читала книгу, которую принес шериф. Да и всё равно заняться было нечем, так как телевизора в доме Стоуна не наблюдалось.
А после ванны, которую всё же приняла, плюс успокоительное — смогла хорошенько так расслабиться.
— Ты что, не обедала? — поставив какие-то пакеты на стол, недовольно сощурив глаза, вопросил оборотень. Интересно, как он так быстро догадался, если даже холодильник не успел открыть и проверить, всё ли на месте или нет.
— Ой, — покосившись на него, а потом и на часы, виновато улыбнулась я. — Не заметила, как пролетело время и…
Не договорила, едва не подавившись воздухом — потому что Оуэн быстро оказался рядом и наклонился над диваном, упираясь руками по обе стороны от меня, словно беря в ловушку. Его запах ударил по всем рецепторам сразу и сердце предательски затрепыхалось в груди. А вид на шикарное тело в форме вызвало лишь повышенное слюноотделение.
— Плохая девочка, — протянул он, сверкая глазами, а я лишь смогла тяжело сглотнуть и проявлять силу воли, чтобы не пялиться на его длинные ноги в обтягивающих штанах. Да, мысли у меня в голове часто вертелись совершенно неприличные. — Ты должна за собой следить, — продолжил он опасливо-нежно, а я вся сжалась, облизавшись. Не о том я думала и фантазировала, ох не о том. — И заслуживаешь наказания.
И я была готова к часовой нравоучительной лекции (или грязным словечкам, от которых бы намокли трусы) или ещё чего, но в итоге получила неожиданно совершенно иное — мягкие губы мужчины коснулись моего лба в легком поцелуе, заставив меня зависнуть.
Шашлык мне в рот, вот это поворот.
И его шкодливая, самодовольная ухмылка, которая с каждым днем нравилась мне почему-то всё больше и больше, ничего хорошего для моего сердца не предвещала.
Только я собиралась всё же высказать недовольство за его фривольное поведение, как он отошел, достал из пакета какую-то коробку и торжественно вручил мне, сделав грудь колесом, явно гордясь собой.
Я хотела спросить что это, но на коробке был нарисован ноутбук. И снова я зависла, не веря в происходящее. Потому что дорогими подарками меня баловала только Мия.
— Зачем? — выдавила я неверяще, сжимая коробку до побелевших пальцев. — Я ведь не могу пока себе такое позволить и…
Его горячий большой палец коснулся губ, заставляя замолчать. И от проникновенного взгляда, да и такой близости, всё замерло. Кажется, во мне зарождались новые и неведомые звезды и вспыхивали маленькими искрами, щекоча всё внутри.
То Оуэн одним действием доводил до паники, ведь я боялась вероятности, что скоро ему наскучу и потом стану пожизненной рабыней, дабы отплатить за все продукты и прочее, что он на меня потратил. То мигом успокаивал тёплым взглядом, от которого было не по себе, ведь в моём мире люди не показывали свои эмоции так открыто. И не видеть даже тени какого-то тёмного умысла — было дико и странно.
— Потому что для тебя ничего не жалко, Пломбирка. Да и ты такая сладкая, что я просто хочу тебе задаривать всем подряд, — Оуэн легко пожал плечами. Он говорил серьезно, но так тепло и сладко улыбался, что моё сердечко снова из-за него затрепетало, хотя буквально утром и настраивала себя на совершенно иное отношение к нему. — Я и так сдерживаюсь, чтобы не покупать тебе что-то постоянно.
Такое солнце, как он, должно находится в в искренних и добрых руках, а не в моих. Потому что в своих ладонях я сжимала осколки разбитой души, которыми могла ранить его.
И дело было не в разбитом сердце, а просто в моей неуверенности в себе.
С каждым мгновением рядом со Стоуном я понимала, что слишком слабую силу воли имею, да иммунитета перед такими красавчиками совершенно нет.
И чтобы эти чувства вдруг не переросли в нечто большее, нежели восторг и возбуждение, я решила сделать его прототипом своей новой истории. Тем более, что ноутбук есть и я смогу все записывать и постепенно лепить новый мир, где персонажи тоже познают любовь и будут счастливы.
Да, именно когда я садилась писать свои романы, я одевала толстые розовые очки и погружалась в мир грёз.
И надеялась, что как только вылью свои зарождающиеся, словно первые бутоны роз, чувства на бумагу, меня попустит и так бурно реагировать на красавчика-соседа не буду.
Сомнение, нависшее надо мной мрачной тенью с ехидной усмешкой, я решила игнорировать.
Глава 6
Лизи
Пока я открывала ноутбук и исследовала его, удивляясь тому, что в этом плане всё было идентично, как и в моём мире, Оуэн из остальных пакетов достал упакованные готовые различные блюда.
Решив, что вечно сидеть у него на шее, как королевна, я не могу, поэтому, отложив всё, направилась к нему, чтобы хоть как-то помочь.
— Отдыхай, — сразу бросил мужчина, оторвав кусочек запеченной курицы и дав Плюшке. Я же насмешливо фыркнула.
— Отдыхала целый день, в отличии от тебя. Так что лучше сервировкой займусь я, а ты передохни, — доставая тарелки, не дожидаясь одобрения, бросила через плечо.
— Тебе так сложно принять мои ухаживания? — такой вопрос ввёл в ступор и заставил повернуться к соседу лицом. Я зависла и задумалась, а потом неуверенно, но всё же кивнула. Стоун застыл с горькой улыбкой на губах.
— Привыкла делать всё сама, — пожала плечами, ведь не видела в этом ничего постыдного. Мне такие ухаживание в реальной жизни были в новинку, ведь подобных мужчин не встречала.
— У вас что, мужчины обделены манерами? — оборотень нахмурился, совершенно точно недоумевая. Я же тоже задумалась — неужели здесь все стараются угодить самке, чтобы она ничего не делала и просто жила в удовольствие? Ха. Сказка какая-то.
— Ну, подобное я видела лишь в фильмах или читала в романах. В реальности же всех нормальных мужчин разобрали и окольцевали, — постаралась объяснить, хотя и сомневалась в полной правдивости своих слов. — По крайней мере, если судить по моему опыту, — попыталась внести ясность, чтобы он не подумал, что у нас там все мужики бесчувственные чурбаны.
— Тогда тебе стоит привыкать ко мне, чтобы поскорее наслаждаться и вертеть мной, как захочешь, — он снова подмигнул, флиртуя. Только вот мне его слова не понравились совершенно. Точнее, последняя часть.
— Почему я должна тобой вертеть в свою угоду? Ты тоже личность. Да и разве не лучше, когда в паре каждый дарит одинаково любовь?
Вполне вероятно, я была идеалисткой и наивной, но правда считала, что нельзя назвать отношения нормальными, где один пользуется другим и не дает ничего взамен.
Оуэн
