черепа. С поправкой на то, что череп из Штейнгейма сохранился не полностью и его передняя половина смята, задняя часть выглядит гораздо более похожей на неандертальскую.
Две стоянки, примерно соответствующие Штейнгейму, – Бильцингслебен (Германия) и Вертешселлеш (Венгрия) – бросают более серьезный вызов идее постепенной, равномерной эволюции к неандертальским формам. В Бильцингслебене в 1970-х были найдены фрагменты трех человеческих черепов. В Вертешселлеше один фрагмент черепа был обнаружен 21 августа 1965 года, в день религиозного праздника в честь пророка Самуила, так что этого древнейшего обитателя Венгрии прозвали Саму. Ян Таттерсаль утверждает, что фрагменты черепов из этих двух мест, кажется, вообще не имеют неандертальских черт и связаны с орудиями из отщепов, похожими на клактонские. Стрингер считает, что они родственны гейдельбергским, но находит их более примитивными.
Может ли быть так, что одна часть европейской популяции гейдельбергского человека эволюционировала в неандертальцев, а другая не эволюционировала? Или более архаичные гоминиды периодически проникали в Европу из Азии, в то время как местные гейдельбергцы развивались по своей эволюционной линии? Этот сценарий возможно подтвердить данными митохондриальной ДНК, полученной из человеческих костей в Сима-де-лос-Уэсос и связывающей эту популяцию с денисовцами в Азии. Есть некоторая горечь при мысли, что полностью сформировавшиеся неандертальцы, появившись около 250 тысяч лет назад, незадолго до этого превзошли более архаичную европейскую популяцию. Если это так, то историю неандертальцев обрамляют две встречи с другими формами человека. В первой неандертальцы вышли победителями, став единственными хозяевами Европы. Во второй они уступили континент (да и планету) нам.
250 тысяч лет назад, по мере того как удачливые «люди с рубилами» приобретали все более неандертальскую форму головы, их технология изготовления каменных орудий постепенно совершенствовалась, и они все меньше полагались на громоздкое рубило. Именно в этот момент по-настоящему начинается история неандертальцев.
Глава 4
Встречайте неандертальцев
250 000–130 000 лет назад
В случае с мозгом далеко не все упирается в размер, однако и он имеет значение. С самого начала существования рода Homo человеческий мозг развивался в сторону увеличения объема. Череп из Рейлингена (Германия) возрастом в 250 тысяч лет содержал мозг большего объема, чем у половины людей, которые читают эту книгу. Именно тот момент, когда в Европе был достигнут современный порог размера мозга, большинство исследователей считают началом эпохи неандертальцев.
О чем говорит нам размер мозга? Сам по себе не так уж много. Но он является частью интригующей картины этого периода, наряду со свидетельствами крупномасштабной совместной охоты и изготовления все более сложных каменных орудий. Это свидетельство значительного прогресса в поведении первых неандертальцев. Все эти «нововведения» так вплетены в нашу повседневную жизнь, что легко забыть, насколько революционными они были, появившись впервые. Поведение, которое отделило неандертальцев от их гейдельбергских предков и отличало их почти от всех других видов людей, можно кратко выразить двумя словами: перспективное планирование.
Составление планов на долгий срок требует воображения – способности представить будущую ситуацию и то, какие промежуточные шаги необходимы для ее реализации. Оно также требует понимания – знания того, что животные, растения, камни и другие люди обладают предсказуемым и последовательным поведением или свойствами. Во многих случаях перспективное планирование требует такого сотрудничества, которое может быть достигнуто только в результате сложной коммуникации.
Все гоминиды должны были обладать способностью к перспективному планированию, по крайней мере в некоторой степени. 250 тысяч лет назад заметен прорыв – увеличение количества шагов, на которые люди могли надежно планировать, и расстояний, на которые они путешествовали и переносили материалы. Хотя видно это только по данным об охоте и об изготовлении орудий труда, мы можем с уверенностью предположить, что это распространялось и на другие области.
Одна из важных областей, где построение планов могло дать неандертальцам преимущество, – это социальные отношения, позволившие им увеличить размер группы и ареал обитания. По мнению антрополога Робина Данбара, разработавшего так называемую гипотезу социального мозга, выстраивание сложных социальных отношений, дававших репродуктивные преимущества, было главной движущей силой увеличения размера мозга в нашем эволюционном прошлом. Мы видим, что более крупный мозг мог способствовать улучшению пищи за счет более эффективной охоты.
Все эти данные – размер мозга, морфология костей, групповая охота, технология каменных орудий – позволяют нам считать, что в полной мере неандертальцы заявили о себе именно 250 тысяч лет назад. Тогда же, когда европейские неандертальцы обрели характерный внешний облик (особенно проявившийся в форме черепа), конкурирующая популяция в Африке совершила аналогичный рывок в развитии. Неандертальцы Европы и архаичные Homo sapiens (которых некоторые называют Homo rhodesiensis или Homo bodoensis) в Африке развивались параллельно, и ни один из них еще не мог претендовать на какое-либо преимущество перед другим.
Расположение упоминаемых в этой главе ключевых стоянок неандертальцев, принесших данные о поведении и внешнем облике ранних неандертальцев.
Разумеется, группы эти не были неизменными. Популяции не стали «неандертальцами» или «человеком разумным» за одну ночь, и мы не можем точно определить, что именно считать началом этого пути. Мы, как и многие исследователи, выбрали дату 250 тысяч лет назад как важную точку эволюционного развития, длившегося сотни тысяч лет, в течение которых их телесный облик обретал различные формы, а поведение становилось все более сложным. Неандертальцы продолжали эволюционировать в так называемых «классических» или «поздних» неандертальцев. Мы используем схожие термины для описания параллельного развития в Африке, поэтому предпочитаем называть этот вид архаичным Homo sapiens (и мы будем избегать оксюморона «архаичные современные люди», хотя, по сути, они были именно такими).
В период, о котором пойдет речь в этой главе, неандертальцы и архаичные Homo sapiens – и те и другие уже не похожие и более развитые, чем Homo heidelbergensis, – процветали обособленно друг от друга на своих территориях. Однако данных о том, что кто-либо из них тогда проникал в Азию, очень немного. Обоим видам еще предстояли значительные изменения. Свидетельства того, что неандертальцы и Homo sapiens проникли в Азию, где конкурировали за ресурсы и территорию, появятся, когда в пятой главе мы будем говорить об эпохе 130 тысяч лет назад.
Первые неандертальцы
Окаменелости, дошедшие до нас от эпохи 250 тысяч лет назад, немногочисленны, но несколько сохранившихся человеческих костей указывают на то, что в Европе с тех пор произошли серьезные изменения. Эти изменения наиболее ярко выражены в строении черепа.
В 1978 году фрагменты древнего черепа были обнаружены в гравийном карьере в Рейлингене (Германия). Найденные вместе с ними кости животных позволяют предположить, что этим человеческим окаменелостям более 200 тысяч лет. Ученые исследовали фрагменты черепа всеми возможными способами и спорили, какому виду он принадлежит.
Есть мнение, что некоторые особенности – в
