— Нет, — смущенно призналась наконец Трейси. — Не могу сказать, что я совершенно уверена в том, что видела именно его.
— Мне кажется, что, если бы Бен находился сейчас в Сент-Луисе, он непременно связался бы с тобой.
— В этом можно не сомневаться. — Она кивнула. В чем в чем, а в трусости Бена Кросби нельзя обвинить. Не то что меня, подумала Трейси.
— Следовательно, его здесь нет, — констатировал Фрэнк. — Иначе он давно бы уже объявился. Ты ошиблась насчет этого парня. Впрочем, удивляться не приходится, учитывая то, что ты постоянно находишься в напряжении, боясь быть узнанной. А тут еще я свалился словно снег на голову! Тебе, наверное, пришлось все пережить заново…
— Да, я чувствую себя немного не в своей тарелке, — честно призналась Трейси.
Фрэнк потянулся через столик и взял ее за руку.
— Тебе пора сделать над собой усилие и забыть Бена, Тесс, — мягко произнес он, поглаживая ее руку большим пальцем.
На этот раз реакция Трейси на его прикосновение не была такой бурной, как вначале. Очевидно, сказалось пережитое только что волнение.
Трейси подняла глаза на Фрэнка и почему-то увидела перед собой не Бена, как бывало прежде, а человека, по-настоящему озабоченного ее состоянием.
— Я бы хотела забыть его, — горько произнесла она. — Поверь!
— Единственное лекарство от любви — другая любовь. Тебе легче будет забыть Бена, если у тебя появится кто-нибудь другой, — продолжал убеждать ее Фрэнк, не сводя с нее глаз. — Человек, который будет заботиться о тебе. Ты полюбишь его, и он ответит тебе взаимностью. Пора порвать с прошлым, Тесс, и начать новую жизнь, в которой тебе не нужно будет прятаться и поминутно оглядываться по сторонам.
— Легко сказать! Я даже не знаю, с какой стороны подойти к этой проблеме.
— Могу подсказать. В следующий раз, когда кто-то пригласит тебя на свидание, ты просто должна сказать «да». Разумеется, при условии что этот человек будет нравиться тебе.
Несколько мгновений, показавшихся Трейси вечностью, Фрэнк молча смотрел ей в глаза, и у нее перехватило дыхание, потому что она поняла: сейчас он скажет то, чего она больше всего боялась. Так и вышло.
— Тебя приглашаю я, Тесс, — взволнованно произнес Фрэнк.
Она высвободила руку, думая о том, что ее гулкое сердцебиение наверняка слышит в эту минуту даже он.
— Ты понравилась мне с первой же минуты, как только я увидел тебя, — охрипшим от волнения голосом продолжал Фрэнк. — И даже больше, чем просто понравилась…
— Нет! — протестующе воскликнула Трейси, испуганно глядя на него и лихорадочно думая о том, что он сам не знает, о чем говорит. И о чем просит.
— Да, Тесс, да!
— Но я не могу встречаться с… тобой!
— Почему? Я тебя ни в чем не обманываю. Я приехал сюда из Нью-Йорка, где живу постоянно, у меня нет жены, я ни с кем не помолвлен, так что в этом смысле ни от кого возражений ждать не приходится. Единственное, что тебе необходимо сделать, это дать согласие.
Трейси вскочила из-за стола, не помня себя от услышанного, и скорым шагом направилась прочь с территории ресторана под открытым небом. Но далеко уйти ей не удалось, потому что Фрэнк, не дожидаясь официантки, с которой можно было бы расплатиться за еду, швырнул на стол деньги и бросился вдогонку. Через минуту он уже шагал по тротуару рядом с Трейси.
— Ты не сможешь всегда и от всего убегать, Тесс! Таким образом ты лишь накапливаешь проблемы. Ведь я ясно вижу, что ты расположена ко мне точно так же, как я к тебе. Я знаю, что ты заинтересовалась мной!
— Чушь! Я жена твоего родного брата!
— Только формально. Ты сама мне все рассказала. Ты презираешь Бена и потому бросила его.
— Я еще не развелась с ним, — бросила Трейси через плечо.
— Но скоро разведешься! Верно? — С этими словами Фрэнк схватил Трейси за руку и повернул лицом к себе. — Постой, на что это ты намекаешь? Неужели ты до сих пор любишь его?
— Не знаю… — Она покачала головой, стыдясь самой себя. — Господи, я уже ничего не знаю!
Из глаз Трейси хлынули слезы, и она не смогла противиться, когда Фрэнк нежно обнял ее и прижал к груди, пытаясь успокоить.
— Бедняжка… — приговаривал он. — Бедная моя девочка…
Трейси продолжала всхлипывать, уткнувшись лицом в его рубашку, и ее смущение все усиливалось, потому что она чувствовала, как Фрэнк ласково поглаживает ее по спине и волосам. Эти действия пробуждали в ней совсем не те эмоции, которые она должна была бы испытывать в подобный момент. Такие чувства обычно наполняли ее, когда она находилась в объятиях мужа. И совершенно уже не соображая, что делает, Трейси обвила руками талию Фрэнка и сама прильнула к нему, будто умоляя его о чем-то невозможном.
Осознав, что Трейси как будто отвечает ему взаимностью, тот мгновенно напрягся, словно его сковало ледяным холодом. И только одна часть его тела оставалась горячей и пульсирующей. Она продолговатой выпуклостью упиралась в живот Трейси, пробуждая воображение и наполняя сердце трепетным предвкушением. Трейси отчетливо представила себе, как твердая плоть Фрэнка проникает в ее истосковавшееся по мужской ласке тело, заставляя испытать то непередаваемое наслаждение, которое мог доставить один лишь Бен, его брат-близнец.
Ах, как велико было ее искушение уступить безумному желанию и полностью отдаться Фрэнку! Но она не могла позволить себе этого. В отличие от своего мужа Трейси не использовала людей в своих интересах. К тому же Фрэнк успел завоевать ее уважение. Она считала, что брат Бена заслуживает лучшего, нежели запутавшаяся в чувствах женщина, которая никак не может понять, кто из братьев ей нужен.
Все эти мысли вихрем пронеслись в мозгу Трейси, и тогда она сделала почти невозможное — собрала в кулак остатки воли, вырвалась из объятий Фрэнка и побежала без оглядки по улице.
Сколько прошло времени, Трейси не знала, но в конце концов она начала задыхаться и перешла на шаг. Именно в этот момент рядом с ней и появился знакомый «шевроле».
— Садись! — коротко велел Фрэнк, наклоняясь, чтобы открыть пассажирскую дверцу.
Трейси со стоном остановилась, продолжая часто дышать. Ее грудь вздымалась и опадала, а растрепавшиеся волосы беспорядочно рассыпались по плечам. Осознав, что, собственно, бежать ей некуда да и не к чему, Трейси как-то сразу вся обмякла и послушно села в автомобиль.
Я уже почти год скрываюсь от мужа, подумала она, и к чему это привело? Правильно говорят, что от себя не убежишь.
Фрэнк проехал чуть вперед, а потом свернул в тенистый переулок и заглушил двигатель. Затем он повернулся к притихшей Трейси.
— Давай поговорим начистоту. Мне кажется, что твой поступок служит лишним подтверждением того очевидного факта, что я тебе небезразличен. Надеюсь, ты не станешь этого отрицать?
