процесс реконструкции. Я разбил его на пять шагов:
1) применить принцип доверия;
2) найти итоговый вывод (и написать его в конце);
3) найти эксплицитные предпосылки (и записать их по порядку в начале);
4) найти имплицитные предпосылки (и вписать их в нужные места);
5) обнаружить среди предпосылок связанные и независимые.
1. Применяем принцип доверия
Главное, о чем следует помнить при реконструкции аргумента, – это необходимость сохранять непредвзятость и не допускать вмешательства собственных чувств, убеждений или опыта. А именно следует исходить из того, что автор аргумента:
• говорит правду, а не пытается нас обмануть;
• достаточно информирован, чтобы рассуждать о предмете со знанием дела;
• излагает все последовательно и логично.
Иными словами, реконструируя чужой аргумент, мы по умолчанию относимся к точке зрения его автора позитивно. Философы называют этот подход принципом доверия[6]{39}.
Принцип доверия требует исходить из предпосылки, что другой человек говорит правду и мыслит логически, то есть, соответственно, его аргумент можно реконструировать как максимально осмысленный. Почему мы должны следовать данному принципу? Вовсе не потому, что нужно быть снисходительным к людям. Если мы хотим подвергнуть чужую точку зрения максимально тщательному анализу, то должны прежде всего понять, как выглядит ее наиболее убедительный вариант. Только при этом условии можно будет далее выдвинуть действительно веский аргумент в поддержку другой точки зрения или с уверенностью признать, что у нас есть все основания согласиться с чужим аргументом. Допустим, приятельница обращается ко мне со следующим заявлением.
Иногда это трудно. ОЧЕНЬ трудно!
Я видела последние отчеты компании, в которой ты работаешь, и они меня насторожили. Продажи упали, прибыль самая маленькая за последние пять лет. Боюсь, премия в этом году тебе не светит.
Я могу отреагировать на это по-разному.
1. Я тебе не верю, ты просто хочешь потрепать мне нервы. Никак не простишь мне то досадное происшествие во время поездки в Латвию.
Или:
2. Ты сама не знаешь, о чем говоришь. Думаешь, премии зависят исключительно от продаж и прибыли? Чушь какая!
Возможен и такой вариант:
3. Вот как… Ты видела отчеты, а там зафиксированы спад продаж и низкие прибыли. Это действительно может означать, что в этом году я останусь без премии. Судя по всему, мне не стоит ничего планировать в расчете на премию.
Реакция 1 – «Я тебе не верю, ты просто хочешь потрепать мне нервы» – предопределена предубеждением{40}. Я решил не принимать аргумент всерьез, даже не потрудившись обдумать приведенное свидетельство.
В реакции 2 – «Думаешь, что премии зависят исключительно от продаж и прибыли?» – я приписываю своей знакомой собственные мысли. Она в действительности этого не утверждала. Я сам ввел это заявление в качестве «соломенного чучела», или подмены тезиса{41}, чтобы легче было отмахнуться от ее мнения. Весьма соблазнительный вариант, когда мы не согласны с другими, но при этом упускаем возможность чему-то у них научиться или отреагировать наилучшим образом (у чучела конец один – его сожгут).
Наконец, реакция 3 – «Судя по всему, мне не стоит ничего планировать в расчете на премию» – свидетельствует о максимальном доверии при интерпретации аргумента. Предполагается, что приятельница говорит правду, рассуждает рационально и хорошо информирована. Из трех рассмотренных вариантов отклика именно этот продуктивен: он позволяет наилучшим образом воспользоваться потенциально полезной информацией и избежать потенциально опасного развития событий.
В реальности сложные аргументы почти всегда имеют как слабые, так и сильные стороны. Зачастую люди, не согласные друг с другом, нападают на самые уязвимые моменты аргументации оппонента, стремясь к легкой победе. Однако такая атака едва ли изменит точку зрения автора аргумента или любого его сторонника.
Если мы искренне хотим понять мысль другого человека, то должны рассматривать самую сильную версию его аргумента. Воюя с «соломенными чучелами» или цепляясь к узким местам, мы лишь укрепим имеющиеся убеждения, а сами останемся с сомнительной аргументацией.
Обучение с умом: почему к чужим аргументам нужно относиться с доверием?
Мысль о том, что точка зрения другого человека требует максимального доверия, может показаться странной, особенно если вы считаете, что он ошибается. Тем не менее это совершенно необходимо по трем причинам.
1. Если изначально вы исходите из того, что другой человек заслуживает доверия, хорошо информирован и рассуждает рационально, то не отмахнетесь от его мнения лишь из предубеждения.
2. Понять чужой аргумент в его самой сильной форме – это лучший способ наиболее тщательно его проанализировать и извлечь из него максимум пользы.
3. Если вы хотите выдвинуть наиболее веское возражение против чужого аргумента или изменить точку зрения другого человека, то должны понять наиболее убедительные стороны того, что утверждают он и его сторонники, вместо того чтобы опровергать самые уязвимые моменты их позиции.
2. Находим итоговый вывод
При реконструкции аргумента мы почти всегда начинаем с конца – с поиска итогового вывода. Почему? Во-первых, потому, что обнаружение вывода зачастую становится наиболее важным показателем того, что аргумент в принципе был выдвинут. Во-вторых, независимо от количества предпосылок или длины логической цепочки у любого аргумента есть лишь один итоговый вывод. Когда он найден, можно безошибочно проследить ведущую к нему цепь умозаключений.
Умение правильно идентифицировать вывод – это результат внимательного чтения и определенного навыка, а не точное знание; однако мы облегчим его поиск, задавшись несколькими вопросами общего характера.
• Что автор в конечном счете стремится доказать?
• Какой посыл вы, по его замыслу, должны получить из текста?
• Были ли предложены итоговое решение, вердикт или рекомендация?
• Был ли повторен или подчеркнут какой-либо момент?
Проанализируйте следующие аргументы и подчеркните итоговый вывод.
1. Я люблю пироги. Мой друг Боб устраивает конкурс по поеданию пирогов. Я их обожаю, а значит, получу огромное удовольствие от участия в конкурсе.
2. Если бы во Вселенной обитали разумные инопланетяне, то к настоящему моменту они уже отправили бы нам вразумительное сообщение в какой-либо форме. Поскольку мы никаких сообщений не получали, то инопланетного разума не существует.
3. Бессонницу чрезвычайно трудно лечить. Имеются свидетельства, что когнитивно-поведенческая терапия (КПТ) может повысить качество сна больных. Следует внимательно следить за опытами применения КПТ в отношении бессонницы, не забывая о том, что любые способы лечения этого тяжелого состояния заслуживают пристального внимания.
В первом примере вывод делается в конце: «получу огромное удовольствие от участия в конкурсе по поеданию пирогов, который устраивает мой друг». Во втором – также в конце: «инопланетного разума не существует». В третьем примере итоговый вывод находится в первой части последнего предложения – «Следует внимательно следить за опытами применения КПТ в отношении бессонницы», –
