этого поотвык. И первым выводом опроверг распространённое утверждение мамкиных бизнесменов, обычно начинавшееся со слов «вот в 90-е на безрыбье, я бы дал бизнесу просраться и взлетел в космос, как Юрий Гагарин».
«Да вот ни хрена такие гуси не взлетают. Не так по крайней мере все просто, как на первый взгляд видится».
Забуксовал Сивый не от того, что у него притупилась смекалка или хватка ослабла, но из-за того, что как бизнесмен он немножечко обмяк, расслабился. «Мышцы» предпринимательские у Сивого позакислились.
Разбаловали предпринимателей сытые 10-е — хочешь рассрочку бери, хочешь субсидию получай, хочешь лизинг или грант оформляй. Тут набор имелся несколько другой — получить можно было паяльник в задницу вместо гранта, а вместо рассрочки на счётчик встать. Своя специфика.
К подзабытым особенностям придётся заново привыкать. Потому Борис Дмитриевич все утро сидел за кухонным столом и размышлял. Чай в чашке давно остыл, на внучка косилась бабуля, то и дело заглядывающая на кухню. Беспокоилась Тамара Семёновна за внука, что непутёвый вырастит и на неправильную дорожку встанет.
«Не представляю, если она узнает, что из института меня отчислили, а из Союза писателей выперли под жопу мешалкой на стадии подачи заявления».
Сивый помешал чай в чашке, наблюдая за плавающими в воронке чаинками. Можно ещё долго размышлять, но ясно одно — для старта требуется в наличие стартовый капитал.
«Бабки мне нужны, вот что», — заключил Борис. — «Тогда и любая тягость воспримется прозаичней».
Ладно с писателями понятно, допустим — по первой можно без оплаты в тираж пустить, хоть кого. Но где брать финансы на печать, на логистику — с этим чуточку сложнее. Думать надо. Нет здесь ни фирм транспортных, ни кредитных организаций. Где взять бабки за неимением рассрочек, ссуд, субсидий и прочих — в этом как раз главный затык нарисовывается. К бандитам пойти за займом, так с ними ещё успеется, когда дело на ноги встанет. Сами придут. Сунуться к подпольщикам и бывшим спекулянтам, но эти такой процент задерут, рожи ушлые, что даже любой бандитский счётчик покажется невинной шалостью.
«Можно вон крестик в ломбард сдать», — Сивый взглянул на свой нательный золотой крестик. — «Скопытился я в нем на юбилее, не помог, так и на фига нужен».
Правда ломбардов в городке не найдёшь, да и крестик весил от силы грамм или полтора — не разживешься.
Неизвестно сколько бы продлились посиделки, но на помощь Сивому пришла Тамара Семёновна:
— Боря, иди ка ты в макулатуру книги сдай, — попросила она. — У нас не хватает денег заплатить за коммуналку, а ты все равно ничего не делаешь.
— Че надо сдавать, ба? — нехотя откликнулся Боря, который бизнес думал открыть, а тут бумажки заставляют в переработку относить.
— Ну вон, целая гора стоит, захламляет, выбросить жалко, а в макулатуру сдать — самое то. Лишняя копейка не убудет.
Сивый прошёл в зал, где за бабушкиной кроватью и под ней оказалось напхано книг. Тут тебе и Лермонтова полное собрание сочинений и Пушкина «лучшее» на четыре увесистые книги, тоже четырёхтомник «Тихий Дон» Шолохова. Книжки во вполне приличном состоянии, кстати. Видно, что не засчитывали до дыр, а приобретались потому что «надо» и потому что «все так делают», а неприлично быть не таким как все.
Верхнюю книжку Сивый взял, повертел покрутил в руках — первый томик «Тихого Дона» Шолохова. Изданию всего пару лет, бумага белая, офсет граммов 80 на вскидку. На обложке — тиснение и фольга. Тираж — 100 000 штук. Допечатка причём.
«И сколько такое добро стоит, интересно?».
Сивый глянул на задник — в выходных данных указывалась цена: 4 рубля 25 копеек.
Ну и Бориса Дмитриевича осенило. Глядя на ряды книжек стало понятно с чего своё дело начинать.
«Мне надо поставить книжную точку, бляха муха!», — понял он и заключил. — «Бизнес без вложений наклевывается».
Как открыть точку предпринимателю — это сейчас надо пройти семь кругов ада. Разрешения в инспекциях брать, пороги администрации околачивать, счёт открывать в банке и бухгалтерскую отчётность вести. А в 1991 году в этом плане куда проще — взял простыню, взял раскладушку, приметил людное место и разложился со своим барахлом. Ну а там — прет или не прет.
«Вот и преимущества оказывается обнаруживаются».
Книги Сивый пересчитал — 49 штучек. Если каждую по дишману двинуть олигархом не стать и книжную империю не построить. Но денег будет поболя, чем в макулатуру сбагрить. Один знакомый Бориса Дмитриевича, нынешний олигарх из элиты, вон тоже заработал первый миллион, когда джинсами на базаре приторговывал. Зато деньги на кармане появятся. Для старта самое оно то.
«Ну а там уже решим как заходить в бизнес», — подвёл итог Сивый.
Главное понаглее, открывая с ноги дверь, благо ниша непаханная.
«И побыстрее желательно ногами шевелить», — Борис Дмитриевич припомнил, что как как раз в это время начнут появляться первые крупные российские издательства. Коммерческие в смысле.
— Ба, а где твоя тележка, с которой ты на рынок с овощами ходишь? — спросил Сивый у Тамары Семёновны.
— В коридоре стоит, — откликнулась старуха.
Боря нашёл тележку, приволок. Порылся в шкафу и приметил старенькую занавеску. Припомнил как ходил с ней на пруд и использовал вместо рыбацкой сети, улыбнулся. Расстелил занавеску на полу, книги аккуратно разложил двумя стопками и упаковал, погрузив на тележку.
Потом минут пять усердно макушку чесал — думал как с раскладушкой быть. Не станешь же книги на землю складывать, нужен какой никакой прилавок для солидности. По итогу аккуратненько свернул постель в рулон, раскладушку сложил и кое-как присобачил на телегу. вот тебе и лоток книжный вырисовывается.
Осмотрел получившуюся конструкцию, понимая, что все эти приблуды придётся тащить на своём горбу. Ни Яндекс тебе доставки, ни Грузовичкова, ни хрена ещё нет. И появятся ой как нескоро.
— Ты куда раскладушку потащил, внук? — в проходе выросла бабуля с выпученными глазами. — На металлолом сдавать? А спать на чем…
— Не ба, я теперь у тебя предприниматель, точку первую ставлю, — объяснил Сивый. — Прилавок нужен для такого дела. Раскладушка как раз подойдёт.
— Ох Борька не тем ты занимаешься, не любят у нас в стране спекулянтов, — запричитала старуха. — Ты бы лучше стихи свои писал, да к Вениамину Бенедиктовичу прислушивался, он плохо точно не посоветует — человек уважаемый.
— Прислушаюсь, ба, обязательно, — Боря взял телегу и покатил к выходу.
— Кстати, как в институте у тебя дела? Как сессия идёт?
— Дела идут, ба.
Сивый не хотел поднимать тему института, поэтому прошмыгнул мимо бабули со своим тюком и вышел из комнаты.
— Ленин растёт, —
