id="id25">
Мухомор и лисичка готовы к бою
Одно дело придумать план, другое – его осуществить.
На следующее утро, проснувшись раньше всех и быстро позавтракав, Ромка и Ярик первыми бросились к Летней сцене, где за кулисами висело множество театральных нарядов для предстоящего отчётного концерта. К сожалению, эффектных костюмов ниндзя, которые привиделись Ромке в его фантазиях, там не нашлось. Зато были зайчики, лисички, грибы, огурцы, помидоры и разные цветы.
«Флора и фауна какая-то», – подумал Ромка и облачился в костюм мухомора. Теперь надо было выбрать что-нибудь подходящее для Ярика, который скептически взирал на всё это яркое великолепие.
– Да уж... – иронично сказал он. – Ниндзями сегодня нам не быть.
– Всё норм, – отозвался Ромка, перебирая костюмы, – зато Курочкин нас точно не узнает. На вот, надевай, – он протянул Ярику костюм белого гриба.
– Не буду, – мрачно отозвался Ярик. – У меня на них аллергия.
Ромка со вздохом повесил гриб обратно и вытащил костюм лисички:
– Тогда вот это надевай и не капризничай.
Спустя несколько минут, переодетые и почти не узнаваемые, друзья отправились на поиски дымовой шашки.
Едва они вышли из-за кулис Летней сцены, как туда зашёл папа Ярика Игорь. После вчерашней взбучки от отца он выглядел очень грустным и подавленным. О кино можно было забыть... Особо не раздумывая, Игорь вытащил костюм кукурузы. Какая разница, в чём быть, если твоя мечта всё равно не осуществится.
Не танец, так лошадь
Помирить родителей в танце было невозможно. Николетта и Елисей помнили, чем закончилась последняя репетиция – даже худрук Аркадий не смог заставить папу и маму вернуться на площадку. Скорее всего, они сейчас обходят друг друга стороной и даже не здороваются. Брат и сестра уныло брели по аллее, думая, как же их соединить вместе.
– У меня как-то раз был тупик по жизни, и мама тогда сказала: «Надо подойти к лошади с другой стороны», в смысле, подумать другие варианты, – задумчиво сказала Николетта.
И очень вовремя она про это вспомнила!
– Лошадь! Конечно, лошадь! – вскрикнул Елисей. – Папа же сказал тогда: « Лучше пойду на лошади кататься». Только... как лошадь сможет помочь их помирить?
– Так это супер! – Николетта сразу ожила. – Люди дружат, когда у них есть общие интересы. Папа обожает лошадей. Значит, надо, чтобы и мама их тоже полюбила!
– Да, но как?! Мы с тобой живых лошадей в глаза не видели!
– При чём здесь мы?
Николетта вдруг остановилась и бросилась к ромашкам, которые цвели возле дороги. Сорвала несколько штук, добавила зелёный папоротник и протянула Елисею:
– Держи. Мы заманим маму на конюшню, папа её покатает, и они подружатся.
– А это ещё зачем? – Елисей с удивлением взирал на букет.
– Не тупи, Еся! Деревенская романтика не помешает. Отдашь цветы папе, он сразу будет как принц на белом коне, подарит их маме, она растает, и они полюбят друг друга. Как в кино! Теперь надо только найти конюшню.
Николетта огляделась и вдруг увидела лошадь! Вернее, сначала автомат с газированной водой. А рядом с ним стояли два мальчика в костюме коня: один изображал переднюю часть, второй – заднюю. Передним копытом «лошадь» нажала на кнопку, автомат заурчал и налил в гранёный стеклянный стакан газированную воду. Первый мальчик отпил и передал второму. Да уж, непростая система водопоя!
– Как водичка, жеребцы? – усмехнулся Елисей.
– Хорошая водичка. Будете? – второй мальчик протянул стакан Николетте.
Но Николетта только брезгливо отпрянула. Пить из общего стакана! Никогда в жизни она так не делала:
– Про одноразовые стаканчики не слышали? – спросила она с сарказмом.
Мальчики одновременно задержали на ней удивлённый взгляд:
– Зачем нам одноразовые? – спросил первый. – Если этот разобьётся, другой поставим.
А тут ещё Елисей взял и надул пузырь из жвачки и громко щёлкнул им, как кнутом. У мальчиков глаза на лоб так и полезли. Надо срочно менять тему:
– Где тут конюшня, не знаете? – спросил Елисей. – Но только для нормальных коней.
– Вон там, – переднее копыто «лошади» указало на невысокое жёлтое здание.
Елисей поблагодарил, и мальчики-лошадь неуклюже поцокали дальше. Теперь надо придумать, как заманить туда маму. Было бы хорошо найти что-то крутое для восьмидесятых годов, что бы удивило родителей. Николетта порылась в сумке, подержала в руке телефон, но положила обратно – слишком круто. Потом обнаружила помаду и тоже от неё отказалась – слишком рано. Ну а у Елисея сразу нашлось правильное решение. Он достал из кармана упаковку жвачки и протянул сестре:
– Держи. Не биткоин, конечно, но для восемьдесят восьмого – нормальная валюта.
По дороге на конюшню
Николетта и мама Ира уже как полчаса шли в сторону конюшни, но из разговора была понятно, что Ира туда вряд ли зайдёт. Николетта вспомнила про жвачку, которую ей всучил брат, и решила попробовать. Как он говорил? Валюта? Николетта неспеша развернула пластинку, засунула в рот и стала надувать пузыри.
– Прикольно у тебя получается! – мама Ира с восхищением смотрела на новую знакомую.
– Ничего сложного. Зажимаешь между зубов и надуваешь! – Николетта снова надула пузырь, и он лопнул с громким щелчком.
– Круто! – в глазах Иры появилась лёгкая зависть. – У нас даже в Москве таких не достать.
Николетта протянула Ире пластинку. Та бережно развернула, как будто это было какое-то сокровище, положила в рот и начала осторожно жевать.
«Бедные дети восьмидесятых», – промелькнуло в голове у Николетты.
– Как, как ты говоришь, тебя зовут? – спросила Ира.
– Николетта.
– И кто только такие имена даёт! – Ира засмеялась.
– А как бы ты свою дочку назвала? – не удержалась Николетта.
– Ну уж точно не так! – уверенно сказала Ира.
«Мда», – улыбнулась про себя Николетта. А вслух сказала:
– Прости, что мы вас на танцах толкнули.
– Да ладно, вы здесь не при чём. Это всё этот буратино, деревянный и упрямый, – ответила Ира.
– А чё вы с ним так ссоритесь? – Николетта решила, что пора переходить к делу.
Но Ира ответила в своём духе, так что Лета сразу узнала свою будущую маму:
– А тебя не учили в чужие дела не лезть?
Но сдаваться было нельзя. Николетта решила зайти
