть его программы - это веселые сценки, которые разыгрывал каждый класс. На любую тему. Но предпочтительнее - о жгучих проблемах взаимоотношений между педагогами и учащимися. Таким образом, мы без всяких обид и опасений, в художественной форме, высказывали взаимные претензии. Иногда это бывало очень весело, иногда довольно неприятно, но всегда полезно. И чтобы для всей школы выступление каждого коллектива было сюрпризом, репетиции в зале проводились по очереди. Чтобы никто ничего заранее не подглядел.
Сегодня в девятнадцать ноль-ноль по московскому времени репетировала группа бойцов под руководством химика Волчкова. О том, что они готовят к празднику, ходили по школе заманчивые слухи, но толком никто ничего не знал. И главным образом поэтому я принял Алешкино предложение.
За полчаса до девятнадцати мы скрытно проникли в актовый зал. И спрятались в боковушке, справа от сцены, где находилась всякая аппаратура: динамики, выключатели, швабры и ведра.
Я предусмотрительно засунул в дверную ручку табуреткину ножку - будто дверь в боковушке заперта.
Мы уселись на перевернутые ведра и стали ждать. Алешка загадочно молчал. Словно приготовил мне заманчивый сюрприз. На его мордахе застыло выражение фокусника, который вот сию секунду из маленького спичечного коробка достанет настоящего слона в натуральную величину. Немного поменьше океана.
Наконец в зале послышался шум - смех, разговоры, топот ног. Актеры собрались на генеральную репетицию и ждали своего великого режиссера. Режиссер не опоздал. Он дал последние указания, наметил узловые точки сценки. Определил сверхзадачу:
– Главное - все должно быть естественно. Жестко, круто, азартно. Иначе зритель нам не поверит. Начали!
Сценка, как мы догадались по приготовлениям, представляла собой ограбление банка на Диком Западе. С остроумным акцентом на особенности нашей школьной жизни.
– Все по местам! Кассир - здесь! Один охранник - у входа. Другой - в зале, напротив кассы. Ты, ты и ты - клиенты банка. Начали!
Я осторожно вытянул ножку табуретки, чуть приоткрыл дверь. Мы приникли к узкой щелке, через которую тем не менее хорошо была видна вся сцена. Вон кассир, охранники - один из них клюет носом. Бродят от стула к стулу клиенты. Мирная картина.
И вдруг как бы распахивается дверь. В помещение «банка» врываются люди в масках. Возглавляет их (я и в маске его узнал) вчера еще добродушный и ленивый Никишов. Сейчас он - собран, нацелен, жесток.
Сделано было красиво. Секунда - и оба охранника на полу, без движения, получают последние «добивающие» удары. Клиенты сбиты в кучку, их держат под прицелом. Кассир лихорадочно выкладывает «пачки денег» - двое бандитов укладывают их в чемодан.
– Все! Уходим! - командует хорошо знакомый Никишов совершенно незнакомым голосом.
Один из нападавших ставит перед кассиром будильник:
– Двинешься - взорвется!
Бандиты скрываются за левой кулисой. Появляются вновь - уже без масок, с довольными улыбками.
– Молодцы! - хвалит их режиссер. И делает замечание: - С охраной работать круче! Никишов, не бегать, ты должен демонстрировать уверенность и угрозу. Все взгляды будут прикованы к тебе. Будильник вот так вот не брякать - поставить очень осторожно, будто вы сами его боитесь. Ясно? Пройдем сцену с будильником еще раз.
Я тихонько притянул дверь и снова заблокировал ее табуреткой. Повернулся к Алешке.
– Здорово у них получается, - похвалил артистов. - Ты что?
Алешка смотрел на меня с какой-то странной усмешкой. Примерно так смотрела когда-то на него мама, когда он пытался доказать, что если бы земля была круглая, то в детский сад он шел бы в горку, а из детского сада - наоборот. Это была какая-то смесь усмешки с восхищением.
– Ты что? - еще раз спросил я. И добавил уже не очень уверенно: - Репетиция…
– Тренировка, - сказал Алешка спокойно. - Тебе еще доказательство нужно? Вот оно. И он протянул мне листок бумаги.
Мы дождались, когда актеры ушли из зала, выбрались из боковушки и сели в первом ряду.
Я стал рассматривать листок - за кулисами для этого было темновато.
Это была какая-то схема. Прямоугольнички, кружочки, надписи. Вверху большими буквами «ОП» - опорный пункт, что ли? Внизу более разборчиво: «Школьная, 12». Слева загадочно - «Вх». И еще пометки - «Ох-1», «Ох-2», «Кс».
– Ну и что?
– Дим, а ты на сцену посмотри. Только внимательно.
Я послушно и внимательно посмотрел на сцену. Там ничего особенного, требующего внимания, не обнаружилось: старый стол из учительской и несколько стульев.
– Молодец, Дим! Я догадывался, что ты сообразительный. Иногда.
Что - иногда? Иногда догадывался? Или иногда сообразительный?
– Видишь, как совпадает?
– Что с кем? - тупо спросил я.
Алешка взял у меня листок:
– Схема и сцена! Я в тебе ошибся!
А ведь он прав. Прямоугольнички на бумаге расположились точно так же, как столик и стулья на сцене.
– Ну… Это, Лех, как бы чертеж, схема будущих декораций… Эскиз…
– Это, Дим, схема будущего разбойного нападения. Эскиз преступления. - И Алешка, сложив листок, сунул его в карман.
– Откуда ты его взял? - спросил я.
– Оттуда. Из осиного гнезда в подвале. Я, Дим, сейф вскрыл.
Вот это да!
– Чем? Автогеном? Зубилом?
– Нежными детскими пальчиками, - Алешка рассмеялся. А потом рассказал.
Он, оказывается, после этого пузырька в конском брюхе еще пуще замечтал забраться в лабораторию. Заходил туда время от времени вполне легально. Что-то спросит, что-то потрогает. И все больше его привлекал этот железный сейфик. И стал Алешка подкатываться с этим вопросом к директору. Осторожно так, занудливо. Семен Михалыч наконец не выдержал и заорал:
– Не нужен ему никакой ключ! У этого сейфа дна нет! А дверца не отпирается! Потому что ключ сто лет назад потерялся!
Ну, остальное ясно. В удобный момент Алешка одной рукой немного наклонил этот ящик, а другую руку запустил под него и выхватил впопыхах то, что подвернулось. Это и была схема.
– А там, Дим, много чего есть. Всякие банки-склянки, коробочки какие-то. Ну, ничего - выберу удобный момент и все оттуда потаскаю.
Глава IX
Бегемот с копытами
