„Черные“ евреи — предмет острых дискуссий на страницах прессы, по радио и телевидению. Причины их бедственного положения требовали какого-то объяснения, и официальная пропаганда нашла его в культурном разрыве. Но ведь прошло уже более 25 лет, как прибыли в Израиль первые иммигранты из Азии и Африки, и, казалось бы, их дети могли в своем государстве наверстать за это время то, что было упущено их родителями, чего те были лишены в условиях колониального гнета. Тем более, как пишет рекламный справочник „Факты и цифры об Израиле“, „интересы национальной культуры были одним из главных доводов в пользу движения „возвращения в Сион“. Устами своего философа Ахад Гаама, „духовный сионизм“ утверждает, что творческие способности еврейского народа проявятся в полной мере лишь тогда, когда евреи будут иметь свою родину, свой язык и станут хозяевами своей судьбы“ (Иерусалим, 1977, с. 93).
Как эти патетические прокламации выглядят на практике, видно из материалов состоявшегося в феврале 1981 года XIX съезда Коммунистической партии Израиля. Съезд принял специальную резолюцию „Общинная дискриминация и ее классовые корни“. В ней подчеркивается обострение социальной поляризации населения Израиля, продолжающийся процесс расширения и углубления нищеты, и в первую очередь среди выходцев из стран Азии и Африки. Они составляют подавляющее число бедняков, у них самая низкая заработная плата, они проживают в кварталах нищеты в нечеловеческих условиях.
Дискриминация выходцев из восточных общин, подчеркивается в резолюции, осуществляется во всех областях жизни, в том числе в области просвещения, куль- | туры, литературы, обычаев.
В 1977/78 учебном году выходцы из стран Азии и Африки, составляющие более половины населения Израиля, в начальных школах были представлены 56 процентами учащихся, в средних — 39 процентами, а в высших — всего 17 процентами студентов. Чтобы увековечить дискриминацию восточных общин, власти ввели даже специальную форму образования — для „нуждающихся в попечении“ с особой программой обучения на более низком уровне.
Из-за нищенской жизни и общинной дискриминации, продолжающихся на протяжении второго и третьего поколения, молодежь восточных общин скатывается к правонарушениям. 90 процентов израильской молодежи, находящейся под надзором полиции, — выходцы из восточных общин.
В. ШПОЛЯНСКИЙ:
„…Сегодня наибольший процент обездоленных составляют „черные“ евреи. На их долю приходится также наибольший процент преступников и наркоманов. Проститутки Аркояна и дорог Израиля — в основном дети „Магриба“. Солдаты „армии обороны Израиля“ — это, в основном, их дети…
Я уже упоминал о поселке „Га-Тиква“ — „Надежда“. Он входит в зону Тель-Авива, и журналисты называют его бельмом на глазу города. Я бы назвал его очередным грязным пятном на совести сионизма, хотя, когда речь идет о сионизме, понятие „совесть“ применять нет смысла…“
* * *
Не могу обойти вниманием и такой факт из рукописи Шполянского. В аэропорту Лод, выдавая ему направление в ульпан, в Нагарию, чиновник иммиграционной службы многозначительно шепнул: „блишварцес“, что, как оказалось, означает — „без черных“.
Чего же в этих условиях стоят сионистские бредни о братстве всех евреев!..
В Ленинградском комитете защиты мира мне довелось как-то участвовать во встрече с представителями миролюбивых сил Израиля. Среди них был и коричнево-смуглый юноша с копной жестких волос.
С горечью рассказывал он о тяжелом положении сефардов — черных граждан Израиля. Говорил и о том, что многие из них являются членами прогрессивных организаций, которые вместе с Коммунистической партией Израиля входят в Демократический фронт за мир и равноправие, борются против строя классовой эксплуатации, общинной дискриминации и национального гнета, за мир и дружбу с арабскими соседями.
…А израильская официальная статистика, когда речь идет о росте населения, захлебывается от восторга… Да, прав был Марк Твен….
* * *
И все-таки еще немного статистики. Когда она оперирует объективными фактами, к ним нужно относиться серьезно: они, как известно, вещь упрямая.
Из зарубежных газет: ныне в США и Канаде работает почти в два раза больше израильских инженеров, чем в Израиле. В целом 20 процентов израильского населения (то есть израильских евреев) — 700 тысяч человек — проживает за пределами Израиля на положении эмигрантов.
Моше Даян (в бытность главой израильского МИД): „Эмиграция евреев в другие страны — главная проблема Израиля“.
М. Бегин: „После создания Израиля из-за эмиграции мы потеряли четыре дивизии (подчеркнуто мною — для характеристики терминологии, к которой прибегал бывший израильский премьер. — Б. К.), а это поистине „кровопускание““.
Франс Пресс (из Иерусалима, май 1982 г.): приток иммигрантов в Израиль в прошлом году упал до самого низкого уровня за последние три десятилетия.
За три года (1 979 — прибыло 40 тысяч человек, 1980 — 21 тысяча, 1981 — 13 тысяч) он сократился в три раза. Более того, в 1980 году 30 тысяч человек покинули Израиль. Это значит, что волна отлива уже намного перекрыла приливную волну. Проведенный опрос показал, что каждый десятый израильтянин стремится покинуть страну.
АПН (из Багдада, август 1982 г.): с начала агрессии против Ливана (июнь 1982 г.) из Израиля выехало более 25 тысяч человек. Энтузиастов переселиться на „землю обетованную“ оказалось лишь 500.
Из газет: в Израиле создан „Национальный комитет борьбы против эмиграции“.
В. ШПОЛЯНСКИЙ:
„…2 сентября 1974 года я пополнил собой статистику роста населения Израиля… На это время пришлось начало явления, которое вначале назовут „чудом“, а через некоторое время — чудовищной ошибкой: в 1970 году в Израиль стали прибывать евреи, выехавшие из СССР…“
Здесь, на мой взгляд, требуется отступление.
Известно, что ряд районов нашей страны, в частности Западная Украина и Западная Белоруссия, Литва и некоторые другие, после победы революции надолго были оторваны от социалистической Родины, а в первые же часы войны подверглись внезапному удару гитлеровцев. Значительная часть еврейского населения была уничтожена сразу же или впоследствии, в концлагерях, другая, пройдя через сионистско-фашистские лагеря перевоспитания, была отправлена в Палестину, некоторое число евреев рассеялось по разным странам Европы.
Именно родные и близкие этих людей, которых успели эвакуировать в глубинные районы страны, или проживавшие в разных городах Советского Союза, в тылу, как тогда говорили, и оказались впоследствии теми, кто выехал в Израиль по вызову родственников.
Верное своей гуманной политике, Советское правительство строго следовало установленным на этот счет международным правилам и соглашениям. Нелишне заметить, что оно следовало им и после того, как в 1967 году были разорваны дипломатические отношения с Израилем, следует и сейчас. О числе выехавших в нашей прессе уже сообщалось, последующие годы ненамного увеличили это число. Израильская пресса и по сей день сетует на „катастрофическое падение алии{16} из СССР“.
Таким образом, лингвистические упражнения подвели на сей раз сионистских вербовщиков: никакого „чуда“ (как окрестила израильская спецслужба свою акцию по организации выезда в Израиль советских евреев) не состоялось. Кто из советских граждан имел родственные связи в Израиле, получил оттуда вызов и пожелал выехать — выехал, кто не пожелал — остался… Как сообщала пресса, 98,4 процента подавших заявления о выезде получили на это разрешения в установленном законом порядке и в установленные сроки. Из ничтожного числа в 1,6 процента, которым в соответствии с законом было отказано в выезде, значительная часть впоследствии также получила выездные визы.
Казалось бы, все: родственники „иссякли“, число вновь обнаруживаемых родственных связей так ничтожно, что о них и говорить нет смысла, вопрос, стало быть, если не исчерпан вовсе, то потерял, во всяком случае, свою остроту. Но это как раз не вписывалось и не вписывается в глобальные планы сионистов. Их замыслы по сбору евреев на „земле предков“, практическая потребность в солдатах для захвата арабских земель и людского сырья для их освоения — все это толкало сионистов на новые провокации. Их объектом стали советские граждане еврейской национальности, целью — откровенный антисоветизм и антикоммунизм. В нечестивом альянсе исполнителей этих замыслов объединились израильские спецслужбы, международные сионистские организации, ряд западных разведок, в первую очередь американская.
„Сионизм, — откровенничала в те годы американская пресса, — бросает жадные взгляды на советских евреев“. Констатировав, что „алия с Запада (то есть из стран Западной Европы и США. — Б. К.) находится на низком уровне“, 29-й конгресс ВСО принял резолюцию, в которой говорится буквально следующее: „Конгресс требует, чтобы Всемирная сионистская организация совместно с государством Израиль возглавила международную борьбу за то, чтобы открыть ворота СССР для массовой алии“.
