в полусферу, выпрыгнул на той стороне.
Воздух сжался, я сделал пару нетвердых шагов, а затем восстановил равновесие. Щелкнув пальцами, я высушил рубашку и брюки и пригладил волосы.
– Скучали?
Бернард забубнил, сгребая меня в объятья, а Бриан молча протянул сапоги. Его шрам как будто еще глубже врезался в уголок губ за время, что нас не было.
А потом он сказал, мягко растягивая гласные:
– Король отказался продлевать соглашение.
Бернард при этих словах отпустил меня и виновато потупил взгляд. Я вздохнул. Да, со встречи на маяке нас так и преследует удача, которую никак не поймать за хвост. Придется две недели потратить на политическую возню.
А впрочем, когда было легко?
С громким чавкающим звуком счастливый Блисс прорвал оболочку и приземлился на каменную поверхность города. Серебристый хвост почти сразу втянулся, явив миру длинные ноги, стать и достоинство ухмыляющегося меренайта.
– Ну-ка, прикрой срам, – проворчал Бернард, бросая в друга рубашку и штаны.
Блисс ухмыльнулся еще больше.
– Руфина? – спросил я.
– С Милинафом. Он сильно грустит, – проворчал Бернард. – Совсем не играет и ест по чуть-чуть только с ее рук.
И ничего ты не поделаешь с верными драконами. Даже фарффл не смогла его расшевелить. Оставалось только дожидаться дитто и поддерживать в драконе жизнь.
Джен помахала мне рукой, проплывая мимо, и указала дальше, на огромное витиеватое сооружение, поросшее водорослями. Колонны, портики, жемчужные окна – так встречал нас храм Владыки вод. Я кивнул – без сомнений, ее вызывал король.
Который очень любил свою двадцатую дочь.
– Нет.
Слова хлестнули меня по щеке, и насмешливое улюлюканье прокатилось волной по придворным.
– Нет, – повторил он. – Это соглашение с моим братом. А вот со мной ты еще ничего не заключал.
Я улыбнулся и, сдерживая гнев от причиненного унижения, поклонился. Вертеть вас на костре, да присыпать перцем ваши щупальца.
Во-первых, какое «ты». Я изгнанный, приемный, но все еще принц Таррвании. По титулу.
Во-вторых, соглашение заключалось с морским королевством, а не с вашим ныне покойным братом. Поменялся там король, не поменялся – соглашение есть соглашение.
Но король умер, а здравствующий король, отец Дженнифер, не сильно желал поддерживать узы, связи и политические соглашения.
Веллинг III, истинный король Арридтского моря и служитель Владыки вод, задумчиво подпер рукой голову, восседая на высоком жемчужном троне. Его толстые зеленые щупальца с присосками свешивались на золотые ступени. Антропоморфный торс бугрился мышцами, а вот морда была почти драконья – вытянутая, покрытая чешуей. Несколько тупых рогов венчали голову.
Двое меренайтов стояли по бокам от трона, если так можно выразиться, – они покачивались в воде, почти угрожающе выставив перед собой светящиеся копья.
А придворные бултыхались позади меня, возле стен и выше, каждый в своей ложе.
Мы были в блистательном храме Владыки вод, который, в общем-то, раньше стоял на земле.
А теперь покоился глубоко на дне Арридтского моря.
И этот полуосьминог, восседающий на троне, не желал от меня ничего, кроме…
– Отец, – мягко сказала Джен, подплывая ближе. На ее лице блуждала хитрая улыбка, а голову венчала тонкая золотая диадема. Ее рыбий хвост переливался в зеленом свете. – Отец, но ситуация крайне благоприятна для нас. Новый император, – она бросила взгляд на меня, – обещает изменить закон в отношении существ. Включая нас. И ему не хотелось бы…
Веллинг III поманил щупальцем, и Джен умолкла, но подплыла к нему. Король подпустил ее еще поближе, а затем, обхватив щупальцем меренайта за талию, повернул ее ко мне и, выставив вперед, заорал:
– Так ты мне скажи, разве она не хороша, а?
Я подавил желание закатить глаза. Джен сохраняла невозмутимость, даже не схватившись руками за толстое зеленое щупальце. Только хвост слегка дернулся, выдав напряжение.
– Знаете, на суше вопросы решаются немного по-другому, – сказал я, вновь сделав поклон. – В конце концов, Джен дорога мне как…
Другое щупальце угрожающе щелкнуло. Я замолк.
«Не зли отца, кланяйся и соглашайся на женитьбу», – сказала Дженнифер перед тем, как мы подплыли к храму.
«Не слушай отца, кланяйся и ни в коем случае не соглашайся на женитьбу», – мрачно сказал Блиссингер перед тем, как мы обсудили с Джен план.
Моя команда была такой сплоченной.
– Ваше морское сиятельство, мы с вами уже обсудили, что я готов предложить взамен.
– А тебе, двуногий, не кажется, что твои условия воняют, как рыбье дерьмо?
Придворные одобрительно загудели из лож-ракушек, вросших в стены и покрытых замысловатыми узорами из жемчужин и кораллов. Сидящий на самом верху жирнющий меренайт зашелся в беззвучном смехе, дико поблескивая выпуклыми глазами.
Эти создания всегда действовали мне на нервы.
Джен предостерегающе качнула головой, поймав мой взгляд. Я же, поклонившись, начал повторять то, что мы успели обсудить ранее:
– Защита для Сопротивления, шпионская сеть и небольшая помощь в войне на море. А взамен – половина моря под вашим контролем, отмена закона о честном убийстве меренайтов, и во время сезона дождей все берега в вашей власти. Ни один из императоров не предлагал такие щедрые условия.
Веллинг III отлепил свое щупальце от Джен, и она, покачнувшись в воде, слабо улыбнулась мне. Но не сдвинулась с места.
– Да мне насрать на вашу войнушку. Хоть перегрызитесь там. Нам же лучше. Да?
Он стукнул кулаком по подлокотнику трона. Придворные завопили, подбрасывая вверх копья, рыбьи скелеты и незадачливых собеседников рядом.
Владыка вод, дай мне терпения не разнести этот храм ко всем драконьим матерям…
– Я не могу согласиться на женитьбу.
– Почему? Вы там постоянно браками балуетесь, что, считаешь мою дочь недостойной?!
– Дело не в этом, ваше морское сиятельство. Ваша дочь… – я бросил взгляд на Джен и вновь поклонился, – прекрасна. Но на троне Таррвании могут восседать только двое: дитто белого дракона и наследный принц, который, кстати, тоже дитто. Избранные дочери и сыновья дитто белого дракона из королевства дома Корс отправляются на трон. И если… – Я оборвал себя на полуслове и твердо сказал: – Когда я стану императором, только дитто белого дракона сможет стать моей женой.
– Так ты ж императором станешь. Меняй законы, – угрюмо отозвался Веллинг III и, поднявшись с трона, спустил свою огромную тушу по ступеням. Он превосходил меня в росте по крайней мере вдвое.
Нависнув надо мной, король жестко произнес:
– Бери ее в жены. Бери в жены, двуногая малявка, принц-пустышка, иначе никакой тебе помощи, клянусь именем Владыки вод.
Придворные подхватили его слова и застучали копьями по ракушкам:
– Бе-ри, бе-ри, бе-ри!
Джен скрестила руки под обнаженной грудью и повела плечами. На ее прелестном лице застыло
