трогая её, и кидало на лица окружающих синеватые отблески. Оно трещало так же, как обычное пламя, и, судя по всему, танцующим вокруг него женщинам было тепло.
Их руки были голыми, ноги — босыми, а волосы распущенными. На головах яркими пятнами мелькали венки из осенних листьев. Ни поясов, ни лент на них не было. Белые длинные сорочки без рукавов, и воздушные пелерины, спадающие с плеч. Женщины кружились в танце, ритмично поднимая и опуская руки, и что-то напевали. Тонкая воздушная ткань за их плечами повторяла движения, и, окрашенная в фиолетовый цвет от пламени костра, создавала необычную волнующую атмосферу.
Затаив дыхание, я следила за ритмичным танцем, и сердце рвалось туда, к ним. Сбросить бы тяжелые башмаки, тесные джинсы, дать босым ступням почувствовать свободу и мягкость зелёной ещё травы! Закружиться в танце, напевая гипнотизирующую мелодию, и обрести вот таких подруг.
Внезапно из пламени костра появилась высокая белая фигура и поплыла по поляне. Это же натуральный призрак! Седовласая старица, одетая точно так же, как и её жрицы, была выше их всех. В руках у неё был увитый растениями посох, сделанный из гибких ивовых прутьев. Белые волосы развевались во все стороны. Она плыла по часовой стрелке и делала странные движения руками.
Поворот головы, пронзительный взгляд фиолетовых глаз — и она уже смотрит прямо на меня. Сквозь разделяющие нас метры, стволы деревьев, мой страх — она увидела меня!
Внезапно сильно заболел центр лба. Страх пробрался в лёгкие, которые уже наполнились воздухом, чтобы закричать. Но из распахнутого рта не донеслось ни звука.
Я просто повернулась и изо всех ног бросилась назад. Сердце стучало в груди, заглушая мысли. Обернуться было страшно — если призрак старухи меня догоняет, то я кончусь прямо здесь, посреди чужого мне леса.
Через время я уловила движение сбоку и поняла, что рядом со мной широкими прыжками бежит Рыжик. Вот у кого даже дыхание не сбилось!
Спустя долгие минуты оглянулась и увидела, что за мной никто не гонится. Можно остановиться и выдохнуть, собравшись с мыслями. Рыжик остановился рядом. Даже язык не высунул, псина! А у меня закололо в боках и от страха подгибались коленки.
Что я такое увидела? Это была… магия?
Подняв голову вверх, я увидела полную Луну, которая спокойно висела над лесом и с насмешкой взирала на меня.
— Рыжик, ты бессовестный! Ты куда меня привёл? — с упрёком сказала я, слегка щёлкнув его по уху. Лису не понравилось.
Он отскочил с тропы и поплёлся в лес.
— Эй, погоди! Ты что, меня бросаешь? — закричала я и вдруг ощутила, что не знаю, где я.
Остановившись, Рыжик повернул ко мне умную морду и даже, как мне вдруг показалось, вздохнул. Потом подошёл к какому-то дереву и начал лизать ствол. Что он там нашёл?
Приблизившись, я потрогала место, которое его заинтересовало, но ничего интересного не нашла. Просто кусок стрелы, воткнувшейся в дерево. Хм. Стрела? У них тут вовсю используют лук и стрелы?
Но Рыжик уже отвернулся и вновь засеменил по лесу. Спустя каких-то пять минут я увидела заветную тропинку, а в конце её — сам замок.
— Спасибо! — искренне поблагодарила я. — Приходи ко мне ещё, я вынесу тебе что-нибудь вкусненькое!
Но лис уже меня не слушал, скрывшись в чаще леса. Остаток пути до замка я проделала одна.
Когда вошла в кухню с чёрного входа, то меня окутал пряный запах мясной похлёбки и свежевыпеченного хлеба. А ещё пахло чем-то таким домашним… знакомым… жареная курица!
О Боже, курочка! Рот мгновенно наполнился слюной и я поняла, что жутко голодна.
— Куда пошла?! — окрикнула меня Сибилла, которая деловито резала что-то пряно пахнущее в деревянной миске. Я подошла к ней и заглянула через плечо — квашеная капуста! Я попала в рай!
— Я есть хочу, — жалобно проблеяла я и, сделав шаг назад, вдруг подпрыгнула и заорала от боли.
Огненный противень, стоявший на самом краю у печи, обжег мне локоть и всю заднюю часть предплечья.
— Чёрт, чё-ёрт, чё-ё-ё-ё-ёрт, — запрыгала я, всхлипывая от боли. — Ну кто ставит противень на проходе!
К запаху жареной курочки прибавилась жареная Женя.
— Это ты смотри, куда идёшь! — прикрикнула на меня Сибилла и с ворчанием захлопотала. Схватила меня за руку, подвела к мойке и полила холодной водой на обожжённые места.
— Хэл, принеси мёда из кладовки! — скомандовала она рыжему детине, и он с невиданной прытью помчался в тёплую кладовую.
— Зато узнаешь, что мёд нужен не для того, чтобы им лакомиться, — недовольно отчитывала меня Сибилла. — Как так можно! Тебя хоть привязывай!
Увидев на моих глазах слёзы, притихла:
— Ладно, чего уж. Не реви! Тебя лорд просил подняться к нему, когда ты вернёшься. Наверное, твоё густое молоко ему понравилось.
А вот это была хорошая новость. Хэл принёс мёд, и Сибилла ловкими движениями принялась накладывать его на ожог, что-то тихонько шепча.
— Что ты шепчешь? — спросила я, вспомнив, как в самый первый день она тоже что-то делала над сконами и шептала.
— Как что? Молитву, чтобы быстрее зажило, — ответила она и посмотрела на меня ясными глазами. Врёт.
— А, ну спасибо, а то показалось… — улыбнулась я так, чтобы она тоже поняла, что я вру. — Не важно!
Боль вскоре отступила. Вся перемазанная мёдом, как истинная Сладкая девочка, я пошла к лестнице, чтобы предстать перед хозяином замка.
Глава 7. Не падать с лестниц!
Роб (язык не поворачивался называть его лордом) сидел не в кабинете. Пришлось обойти весь второй этаж, чтобы выяснить, что девять из тринадцати комнат закрыты. И кабинет в их числе. Я обнаружила четыре незапертые спальни — и одна из них сильно роскошнее, чем три другие. Почему-то подумалось, что она отведена леди Бри.
Я спустилась на первый этаж и в общей зале нашла мирно беседующих лорда и леди. Перед ними стоял поднос с керамическим заварным чайничком и двумя чашечками. В креманке отливала аппетитным золотистым светом моя сгущёнка. На секунду стало обидно — лопают мою прелесть, и мне, небось, ничего уже не осталось!
Леди Бри подняла свою изящную головку и окинула меня внимательным взглядом. И я сразу как-то внезапно ощутила, как жалко я выгляжу со стороны. Взлохмаченные волосы, растрёпанные под платком, красный ожог на руке, простое серое платье и затравленный вид.
Сама
