визгливого команде «голос» (хотя, возможно, щенок просто его облаял). Я же схитрил, смастерив из носового платка и пары каких-то ненужных бланков подобие мячика. Щенок с радостью приносил мне его, даже если я не произносил команду «неси».
— Ловко, — произнёс Шен, одобрительно вкинув бровь и кивая.
— Просто я настолько хорош, что мне даже произносить ничего не приходится. Силы мысли достаточно, чтобы щенок меня слушался.
Руби, услышав это, рассмеялась, и я подмигнул ей. Было в этой девчонке что-то располагающее и милое. И честно говоря, я уже даже забыл, что на ней, как и на мне висел чёрный браслет, а значит, она преступница, до сих пор не рассказавшая, в чём её обвиняли.
— А где Агата? — спросил Шен, ища взглядом вторую девчонку из нашей команды. И когда нашёл, возмутился: — Что она вообще себе думает? Мы же из-за неё проиграем!
Черноволосая Агата стояла в соседнем вольере и как ни в чём не бывало горделиво поглаживала кошек.
— Нам конец, — шёпотом произнёс я.
Она даже не пыталась что-либо приказывать своей подопечной. И когда к ним подошёл тренер, мы вчетвером замерли, во все глаза уставившись сквозь сетчатый забор.
— Показывайте, — произнёс тренер.
Она посмотрела на него исподлобья и наконец прекратила гладить кошек, выпрямилась. Сначала мы подумали, что она сдалась, потому что ни команды, ни какого-любого другого слова девчонка так и не вымолвила. Испытывая терпение тренера, она просто стояла, блаженно прищурив глаза от солнца, и молчала.
И когда мы уже совсем отчаялись, кошка, которую она гладила, поднялась с места, села рядом. Тогда девочка махнула рукой в сторону, пушистая побежала в заданном направлении и начала что-то искать в траве. Затем девочка опять махнула рукой, подзывая питомца к себе, и та побежала назад, неся в зубах мышонка.
— Настоящая менталистка… — заворожено произнесла Руби. — Меня тоже животные неплохо слушаются, но чтобы заставить кошку что-то сделать…
Мы все только развели руками. Дар горделивой девчонки с косичками был очевиден, и благодаря ему она принесла команде немалое количество баллов. Видимо, великий рандом всё-таки оказался благосклонен при формировании команды.
Когда дело дошло до четвёртого испытания, мой оптимизм поутих. Да и не только мой, все члены команды казались подавленными, потому что никто не знал, что делать.
Мы стояли на расстоянии метра от персональных столиков. На каждом находилось по два стакана: один пустой, второй наполовину заполненный водой. Больше всего я надеялся, что это будет философское испытание, где нам предложат решить, стакан наполовину пуст или полон. Но иллюзии разбились, когда тренер заговорил.
— Ваша задача сделать так, чтобы вода из одного стакана попала в другой. Естественно, вам касаться стакана напрямую нельзя. Это испытание универсально и к нему вы можете подойти, применив смекалку и любую из своих способностей. На всё вам даётся также полчаса времени. Экспериментируйте, проявляйте фантазию.
— А использовать какие-то предметы можно? — уточнил Шен.
— Только то, что вы видите перед собой и то, что сейчас на вас. Выходить за зону испытания нельзя. Дерзайте.
И он засёк время, а мы замерли в полном недоумении.
— Что будем делать? — спросила Руби и испуганно заглянула мне прямо в глаза. — Это испытание мы точно завалим, если среди нас тут не затесался специалист Печати Потока.
Все растерянно переглянулись, и я попытался взять ситуацию под контроль. Упаднические настроения никому ещё не помогли выиграть.
— Давайте подумаем, — начал я, ещё не зная, что именно буду говорить. — У Шена точно Печать Тела и способность изменять форму тела. Ты… — обратился к здоровяку.
— Терр Тотош, — он протянул руку, которую я тут же пожал.
— Терр у нас принадлежит к Печати Силы, мы все видели его результаты на тренажёрах. Руби… — я задумался. — Возможно, тоже принадлежит к Печати Тела, как Шен.
— С чего ты взял?
Я вспомнил необычное свечение, когда она тянулась к очередной балке турника или прыгала на длинное расстояние, но пояснять не стал.
— Есть некоторые соображения, но ими поделюсь позже. Может, это неосновная твоя специализация, ты отлично управилась со щенками и ещё имеешь шанс проявить себя как специалист Разума. — Я перевёл взгляд на темноволосую девчонку. — Агата у нас точно с Печатью Разума.
— Ну кто-то же должен, — пожала плечами она, и все рассмеялись.
— Ты молодец. Так подчинить себе кошку! И подача эффектная получилась.
— Я ещё и мышь услышала, — пояснила она, гордо вздёрнув нос. — И приказала ей не сопротивляться.
— Умница, — чистосердечно похвалил я. — Теперь давайте прикинем шансы, если среди нас есть хоть один специалист Потока, он сможет перелить воду в каждом стакане, и мы пройдём испытание. Скорее всего, в этом случае личных баллов не заработаем, но командные точно получим.
— Здорово! — обрадовался Шен. — Начинай! Двигай воду, ты точно из Потока, у тебя никаких других талантов пока не видно.
В самую точку попал, гадёныш. По живому режет. Единственный шанс не вылететь отсюда — это найти в себе зачатки хоть какого-то дара. Оставалось надеяться, что прежний владелец тела мне хоть что-нибудь оставил. Отвлекая внимание от себя, произнёс:
— Вы тоже пробуйте, у кого-то может и побочный дар открыться. Ну или проявите смекалку и сделайте хоть что-то.
Все занялись своими стаканами. Руби опять вся раскраснелась: она напряжённо посылала сигналы воде, выкидывала вперёд руки, потешно ругалась, отдавая приказы, сурово таращилась и зажимала пальцами виски. Шен вытягивался в длину, оплетая ножки столика, в попытках не расплескать содержимое и сдвинуть один к другому. Здоровяк пытался рассчитать силу и точность, нанося точечные удары по дну столика. Если я правильно понял его задумку, он хотел выбить воду из одного стакана, чтобы она попала в другой.
Но объективные шансы были пока только у Агаты, которая приманила кошку из вольера и пыталась заставить её правильным образом опрокинуть стакан. Но у кошки были лапки, и всё, что она делала, это тёрлась обо всё подряд.
— Давай же, гадина, — не выдержал я, когда очередная попытка пробудить в себе телекинез не принесла плодов.
По примеру Руби вскинул руки, направляя на столик, и, сосредоточившись на содержимом, всячески пыжился в надежде, что что-нибудь обязательно получится. Но время неумолимо ускользало, а воз был и ныне там.
— Кажется, дело дрянь… — прошептала Руби, но тренер всё равно услышал её
