Там ее уже поджидал Фрэнк. Он прохаживался перед главным входом, привлекая к себе взгляды идущих мимо женщин, хотя одет был очень просто. На нем были светлые полотняные брюки и белая рубашка-поло с короткими рукавами. Картину дополняли дорогие темные очки.
— Ты очень пунктуальна, — улыбнулся он, заметив приближающуюся Трейси.
— Ты тоже.
— Ну, мне всего-то нужно было спуститься на лифте!
— А я живу в конце этого квартала. — Она пожала плечами.
— Вот как? — Фрэнк озадаченно взглянул на нее. — Я почему-то думал, что твое жилище находится в каюте на борту «Нимфы»…
— Иногда я остаюсь там на ночь по просьбе Фила, — невинно пояснила Трейси.
— Понятно, — сухо заметил Фрэнк, сразу помрачнев.
Однако Трейси ясно видела, что ему ничего не понятно, потому что он считает их с Филом любовниками. И если мужу она ничего не стала бы объяснять, чтобы он помучился неизвестностью, то его брату ей захотелось сказать правду.
— Надеюсь, ты не думаешь, что Фил мой любовник? — заявила Трейси напрямик. — Та небольшая сценка, которую ты наблюдал между нами вчера на борту парохода, была предназначена для Синтии.
Судя по выражению озадаченности в глазах Фрэнка, он все еще ничего не понимал.
— Видишь ли, — вздохнула Трейси, — Фил иногда заводит мимолетный флирт с пассажирками средних лет, а когда ему нужно выбраться из очередной такой связи, он делает вид, что у него имеется постоянная женщина, и намекает, что таковой являюсь я.
— То есть он использует тебя, чтобы расстаться с надоевшей подружкой? — догадался Фрэнк. — Хорошенькая у тебя роль! — Он наконец улыбнулся.
— Вообще-то, Фил хороший парень. И совершенно безобидный. Женщины определенного возраста обожают его. Когда какая-нибудь из них приглашает его к себе, я остаюсь дежурить на «Нимфе».
— Разве женщины не находят более привлекательным провести с Филом романтическую ночь на борту парохода? — удивился Фрэнк.
— Многие выбирают именно этот вариант, — подтвердила Трейси.
— Но не ты?
— Нет. Во всяком случае, не с Филом. Он не в моем вкусе.
В эту минуту Трейси не могла не подумать о том, что с гораздо большим удовольствием провела бы ночь на палубе «Нимфы» с Беном, при условии что это произошло бы сразу после их женитьбы, когда она еще была уверена в любви мужа. И не только ночь, но весь медовый месяц. Это было бы предпочтительнее пятизвездочных отелей, в которых они с Беном то и дело останавливались, разъезжая по всему миру. Гораздо приятнее было бы лежать рядышком под звездами, прислушиваясь к тихому плеску волн за бортом, и чтобы легкий речной ветерок ласково овевал их обнаженные и разгоряченные после любви тела.
— Значит, ты говоришь, что Фил не в твоем вкусе, — напряженно произнес Фрэнк. — А существует ли тот, кто в большей степени отвечает твоим требованиям? Есть в твоей жизни другой мужчина?
— Нет, — резко ответила Трейси.
— Нет? Неужели за все одиннадцать месяцев так-таки никого и не было?
— Представь себе! Я всем сердцем любила Бена, но он предал меня, и с тех пор у меня нет большого желания вновь увлекаться кем-то. Не говоря уж о том, чтобы связывать с ним судьбу.
— Наверное, ты ненавидишь Бена?
— Я его презираю!
— Понятно…
— Боюсь, что ты все же не очень хорошо разбираешься в ситуации. Ведь тебе почти ничего не известно о моем браке да и обо мне самой.
— В таком случае почему бы тебе не посвятить меня в детали всей истории? — мягко предложил Фрэнк, с сочувствием глядя на Трейси. — Давай отправимся в какое-нибудь спокойное место, где можно перекусить. Я арендовал здесь автомобиль. — Он кивнул на ожидавший у обочины «шевроле». — Так что тебе лишь остается подсказать мне, куда ехать, потому что я недостаточно хорошо знаю Сент-Луис.
Трейси кивнула и направилась к автомобилю. Усаживаясь рядом с Фрэнком на мягкое кожаное сиденье, она вновь уловила терпкий аромат хорошо знакомого одеколона. Запах усилился еще больше, когда Фрэнк тронул «шевроле» с места и на Трейси повеяло ветерком. Она снова напряглась, как и вчера на пароходе, чувствуя, что руки и ноги покрываются пупырышками гусиной кожи. Редкостный аромат вновь на мгновение заставил ее усомниться в том, что рядом с ней не Бен, а его брат. На этот раз Трейси не выдержала.
— Фрэнки… — осторожно начала она.
Тот в эту минуту сосредоточил все внимание на двигавшемся впереди «лендровере» и потому обронил, не поворачивая головы:
— Что?
— Этот одеколон, которым ты пользуешься…
— Да? — нахмурился Фрэнк.
— Он точно такой же, как тот, который предпочитает Бен, — закончила фразу Трейси, испытывая сильную досаду оттого, что глаза Фрэнка скрыты темными очками. Ей захотелось увидеть выражение его глаз.
— Что ты хочешь этим сказать? — сдержанно спросил Фрэнк, откидываясь на спинку сиденья. — Неужели ты до сих пор думаешь, что я Бен?
— Я сама не знаю что говорю! — вздохнула Трейси, жалея, что завела этот разговор. Сейчас ей уже было стыдно за свою подозрительность.
— Этим одеколоном я пользуюсь уже много лет. Вероятно, Бен делает то же самое. Честно говоря, я не понимаю, почему это обстоятельство так сильно беспокоит тебя.
— Одеколон очень дорогой, — значительно произнесла она.
— Я знаю. Впервые мы с Бенни получили по флакону этого одеколона в подарок в день своего совершеннолетия. Он настолько понравился нам обоим, что с того дня ни он, ни я не можем переключиться на другой. К хорошему очень легко привыкнуть. Перейти на более дешевый одеколон оказалось довольно трудно. Но если ты имеешь что-либо против, я начну пользоваться другим.
— Неужели ты готов пойти на такую жертву? — усмехнулась Трейси.
— Разумеется. Только я не понимаю, как это может помочь тебе, ведь я все равно буду выглядеть так же, как брат, потому что внешность у меня останется прежней.
— С этим не поспоришь, — вздохнула Трейси. — Только все же для меня в этом запахе есть что-то… удручающее.
Она чуть было не сказала «возбуждающее», но вовремя прикусила язык.
— В таком случае я подыщу себе другой одеколон, — твердо произнес Фрэнк. — И займусь этим сегодня же!
— Спасибо! — с чувством произнесла Трейси. Она снова окинула Фрэнка взглядом, словно желая лишний раз убедиться, что рядом с ней находится не муж. — Я никак не могу понять, чем руководствовался Бен, скрывая от меня тот факт, что у него имеется брат-близнец. Зачем ему понадобилось делать из этого тайну?
— Скорее всего, дело в том, что у Бена не было времени для воспоминаний о прошлом. А я для него принадлежу именно к прошлому.
