— Я знаю, кто вы на самом деле, мерзкие твари. Нэгати Анима! — крикнул Незнакомец, швырнув в лицо одного стражника серебряную монету, а другого, полосонув по нагруднику большим серебряным кинжалом с полулунным лезвием. Охотник отпрыгнул в сторону встал в боевую стойку. Серебро, словно раскалённое масло, растопило глаз стражника. Раздался дикий рёв. После чего, все присутствующие познали истинное обличие лжестражников, от которых веяло могилой. Их лица оплетали полусгнившие чёрные мускулы, глаза мерцали устрашающим пурпурно-багряным светом, а с полуоткрытой клыкастой челюсти стекала вязкая тёмно-фиолетовая жижа. Нагрудники были расцарапаны когтями и запачканы кровью и глиной.
— Что это такое? — с омерзением вскричал Вагнер, обнажая двуручный меч. Все стражники последовали за ним. Лязг вынимаемой из ножен стали вызвал хрипящий надломленный смех у мертвяков.
— Кто вас послал сюда? — потребовал ответа Охотник, пристально наблюдая за движениями нечисти.
— Единственное что я тебе скажу, так это то, что твоя дорога на кладбище! — прорычал тяжёлым лязгающим хрипом мертвяк.
— Тогда мне придётся оборвать ваше ничтожное существование, — усмехнулся Охотник.
— Мы разорвём тебя на куски, прежде, чем ты взмахнёшь клинком! — разъярилась нечисть и бросилась в атаку. Незнакомец был спокоен и ожидал нападения, когда враг оказался достаточно близко, он вогнал оружие по рукоять прямо под сердце мерзкой твари, затем наручем сломал ей шею и с грохотом бросил на землю. Раздался хруст переломанных костей, а за ним дикий тяжёлый надломленный рык.
— Бросай оружие или я разорву его на части! — заявил угрожающе второй мертвяк, спрятавшись за спину стражника и впившись своими гнилыми обломанными когтями ему в плечи.
Лукаво-издевательская улыбка скользнула по лицу Охотника. Не мешкая, он медленно положил кинжал на пол, и тут же бросил серебряную монету прямо в лоб жуткой твари. Мертвяк, словно кипятком ошпаренный, оттолкнув стражника, отскочил к стене и пытался вытащить из черепа мучительное серебро. В этот момент, Борец с нечистью подскочил к чудовищу и кулаком пробил доспех, вмяв его в холодную вязкую плоть. Жуткий хриплый надорванный рев наполнил весь замок. Нежить смотрела презрительным взглядом на победителя и надменно дышала зловонием ему в лицо.
— Убей меня, — хрипло засмеялось чудовище, отхаркиваясь чёрной липкой кровью.
— Нет, — протянул издевательски Охотник, сдавливая пальцами тленные внутренности мертвяка.
— Прекрати! — рычал изнеможенно монстр.
— Кто ваш хозяин, немедленно отвечай?!
— Да пошёл ты, — мерзко улыбнулась нежить и плюнула своему мучителю в лицо.
— Тварь, — разозлился Незнакомец, выхватив из-за пояса второй полулунный кинжал и перерезав слабые мускулы шеи у мерзко улыбающейся головы. Чудовище рухнуло на пол и тут же истлело, оставив после себя лишь запачканные кровью доспехи и сырой чёрный песок. В это время очнувшийся второй мертвяк хотел наброситься на врага, но Борец с нечистью эффектно развернулся и вонзил в его гнилой череп своё смертоносное оружие. Вязкая тёмно-фиолетовая жидкость ошмётками вытекала из раны и неминуемо испарялась.
— Что это за чудовища? — в недоумении спросил Нумерис, чуть ли не побледнев от ужаса.
— Их зовут мертвяками — игрушки высших некромантов. Они останки, покойники, призванные в легион тьмы при помощи могущественной чёрной магии. Эти существа прокляты и питаются живой плотью, поглощая при этом и душу своей жертвы, становясь от этого сильнее, безумнее и ненасытнее, — пояснил Охотник, смахнув с кинжала прилипший влажный песок.
— У меня нет слов, — пробасил Вагнер, до сих пор не веря в произошедшее.
— Это всё ерунда, — очищая рукав и ворот плаща, ответил сухо Незнакомец, — если их хозяина не остановить, дальше будет ещё хуже.
— И что же ты намерен делать? — обратился к Незнакомцу с озадаченным лицом барон.
— Очищу эти места от зла и, как и обещал, верну вашу дочь — не оборачиваясь на голос, бросил в ответ Охотник, складывая клинки за пояс. Вскоре громыхание серебряной оковки сапог, эхом отлетавшее от каменных стен, становилось всё слабее и слабее, пока и вовсе не исчезло.
Глава 5
Земли Сноуглэйд, в прошлом Северная Тавриния, обитель свирепых северных ветров и угрюмых мрачных скал. Здесь горы со всей своей надменной суровостью и чёрствой чернотой камней, заснеженными вершинами взмывают в поднебесье, где властвуют безумные морозные ветры. Ледяные пики величественных хребтов Калькарóс горделиво вздымаются над скудной, заснеженной землёй. И среди этих мрачных хребтов, облачённые в снежные наряды, пышные тёмно-зелёные стены лесов создавали здесь непревзойденную красоту. Горбатые невзрачные холмы вечно прибывали то под коркой снега, то залитые дождевой водой. Таких холмов на юге было куда больше, поэтому там раскинулись опасные топи с кривыми, словно когти, деревьями. Но и на этих скудных землях иногда встречались поляны, усыпанные цветами, и светлые сосновые и лиственничные леса.
Штормовые воды мрачного океана Клинг с яростным грохотом разбиваются об изрезанные скалистые берега. Подобно этому когда-то разбилась о свою тиранию держава Фростов. Потомки обезумевшего Тавриона навсегда утратили власть над Фивисвэйлом, более того, они предпочли свободу и изгнание вассальной зависимости от Альвионии с их унизительным, для Тавринии мирным договором. Теперь великий имперский род медленно доживает до своего заката. Жизнь неспешно покидала север Сноуглэйд. Словно язвы на обожженном теле росли заброшенные промёрзшие бесплодные земли. Нищета хуже чумы калечила людские жизни, обрекая их на смертельный голод. А власти по-прежнему боролись за бесполезный бездушный кусок металла. Веками принадлежавшая Фростам монархия теперь разрушала государство. Из-за самодовольства и честолюбия сына Тавриона путь к Сноуглэйд стал навсегда для всех закрыт. Северяне отказались платить дань в казну предателей и мятежников, как они считали, и тем самым обрекли себя на медленную ужасную смерть.
И даже раскинувшаяся среди холмистых полей и мшистых скал, среди глубоких оврагов и отвесных утёсов, заросших тёмным ельником, близ холодного озера Тáллар, столица Сноуглэйд пожиралась нравственным, экономическим и культурным раздором изнутри. Старейший город Морнингфрóст с непревзойдённой красотой малахитово-чёрных пикообразных башен замка Фрóстборг был погружён во мрак неизбежного истребления. Хоть здесь и жил непоколебимый в своих убеждениях языческий народ, преданный древним канонам своих предков, крестьяне влачили нищенское существование. Клеверные поля, где некогда они пасли скот, пришли в упадок и заросли жёлтыми цветами львиного зева, голубыми глазками василька, плотной дерниной полыни и крапивы. Далее за этими полями на юг тянулись глухие хвойные леса. Незапамятные крепкие стены Морнингфроста дали волю трещинам, из которых тянулись змеи вьюнка с синими и алыми цветками. Основным занятием горожан было гранение алмазов, кузнечное и глиняное ремесло, изнурительный труд в железорудных шахтах, песчаных и глиняных карьерах, лесопилках. Кроме голода и чахотки, город разъедало социальное неравенство и давление со стороны господ. Даже стража возмущалась своим жалованьем и поэтому нередко оставляла свои посты, переходя в рекруты. Нередко из-за дождливого лета на улицах города царила слякоть, в провинциях гнил урожай, а поселения возле озера Таллар, были затоплены вышедшей из берегов водой. Но люди Сноуглэйд не смели отчаиваться и сдаваться, ведь кроме надежды на светлое будущее у них ничего не оставалось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
