Глава IX
Бегемот с копытами
Сегодня хороший день - воскресенье. Я люблю выходные, когда вся семья дома. Как-то спокойнее за всех. Особенно за папу с его опасной работой. Да и за маму я волнуюсь, когда она выходит из дома. С ней всегда на улице что-нибудь случается. Чаще всего в магазине или на рынке. Почему-то продавцы ее всегда обманывают, наверное, у нее вид такой… простодушный и доверчивый. И главное - она после этого всегда очень расстраивается.
– Представляешь, - говорит она папе с недоумением, - она даже не смутилась. Ей не было стыдно!
Маму всегда огорчает не то, что ее пытались обмануть, а то, что обманщику при этом не было стыдно.
– Вон даже наш Алешка, когда врет, его всегда совесть мучает.
– Не всегда, - туманно пояснил Алешка. - Когда за правду вру, не мучает.
Папа хмыкнул. Но ничего не сказал.
Мы все вместе завтракали по случаю воскресенья не в рабочей обстановке, на кухне, а в большой комнате. Мама очень любит такие воскресные завтраки всем дружным коллективом. Она даже достает для нас не бумажные, как обычно, салфетки, а тряпочные, с цветочками. Чтоб было как в праздник - на Новый год или день рождения. И все сидят за столом, как на приеме во дворце - вежливо и аккуратно. Только Лешка, конечно, не изменил своей привычке. У него с раннего детства почему-то под чашкой чая всегда образовывалась лужица. И Алешка обычно разводит ее пальцем по клеенке, чтобы получился какой-нибудь рисунок. Мама уже с этим перестала бороться. А теперь даже подключалась.
– Это что? - спросила она с интересом и в этот раз.
Лешка на секунду задумался, повнимательнее пригляделся к «рисунку».
– Это домашнее животное бегемот.
– Домашних бегемотов не бывает, - возразила мама. - А это у него что?
– Копыта.
– И копыт у бегемотов не бывает.
– У твоих не бывает, - резонно возразил Алешка, - а у моих есть.
Тут зазвонил телефон, и мама увлеклась разговором с Любашей, Лешкиной учительницей. Мы изо всех сил прислушивались - чем это ему грозит? Но обошлось: мама вернулась в комнату с улыбкой. И как-то особенно взглянула на Алешку.
– Что еще? - спросил папа.
– Ничего особенного, - ответила мама. - С физкультурой у него не очень, плохо через козла прыгает. И десять раз подтянуться не может.
– А чего ты улыбаешься?
– Он загадку по-своему отгадал.
– Какую?
– Очень простую. Любаша им загадала: «То январем глянет, то мартом улыбнется» - что это такое?
– А! - сказал папа. - Я догадался! Это февраль!
– Молодец! - похвалила его мама. - Но мне Алешкина отгадка больше по душе. Он сказал, что это… его мама!
Папа хмыкнул. Но ничего не сказал. Подумал. А потом осторожно намекнул:
– Вообще-то, в его словах истина есть. Я бы добавил еще, можно? - Мама настороженно кивнула. - «То январем глянет, то майским громом грянет».
– Спасибо, - сказала мама.
А Лешка тут же пустил трамвай семейной беседы по другим рельсам.
– Пап, - спросил он сердито, - ты долго еще будешь с преступностью бороться?
Такого вопроса папа не ожидал:
– Ну… до пенсии, наверное. Если раньше не выгонят.
– Ты у нас пессимист, да?
– Реалист. - И тут он нас буквально огорошил. - Я думаю, преступность вообще неискоренима. Всегда будут люди, которые предпочтут украсть или отнять, чем честным трудом заработать.
– А что же делать? - растерялся Алешка.
– Воспитывать людей! - решительно сказала мама. - Вот наш Алешка, например, никогда без спроса чужое не возьмет.
Мама явно намекала, что это она так хорошо его воспитала, а папа возразил:
– Еще как возьмет. Он все время что-нибудь с моего стола таскает.
– Но ты же мне не чужой! - возмутился Алешка. - И я же таскаю не навсегда, а на время.
Тут Алешка вдруг задумался. Его мысль посетила. Его часто какая-нибудь мысль посещает. Он стал еще круче размазывать лужицу на клеенке. А потом сказал:
– Интересно у вас получается. А разве вот так не бывает: взял я у совсем чужого человека его вещь, без спроса и навсегда, а меня за это похвалят? Не бывает?
– Ты что говоришь-то? - изумилась мама. Ее воспитанник явно надежд не оправдывал. - Конечно, не бывает.
Алешка усмехнулся. Хитренько так, с подначкой:
– Ну вот ходит, например, какой-нибудь бандит, грозит всем дубинкой и отбирает у людей деньги, так? А я возьму у него эту дубинку без спроса и насовсем и ахну его по башке…
– А почему насовсем? - спросила мама с недоумением.
– А потому что она ему больше не понадобится.
– Голова? - уточнила мама.
– Дубинка. Ну и голова тоже.
Папа с мамой переглянулись - видно, не знали, что ему возражать.
А я их слушал и думал. Вот сидят за столом нормальные люди и рассуждают - что хорошо, а что плохо. А в это время другие люди, не совсем нормальные, не рассуждают. Берут без спроса и навсегда у тех, кто слабее, все, что им понравится. Берут силой, обманом и хитростью…
Прав Алешка. Ахнуть бы их всех по башке дубинкой. Чтобы ни башка, ни дубинка им больше не понадобились!
– Пап, ты бы все-таки толком рассказал своим детям, - опять пристал Алешка, - как же с преступностью бороться. Им же интересно.
– Тебе все интересно, - сказала мама. - Кроме учебы.
– Мы отвлекаемся, - строго напомнил Алешка.
Папа вздохнул:
– Ну что тебе сказать? Преступления нужно не только раскрывать, их нужно предупреждать. Принимать заранее оперативные меры.
– Ну, это понятно, - важно кивнул Алешка. - Человек еще ничего не натворил, а его уже за решетку.
Мама возмутилась:
– Ты что говоришь, Алексей. Так можно всех пересажать.
– Где-то он прав, - улыбнувшись, сказал папа. - Но не очень. Надо вовремя узнавать о том, что готовится преступление, и пресекать эту подготовку. Помешать совершить преступление.
– Не понял, - признался Алешка. - Они, эти жулики, вам по телефону, что ли, сообщают, что грабить идут?
– Вот пристал, - мама стала заступаться за папу.
– Бывает, что и по телефону, - папа с трудом сдержал улыбку. - А вообще это очень сложная работа. «Агентурная» называется. Мы во всякой преступной группе стараемся отыскать, так сказать, слабое звено. Человека, который может нам помочь. Мы с ним работаем, убеждаем и привлекаем на свою сторону. И когда возникает угрожающая ситуация, он нам сообщает об этом.
– Толково, - одобрил Алешка. - А если такого «слабого звена» нет?
– Тогда мы засылаем в банду своего сотрудника.
– Вроде Штирлица?
– Примерно. - Тут папа спохватился: - А что это ты интересуешься? Проблемы есть?
– Это не у меня, - махнул рукой Алешка.
– А у меня зато великолепная идея! - вдруг весело сказала мама. - Я уберу со стола и помою посуду…
Идея действительно хороша.
– …А вы, - продолжила мама, - сходите в Сбербанк и оплатите свет и газ. Здорово придумала?
Мама ждала одобрения. Дождалась только от папы. Потому что его не послали ни в Сбербанк, ни посуду мыть.
– А можно и не вдвоем, - завел песенку предатель Алешка. - Что там вдвоем делать? В очереди стоять?
Ну, не такой уж я простодушный.
– Мам, он прав, - «поддержал» я Алешку. - Пусть один сходит.
Папа хмыкнул и уткнулся в газету. Но Лешку голыми руками не возьмешь, он быстро сориентировался:
– Дима тоже прав, я могу и один сходить, а он зато мамочке поможет - посуду вымоет, он это дело любит.
– Все! - произнесла мама январским голосом с мартовской улыбкой. - Как я сказала, так и будет. Марш в Сбербанк, оба. Будьте так добры!
Сбербанк находится в нашем доме на первом этаже. Но мы пошли туда кружным путем - выйдя из нашего подъезда, завернули за дом и направились проведать дядю Васю. Ну и узнать от него еще какие-нибудь факты.
Фактов мы никаких не получили, но просидели у него довольно долго.
На обратной дороге Алешка поделился со мной своими оперативными планами. Он сказал:
– Папа прав - агентура в борьбе с преступностью необходима. Я решил в эту химическую лабораторию и в эту драчливую секцию заслать своего очень надежного человека. Отважного, сообразительного, умного…
– Я готов.
Алешка даже споткнулся от неожиданности. Он, оказывается, совсем не меня имел в виду.
– Ну… Дим, - начал он тактично вилять. - Ты понимаешь, ты слишком доверчивый. И простодушный, весь в нашу маму. Ты даже, Дим, врешь как-то нерешительно.
– А ты? Решительно врешь?
Алешка не ответил. Он только склонил голову, будто признавал: «Да, я вру решительно. Но что поделаешь, если это надо для счастья человечества? Я вру во имя правды!»
– И кто же у тебя такой человек? - с обидой спросил я. - Решительный, отважный и шибко умный? Сережкин, что ли?
– Да есть один на примете. Вполне годится.
– Это кто же?
– Алексей Оболенский.
– Да ну!
– А что? Врать и притворяться умею…
– Ну да!
– Сообразительный, умный…
– Ну-ну!
– Чего ты все нукаешь? Пошли скорей - Сбербанк на обед закроется.
В Сбербанк мы, в самом деле, опоздали. Он и правда закрылся на обед.
