Игис Аморфус! — произнёс заклинание на демоническом языке Борец со злом. В его ладони тут же вырос яркий пунцово-золотой шар, который он немедля швырнул в ненасытную сумасшедшую стаю ворон. Пылающая сфера разорвалась, высвободив на волю сотни языков смертоносного пламени, изжигающего в пепел всё неживое и живое. Вороны бросились в жаркое облако огня, осыпавшись багровым пеплом на мокрую полёгшую траву. Охотник с облегчением вздохнул, отвязавшись от погони. Как только он спустился вновь к поселению, раздался тяжёлый набат грома, сопровождаемый сиренево-синими всплесками молний. Небо затянулось чёрными тучами. Вскоре полил сильный дождь, подгоняемый холодным северным ветром.
В Вилдфорте Охотника ждала угрюмая толпа стражников, несколько придворных дам и вельмож, прислуг. У барона Нумериса были красные опухшие глаза, и вся его фигура выражала отчаяние и усталость.
— Лорд, что здесь происходит? — с удивлением спросил Незнакомец.
— Она пропала, её больше нет, — твердил, словно в бреду, Нумерис, не поднимая печальных глаз.
— Кого нет? — непонимающе переспросил Охотник, приблизившись к барону.
— Нашей любимой маленькой девочки, нашей Джули, — ответил Нумерис, еле сдерживая слёзы.
Охотник потупил взор. В воздухе повисла напряжённая тишина. Только шум ливня был слышен вокруг.
— Я найду её, но сначала мне нужно кое о чём узнать, — пообещал Незнакомец. Нумерис медленно посмотрел обнадёженным взглядом на таинственного собеседника.
— Что угодно проси, я сделаю всё, ради нашей девочки.
— Доставьте в замок тех двоих стражников, что осматривали кладбище пару недель назад, — приказал Охотник. — Мне нужно с ними потолковать, — хмуро протянул он.
Все присутствовавшие были ошеломлены странным приказом Незнакомца, поэтому, молча, стояли, потупив взор.
— Ну, что встали, слышали приказ?! или вам нужно повторять, невежественные псы?! — пронёсся над толпой, как гром, басистый голос главнокомандующего Вилдфорта — капитана Вáгнера.
В этот момент стражники бросились на поиски, а вся оставшаяся знать направилась в замок.
— Закройте двери, — потребовал Охотник, усевшись за дубовый лакированный стол, — я скажу единожды и не желаю лишних ушей.
Нумерис одобрительно кивнул Вагнеру. Двери тут же были заперты.
— То, с чем вы имеете дело, поверьте, страшнее всякой чумы… не думайте, что я пытаюсь вас запугать, нет, я просто предупреждаю о скрытой опасности, затаившейся в ваших лесах, — начал свой жуткий рассказ Незнакомец.
— И что же там? — встревожено, спросил Нумерис.
— Да я бы и сам не прочь узнать, что там такое, — ответил с усмешкой собеседник, — единственное, что я могу сказать наверняка, так это то, что дело касается тёмной магии и не простой, типа всяких там проклятий и болезней, нет, дело обстоит куда хуже. Здесь явно не обошлось без очень могущественного колдуна или даже некроманта.
— Что же ты несёшь, чёрт побери? — возмутился Вагнер. — Какие колдуны, какая тёмная магия? Их давно уже истребили! — уверенно заявил он.
— Ты вправе мне не верить! Но ты глупец, коль навязываешь себе такие мысли. Никогда ничто в этом мире бесследно не исчезнет, какими бы их законами не пытались оградить и как бы ни старались уничтожить!
— На что же это ты намекаешь? — взволновался барон, ощущая, как по спине бежит лёгкая дрожь.
— Зло, что обосновалось в этих землях, возможно, что-то ищет и не остановиться, пока не найдёт. Доказательство тому — разорённые могилы на кладбище. Не исключено, что разорения снова повторяться, кто-то использует могущественное тёмное колдовство.
— Да прекрати ты уже запугивать нас! — буркнул Вагнер. — Ваше сиятельство, по-моему, он сумасшедший, по одной только одежде это видно. Мне кажется, он просто дурит нас! Учти, если ты дурачишь нас, я заколю тебя как свинью и даже глазом не моргну! — пригрозил капитан стражи.
— Помолчи, Вагнер! — недовольно посмотрев на главнокомандующего, сердито произнёс Нумерис.
В это время дверь в зал распахнулась и вошло четверо стражников.
— Вот, эти двое осматривали кладбище, — пояснил один из вошедших.
— Ваше сиятельство, для чего нас вызвали, мы же всё уже и так рассказали? — спросил стражник.
— На сей раз, вы будете это рассказывать мне, — спокойно прозвучал голос Незнакомца.
— Расскажите этому человеку, что вы видели на кладбищах неделю назад? — потребовал Нумерис.
— Да ничего особенного, кресты да надгробия, что же ещё… — отвечал стражник, избегая пронзительного взгляда Незнакомца.
— А было ли что странного в округе или необычного, — спросил Охотник не спуская глаз с допрашиваемых.
— Совершенно ничего, ветер с изморосью разве что, — вмешался в разговор второй мужчина.
— Странно, странно, — постукивая пальцами по столу, пробасил себе под нос Борец с нечестью.
— А чего вы так нервничаете, если вам нечего скрывать? — достав из-за пазухи серебряную монету, продолжал допрос Незнакомец. Видя, как нервничают допрашиваемые и отводят взгляд от монеты, он утверждался всё больше и больше в своих предположениях.
— Ответьте мне, — произнёс Борец с нечистью, медленно подступая к нервничающим стражникам и издевательски перебрасывая с пальца на палец монетку, — почему вороны, поедающие падаль, внезапно стали ненасытно поедать живое мясо?
— Я… я понятия не имею, о чём ты говоришь, — опешил стражник, пытаясь не смотреть на серебро.
— А вот мне кажется, ты врёшь, да и дружок твой тоже не чист! — не отставал Охотник.
— Нам нечего скрывать, — заявил уверенно второй стражник.
— Чтож, в таком случае, возьмите эту монету за причинённое вам беспокойство, — с коварной улыбкой на лице сказал Незнакомец, протягивая на раскрытой ладони кусочек серебра.
— Ваше сиятельство, ну это уже слишком! Что за цирк этот сумасшедший здесь устроил?! — возразил Вагнер, едва не краснея от гнева.
— Уймитесь капитан! А вы берите монетку, берите не стесняйтесь, — приказал барон. На лбах у допрашиваемых выступил пот, а глаза были беспокойны и метались из стороны в сторону, будто у загнанного зверя.
— Уж больно много в вас тревоги и страха перед простой монетой, — усмехнулся Охотник. После этих слов он, запустив руку за поясницу под плащ, вплотную подошёл к одному из напряжённых стражников и с ехидством произнёс:
— Я знаю, кто вы на самом деле, мерзкие твари. Нэгати Анима! — крикнул Незнакомец, швырнув в лицо одного стражника серебряную монету, а другого, полосонув по нагруднику большим серебряным кинжалом с полулунным лезвием. Охотник отпрыгнул в сторону встал в боевую стойку. Серебро, словно раскалённое масло, растопило глаз стражника. Раздался дикий рёв. После чего, все присутствующие познали истинное обличие лжестражников, от которых веяло могилой. Их лица оплетали полусгнившие чёрные мускулы, глаза мерцали устрашающим пурпурно-багряным светом, а с полуоткрытой клыкастой челюсти стекала вязкая тёмно-фиолетовая жижа. Нагрудники были расцарапаны когтями и запачканы кровью и глиной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
