полез в поясную сумку и достал небольшой свёрток из чёрной бархатной ткани.
— Я хотел бы… У меня есть подарок к обручению.
Тэпат протянул свёрток. Тара развернула и ошарашенно уставилась на содержимое. Огни жаровен играли в красно-золотых гранях обода. Того самого — «Слёзы феникса».
— Это же… Ши! Кого ты убил ради него?
— Нет… Что вы… — смутился тэпат, пряча раненую руку за спину.
— Тхаитран[19]! — Тара крепко обняла Ши. От него пахло дымом, потом и кровью. Тара отстранилась. — Ты ранен. Расскажешь, что произошло?
— Служебные дела.
— Разве ты не взял отгул?
— Кажется, я не умею отдыхать, — пожал плечами тэпат. — Не забивайте голову.
Тара опустила взгляд, почувствовав лёгкий укол обиды. Она не успела привыкнуть, что служебные дела Ши теперь её не касаются.
Империя Этват, предгорье Дайяринн, город Омакпайя
— Имард Шамрис ~
Два чадящих факела, закреплённых на стене у входа в допросную, не давали достаточно тепла, чтобы обогреть помещение, а солнечный свет сюда не проникал. Узкие щели оконных проёмов у самого потолка небольшой комнаты выходили во внутренний двор Омакпайской крепости и почти полностью заросли вьюном.
Имард потёр запястья. Тяжёлые кандалы, которые на охотников нацепили градозащитники, натирали кожу.
— Это убийцы Главы Батиса, — ледяным тоном обратился сотник Волис к палачу. — Добудь мне их признание, Вогэн.
Смуглый, черноволосый мужчина утвердительно кивнул и, не произнося ни слова, направился к Рэде. Мочка уха палача была разорвана и слегка кровоточила, будто из неё недавно вырвали серьгу. Видимо, кто-то из узников решился на сопротивление. Вряд ли его смерть была быстрой…
Грубо ощупывая Рэду, палач добыл запрятанный в складках одежды нож, вытащил из причёски все шпильки.
Имарда обыскивал подмастерье — мрачный коренастый юнец. Итогом обыска оказался небольшой метательный нож, который отправился на тумбу в углу. Там же было свалено остальное оружие охотников.
Слухи о местном палаче распространялись далеко за пределы города. Вогэна называли «Омакпайский Душитель». На допросах он подводил узников к границе между жизнью и смертью. Придушивал и отпускал в последний момент. Так могло продолжаться часами, пока заключённый не соглашался сотрудничать. Если это не помогало, Душитель переходил к более кровавым методам.
— Господа градозащитники могут быть свободны, — произнёс Омакпайский Душитель, поправляя кожаный передник, сплошь покрытый бурыми пятнами разной степени свежести.
Градозащитники ретировались, оставив узников на палача и угрюмого подмастерья.
Имард просчитывал шансы на побег. Действовать нужно было прямо сейчас. Пока их не разделили, отправив по разным клеткам или на дыбы. В комнате остались только палач и молодой подмастерье. И куча оружия.
Охотник пытался поймать взгляд племянницы. Но та была до странного апатична. Смотрела в пол. Даже не думала дерзить или сопротивляться лапам палача, жадно шарящим по её телу в поисках спрятанного оружия.
Возможно ли вытащить племянницу в таком состоянии? Имард не был уверен.
— Этого — запереть. — Вогэн кивнул на Имарда. Подмастерье грубо толкнул к клетке.
Племянница так и не взглянула в сторону Имарда. Драгоценное время было упущено.
В клетке было невозможно ни выпрямиться в полный рост, ни нормально сесть, вытянув ноги. В народе её называли «птичник», так как она смахивала на квадратные клетки для певчих птиц и размером была немногим больше. Толстые цепи крепились к проушинам на верхних углах клетки. Палач мог подвесить её над полом, и, например, развести огонь под узником, медленно сжигая заживо.
Имард с трудом оттеснил мысли о пытках в дальний угол сознания. Он был обязан исправить всё раньше, чем племянница пострадает от безжалостных лап палача.
— С кого начнём? — прервал гнетущую тишину подмастерье, разглядывая Рэду.
— Следи, — немногословно приказал Вогэн, кивая на Имарда.
Палач коснулся браслета на своём запястье, и в следующее мгновение тот распустился в тонкую веревку. Молниеносным движением Омакпайский душитель накинул её на шею Рэде. Кандалы звякнули, она схватилась веревку, пытаясь ослабить давление. Вогэн потянул её к выходу.
— Вы, скоты, только слабых девчонок мучить можете?! — крикнул Имард, рванув прутья решётки:
— Не трогай её, тварь! Иначе я тебя лично зарублю! На куски порву! Скотина! Ублюдок! Оставь её!
— Всё в порядке, — одними губами произнесла Рэда. Дверь захлопнулась за ней и Омакпайским душителем. От бессилия Имард ударил кулаками по решётке, обещая, что отплатит за каждый волос, упавший с головы племянницы.
Империя Этват, предгорье Дайяринн, город-крепость Томаран
— Тара Нарис ~
Короткий коридор серых гранитных стен, украшенный гербами Этвата, Дайяринна и Томарана, вёл к единственной двери, которую охраняли две стражницы. Вдоль стен тянулся ряд массивных стульев, для ожидающих аудиенции к Командующему Дайяринна. Сегодня здесь было неожиданно пусто.
Тара поздоровалась с неизменной коренастой Коргоной и её новенькой напарницей, большегрудой черноволосой девушкой. Та была как раз во вкусе Командующего Гунэиса.
— Вас ожидают, сотница Нарис, — произнесла Коргона, после недолгой заминки. Её явно удивило непривычное облачение Тары.
— Ши, жди здесь, — приказала Нарис.
Тэпат кивнул и отошёл к узкому окну, откуда просматривался впечатляющий вид на Томаран. Двух-трёхэтажные дома, построенные из серого дайяриннского гранита, веером спускались от расположившегося на вершине холма замка к Лазурному озеру. Извилистые улочки петляли между домами и громадными валунами. Дым поднимался из обмазанных белой глиной труб, ластился к черепичным крышам. Пять рядов крепостных стен опоясывали город, прикрывая его от атак с трёх сторон. С запада же гора, на которой высился Томаран заканчивалась неприступным обрывом.
Коргона привычным движением распахнула перед Нарис массивную обитую железом дверь. Тара вошла.
— Иварсо дарэ'эш, Командующий Гунэис! — Нарис по-военному поклонилась старшему по званию.
— Иварсо, — устало ответил Гунэис, перебирая бумаги, нестройными кучами нагромождавшие его внушительных размеров стол.
Тара припомнила, что обычно этот стол был примером порядка.
Командующий выглядел изнурённым. Рассеянный взгляд. Ссутуленная спина. Руки бесцельно перекладывали бумаги из стопки в стопку.
Тара кивнула писарю, сидевшему за отдельным столом. Тот невнятно ответил, вернулся к записям.
— У меня для вас новость, Тара Нарис, — произнёс Командующий, впервые посмотрев в её сторону.
Нарис ничего не ответила, и Командующий продолжил:
— Вы долго служили Лоэтраку. Вы умеете брать на себя ответственность. Умеете справляться с трудностями. Настали трудные времена. Вы просили отставки, но получите повышение.
Тара опешила. Повышение? Нет. Она решила уйти. Посвятить себя семье. Ничто не заставит её продолжить службу. Даже позор дезертирства.
— Это большая честь, Командующий Гунэис. Но я не могу… — начала Тара.
— Не смотря на ваше низкое происхождение, я принял решение советовать вас на должность Главы градозащитников Омакпайи, — перебил он.
«Глава градозащитников Омакпайи», — повторила Тара про себя. Но ведь эта должность занята… От дурного предчувствия сжалось сердце.
— Думаю, саор[20] Эллор Батис прислушается к моему мнению. Вы
