него нет связи с ней. Нет ни малейшего повода проявлять ей верность.
— Кроме того, что она моя пара?
Лоррет сделал глоток пива.
— Честно говоря, это может сделать его ещё менее склонным помогать ей.
Я пожал плечами.
— Мы должны надеяться. Надежда нам нужна. Его дед был одним из последних алхимиков. Фоули знает больше всех об алхимической магии и практиках. Беликон сжёг все тексты алхимиков, когда захватил корону. Немногие книги, что мой отец собрал в библиотеке в Калише, почти ничего не объясняют. Так что остаются знания, что есть только в голове Фоули. Если он не поделится ими с ней…
— Тогда Саэрис никогда не сможет реализовать весь свой потенциал. Мы никогда не сможем уничтожить Аммонтраейт окончательно. И мы никогда не сможем покончить с Беликоном раз и навсегда и посадить Кэрриона Свифта на трон, — признал Рен мрачно. — Похоже, нам остаётся только надеяться и молиться, что Фоули передумает и захочет, чтобы его нашли. Я, например, хотел бы увидеть мир при своей жизни.
Ха.
Мир.
А как он вообще выглядит? Мы бы знали, что с собой делать? Сомневаюсь.
Я невольно понял, что не надел браслет после того, как позволил Саэрис питаться от меня. Провёл пальцами по двум маленьким ранкам на запястьях; они быстро заживали и к утру исчезнут. Вздохнув, снял другой браслет и поставил его на стол, потом расстегнул воротник, освобождая шею от тяжести. Я закатывал рукава рубашки, когда заметил, что братья смотрят на меня.
— Что?
Но я уже знал, на что они смотрят. Я тщательно скрывал рунические татуировки на тыльной стороне рук и запястий с тех пор, как Саэрис приняла меня как свою пару. Мои руки всегда были покрыты чернилами. Руны мести и справедливости были вбиты в кожу очень давно… но теперь на них наложились другие руны. Так много, что различить их стало невозможно. Руны и татуировки, опоясывающие мои руки, божественные узы, совпадающие с рунами Саэрис, были красивы и ужасны даже для меня.
Я посмотрел на это, покрывающее кожу, и печально улыбнулся.
— Да. Много.
— Мы знали, — тяжело выдохнул Рен. — Но знать одно, а видеть своими глазами…
— Видеть своими глазами это дикость, — согласился Лоррет. — Это значит, что вы двое собираетесь… ну… знаешь. Проведёте ритуалы сейчас? Поженитесь?
Всплеск адреналина пронзил позвоночник. Я оттолкнулся от стола, быстро опустив рукава, скрывая чернила.
— Нет. Мы не будем этого делать, — рявкнул я. — Она не…
Тент военного шатра распахнулся, и Дания влетела в комнату.
— Рен! О. Вы здесь. — Её взгляд упал на меня, полный паники. — Вам нужно выйти сейчас. Всем троим. Что-то не так.
Рен уже встал.
— Вампиры у реки? — Паника звучала в его голосе; после указа Саэрис вампиров отозвали в Аммонтраейт. Их должны были разместить в миле от Чёрного дворца, вдали от границы Санасрота с Калишем.
— Нет, — ответила Дания. — Да. Я… я не знаю, что происходит. Не могу объяснить. Лучше, если вы сами увидите. Поторопитесь.
ГЛАВА 4 – 114
КИНГФИШЕР
Восемь из них стояли в ряд вдоль насыпи.
Неподвижные, как мёртвые, по-настоящему мёртвые, а не нежить. Они не рычали на фей по ту сторону реки, наблюдавших за ними. Эти твари были похожи на разлагающиеся статуи, настолько неподвижные, что на мгновение мне показалось, будто их просто туда прислонили.
— На что мы смотрим? — спросил я.
То, что Дания повидала за все эти годы, сделало её такой же несокрушимой, как и всех нас, но сейчас её лицо смертельно побледнело. Она дёрнула подбородком в сторону пожирателей.
— Просто смотри.
Прошла минута.
Ещё одна.
И как раз в тот момент, когда у меня начало сдавать терпение и я уже собирался потребовать от Дании объяснений, они шевельнулись.
Все вместе они сползли вниз по склону к реке, двигаясь неестественно синхронно. Сначала левая нога. Правая. Все восемь поскользнулись, теряя опору в грязи. Они рухнули вперёд, на четвереньки, запрокинули головы и завизжали.
От этого звука у меня встали дыбом все волосы на теле.
Единой волной они двинулись вперёд, ползущая смерть на руках и коленях.
— Ломаем лёд? — выдохнула Дания.
— Нет. Ждём. Если их унесёт течением, мы не сможем осмотреть тела после того, как они умрут. Эти существа другие, и нам нужно понять почему.
Будто читая мои мысли, Рен собрал магию, в его руках сформировался шар силы, синевато-белый. Мои тени извивались вокруг ног, клубясь, готовые сорваться с цепи.
— Как только они достигнут середины... — пробормотал Рен.
Лоррет уже держал в руках Авизиет. Я оставил Нимерель за спиной. Моих теней для этого будет достаточно.
Пожиратели выбрались на лёд. Дальше. Их руки и ноги касались замёрзшей поверхности в идеальном унисон: левая рука, правое колено, левая рука, правая нога.
Лоррет повернул меч в руке.
— Мне это очень не нравится.
Мне тоже. В воздухе висело что-то скверное. Токсичное. Запах костров и готовящейся еды наполнял нос, но помимо этого там было ещё кое-что. Без запаха, но я чувствовал, как оно просачивается мне в ноздри и спускается в лёгкие. Что бы это ни было, ничего хорошего...
Пожиратели прыгнули.
Все восемь взвились в воздух, как олени. Они рванули к середине реки, к точке, где наша магия должна была их накрыть, а затем без колебаний прорвали невидимую границу. В тот же миг Ренфис выпустил свою магию, я тени, и дым с сиянием полоснули через Дарн.
Магия Рена ударила первой. Сфера обрушилась прямо на двух пожирателей. Я развернул свои тени вправо, направляя на остальных, но...
Магия Рена не затрещала, не угасла, оставляя после себя тела, как обычно. Она вспыхнула, озаряя темноту, а затем впиталась в тех двоих, в кого ударила. Они были мужчинами. Голыми по пояс. И там, где сфера попала им в грудь, сеть ярких белых разломов побежала по рёбрам. Двое содрогнулись и, внезапно, у всех восьми на груди возникли те же белые сходящиеся лучи силы.
Свет пульсировал, наливался яркостью, Пожиратели снова тряслись, выгибая спины.
— Какого же творят боги? — прошептал Рен.
Я погнал тени вперёд, распуская их во все стороны: восемь узких щупалец тьмы, мерцающих моей магией. Стоит ударить сильно, подумал я. Закончить это. Но когда тени достигли цели,
