Отслужили вечерню, которую пропели много голосов довольно сносно, хотя и разнили немало; лучше всех поет жена катихизатора Макария Наказава Евдокия. После поучения, собственно из объяснения первых трех прошений молитвы Господней, говорено было о необходимости учреждения здесь мужского и женского «коогиквай», ибо взрослых мужчин здесь 15, женщин 10 — и учредили, назначив «коогися» для первых собраний, мужского и женского.
28 мая/9 июня 1893. Пятница.
Мацукава. На обратном пути — Ициносеки. Ночлег в Семине.
Утром посетили христиан Церкви Мацукава: были в четырех домах в Акасаки; это селение на горе только и состоит из сих четырех домов; два из них зажиточные, два бедные; потом видели в городе пять домов — все богатые сравнительно; все христиане здешние и домовладельцы; в шестом доме не были, — там христианин — младший в доме, и отец не любит христианства. В некоторых домах иконы очень закопчены; сказал о. Катакура, чтобы дал новые, а хозяевам, чтобы держали иконы за стеклом.
Христианство здесь началось от Иоанна Сасаки, что в Исиномаки; он родной брат здешнего старшего ныне христианина Феодора Исибая, и пошел приемышем отсюда в Исиномаки; по его внушению призван был сюда катихизатор тогда — Никита Мори, который и посеял первые семена христианства Наказал я, чтобы составил записку о начале здесь христианства и чтобы Макарий список сей принес мне, когда придет на Собор.
Здесь кончился обзор прихода о. Иоанна Катакура. Не совсем удовлетворителен о. Иоанн как священник, не развернул еще крылья (да и развернет ли?); мог бы лучше наставлять катихизаторов и христиан; разум есть: говорит, внушает, советует дельно, когда примется за это, но не всегда принимается, когда нужно; не вошел в свою должность, душой не привязался к своему делу. Все это поставил ему на вид в тихой дружеской беседе. Хотел он ныне оставить свою Церковь и идти ухаживать за больным племянником (сыном покойного о. Павла Таде; тоже чахоточный) в Сендае, сказал ему, что за племянником есть кому ухаживать — он на руках матери; пусть побудет в Сендае два–три дня, сделает распоряжения, повидается и потом вернется к своим Церквам и вновь посетит их, начиная с Иваядо (кроме побережных, на которые недостанет времени до Собора).
Из Мацукава переправились в Ициносеки, 4 1/2 ри. Думали проехать ни с кем не видавшись: братья увидели и прежде, чем мы доехали до станции железной дороги; Моисей Ямада из Яманоме и Циба из Ициносеки уже ждали нас здесь; потом собралось немало других. С поездом в четыре пятьдесят мы с о. Катакура уехали до Семине. Здесь, на станции, нашли о. Иова Мидзуяма, катихизатора Павла Цуда и двое христиан; звали они тотчас ехать в Санума; но дотуда 5 ри, а было шесть часов, притом же, переходя из прихода одного священника в приход другого, нужно собраться с мыслями, нужно еще окончательно поговорить с одним, о многом расспросить другого; ввиду всего этого я предпочел провести вечер с оо. Катакура и Мидзуяма и переночевать в Семине; Цуда же и другие отправились в Санума и Такасимидзу к ожидавшим христианам.
На станции Семине получил от Павла Цуда письма ко мне из Токио: о. Сергий Страгородский окончательно попрощался письмом, уехал в прошлое воскресенье, 4–го июня нового стиля; о. Сергий Глебов пишет, что его проводили с полной любовью; прислал также о. Глебов расписание экзаменов, — начинают с 26 июля, но так рано я не могу вернуться в Токио.
29 мая/10 июня 1893. Суббота. Санума.
Утром в Семине, простившись с о. Иоанном Катакура, отправился с о. Иовом Мидзуяма в его приход. Первою Церковью, в которую направились, была старая Церковь города Санума. 5 ри от Семине, куда и прибыли в девятом часу утра. Немало христиан встретило с катихизатором Павлом Цуда во главе на дороге и в Церкви; однако ж и немного, ибо день работный, притом же вчера весь день ждали, и многие выходили навстречу. Отслужили обедницу, которую пели человек пять певчих, совсем правильно по нотам. После поучения спустились вниз, в комнату, чтобы рассмотреть метрику. Но здесь на это потребовалось немало времени; до полудня не кончили; после обеда о. Иов и Павел Цуда отправились совершить погребение умершего отрока; по возвращении опять занялись метрикой и тогда кончили. По метрике крещеных здесь 488, из них ныне в других местах 144, умерли 111, охладели 18, налицо ныне 245.
В Церкви бывает в субботу и воскресенье 20–30. Мужского религиозного собрания никакого нет; женское есть; собираются в третье воскресенье месяца в церковном доме женщин 30; но «кооги» говорят только девочки или молодые, и говорят плохо, по отзыву о. Иова.
Здесь построен большой церковный дом с Церковью на втором этаже и многими комнатами внизу. Стоит он на арендуемой у язычника земле — 430 цубо; арендована она на пятьдесят лет; ныне прошло шестнадцать лет срока. Платится за нее 2 ены в месяц. Деньги сии — процент со 100 ен, собранных христианками; имеет сии деньги на процентах Даниил Хонда; но 100 ен вручены посредством «мудзин», так что дано собственно больше 200 ен, оттого и процентов в год 24 ены. Христианки и еще имеют накопленных 46 ен; это они собирают у себя по домам, имея домашние кружки, в которые опускают ежедневно, начиная с двух рин. Церковный дом обошелся здесь в постройке от четырех до пяти тысяч ен по неуменью плотников строить здание иностранной архитектуры; построен он, когда процветало здесь общество христианское «Кооцууся», потом обанкротившееся (ибо Исайя Камогава проиграл капитал на рисовой бирже). От общества на постройку дано было ен 1200, и христиане собрали с себя ен 3000. Ныне на ремонт только этого церковного здания идет в год ен 50, которые христиане собирают с себя экстренным пожертвованием (риндзи).
Обещались христиане давать здесь священнику Иову Мидзуяма, служащему по преимуществу здесь и в Исиномаки, 15 ен в месяц, но едва дают ему 1 ену; и сия собирается с трудом. Способ сбора на священника такой: три христианина разделили между собой христианские дома — всех до 50, завели «каёй–чёо» и обходят с ними ежемесячно христиан, прося пожертвований на содержание священника. Но это беспрерывное клянчанье надоело, наконец, христианам, так что почти никто не дает; надоело оно и собирателям; все книжки для пожертвований (каёй–чёо) в конце концов оказались на руках у Афонасия Юза, по–видимому, самого неутомимого, который и показывал мне их, жалуясь, что и ему стало невмоготу постоянно приставать к христианам, и указывал на малоплодовитость этого способа, ибо по сведении итогов никак не выходит средним числом больше 1 ены в месяц. — Что делать? Как найти средства содержать священника? Я предложил старшинам последовать примеру Хакодате: не мучить беспрерывно христиан, а делать раз в год, на Пасхальной неделе общее собрание, и на нем раз же в год делать большое пожертвование — не меньше 100 ен со всех; так в несколько лет составится большая сумма, на которую купить землю и доходом с нее содержать священника; обещал даже, если они примут эту меру и будут в Миссию ежегодно присылать для хранения (на процентах в банке) не меньше 100 ен в составление капитала, взять пока содержание священника на счет Миссии. Завтра они дадут окончательный ответ.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
